Читаем без скачивания Коммандос из демиургов - Брутальная Старушка

— Лагерь свернут, плоты загружены и готовы к отплытию. Ужин приготовлен, горячая вода тоже. Попыток проникновения на охраняемую территорию замечено не было. Сержант Кабан.

— Молодец, от имени командования выношу тебе благодарность, вернемся на базу, попрошу наших кудесников выковать тебе медаль "За хозяйственность", — взяли под козырек командирские замашки.

И тут мальчишка меня удивил, он застенчиво ковырнул землю носком сапога и попросил:

— А можно вместо медали сделать татуировку?

— Маманя ругаться не будет? — высунуло нос ехидство, не забывая при этом кокетливо оголить плечико с выбитым на нем драконом.

— А чего колоть будем? — заегозило любопытство.

Ответом стала такая сияющая улыбка подмигнувшего мне мальчишки, что все пакости, вертящиеся на языке, так и остались невысказанными.

Как бы мне не хотелось узнать, что пацан, и, главное, на какой части тела хотел себе изобразить, но в этот момент голосом Сосискина меня позвала труба:

— Ну и долго ты будешь ему глазки строить и эротические сны навевать?

Чертыхнувшись, я с помощью лестницы сползла со своего насеста на спине тяжеловоза. Едва оказавшись на земле, мое чувство справедливости начало озвучивать планы возмездия зарвавшимся тварям:

— Кровавый, согласно нашей договоренности отдаю всех людей и нелюдей, замешанных в работорговле, твоим подданным. Можете делать с ними, что заблагорассудится. Хотите — выпейте досуха сразу, хотите — забирайте в качестве дойных коров, мне все равно. Одна просьба — мирные жители не должны пострадать, им и так досталось.

— Тая, проследи, чтобы все добро, нажитое сволочами непосильным трудом, пошло на выкуп для тех, кого они успели продать до нашего визита. Сведения, кто к кому попал, получишь у Федора.

— Драконы, после того, как вампиры разделаются с виновными, вы сожжете дотла тюрьму, крепость и дома причастных к "черной" торговле.

— Владыка, сначала отправь моего индийского друга до дома, а потом организуй доставку по месту прописки всех, кого сегодня выставляли на торги.

— Зорро и ты, Глава клана Беспощадных охотников. К вам у меня персональное задание. Крыкохрюс лишь верхушка айсберга, поэтому выколотите из него сведения о подельниках. Как только орешек расколется, отправьте его в качестве подопытного кролика к самому кровавому маньяку, желательно, чтобы он по совместительству был некромантом. Смерть это слишком легкое наказание для такого выродка.

Дождавшись, когда я закончу раздавать приказы, вперед вышел Альфонс и, глядя на меня глазами побитого щенка, робко вякнул:

— А что делать нам?

Очень хотелось выдать все, что думаю, но усилием воли сдержалась, успокаивая себя тем, что как только все уйдут, я устрою грандиозный разбор полетов. Не то что бы мне не хотелось выносить сор из избы, тем более тут все свои были, просто всегда считала, что гневаться надо с глазу на глаз. Иначе качественный разнос очень быстро становится похожим в игру на публику. Поэтому, вжавший голову в плечи красавчик вместо директив или, на худой конец, насмешек, услышал равнодушное:

— Сержант, выдай штрафникам обмундирование, их голые задницы действуют мне на нервы.

— Прапорщик, подсчитайте, сколько дебилоиды нам должны за беспокойство и выставите счет их родителям. Совет демиургов не обязан оплачивать несанкционированный приступ идиотизма!

Не обращая внимания на вытянувшиеся рожи недоумков, направилась в кусты переодеваться и смывать боевую раскраску индейца, вступившего на тропу войны. Через полчаса отмытая, переодетая провожала друзей, уходящих в карательных поход.

Как только осталась одна, Кабан и Сосискин не в счет, решительно направилась к сбившимся в кучку соплякам. Подойдя вплотную, оглушительно рявкнула:

— А теперь кучка недоделков мне подробно расскажет, как она так облажалась, что тетя Даша была вынуждена строить из себя сначала пугало, а потом шлюху копеечную!

Порядком струхнув из-за моего богатырского крика, детишки, перебивая друг друга, наперебой кинулись каяться в своих грехах, дополняя рассказ Кабана и донесения шпионов вампира о величайшем провале задания.

Прошлявшись до вечера по Лесному урочищу, банда скудоумных собралась за ужином полным составом и каждый стал делиться добытыми сведениями, дабы потом построить наполеоновские планы по захвату цели. Начали они, как ни странно, с определения первостепенных задач. Итак, первое — вытащить из тюрьмы дроу. Второе — обезвредить охрану тюрьмы. Третье — не дать возможности подойти подкреплению из городской стражи. Четвертое — продумать путь отступления. И пятое — не позволить погоне себя настигнуть.

— А почему изъятие дроу у них стоит на первом месте, вместо того, чтобы отнести этот пункт практически в конец списка, и где неучтенные моменты в виде засады? — задал вопрос здравый смысл.

В ответ я пожала плечами, потому как приличных слов у меня не находилось, а лимит на матерщину на этот день уже был исчерпан.

Далее с докладом выступили Цветочек и Крыс. Им удалось разжиться просто потрясающими сведениями. Оказывается, тюрьма окружена забором, вот такая вот неправильная темница! Но хуже ограды оказались чиновники-плохиши, которые вместо того, чтобы разбить розарий, обнесли острог трехметровой стеной и поставили на нее не вазоны с душистым горошком, а лучников! А еще злые дяденьки придумали стражу, которая периодически меняется, и куда-то запрятали Мечника и забыли растрепать об этом на каждом углу. Одним словом, разведка не выяснила ничего путного, но когда отсутствие проверенной информации останавливало дураков, желающих отличиться?

После позора Штирлица слово взяла Мальвина. Ей удалось выведать, что начальник каземата неравнодушен к слабому полу и довольно часто меняет любовниц. Красотка решила, что он точно не устоит перед ее небесным ликом и падет, сраженный стрелой Амура. Но такой факт, что никто из жителей города больше не видел ни одну женщину, замеченную в связях с главным тюремщиком, ее ну никак не смутил. Вместо того, чтобы еще денек походить по городу и послушать сплетни, Мата Хари сообщила, что завтра с утреца пойдет к сладострастнику, вскружит ему голову, и, не допуская до тела, нейтрализует незадачливого ловеласа. После чего откроет ворота казенного дома и повесит на них носовой платок. Эта надушенная тряпка послужит остальным сигналом "Путь свободен".

Эстафету перехватили Плюшка с Заумной. Они твердо решили сойти за гулящих девок и одновременно с новоявленной женщиной-вамп проникнуть на режимный объект. Только в отличие от чересчур самоуверенной дуры, они твердо решили не марать руки кровью, а споить всю стражу вином, щедро приправленным сонным зельем. В подмогу им вызвалась Цветочек, видать, очень хотелось почувствовать себя объектом сексуального внимания. Эти самоотверженные жрицы любви как-то не обратили внимания, что все продажные девки в этой дыре при виде человека в форме спешно делают ноги. Естественно, отважные герл-скауты торжественно поклялись вывесить на широко распахнутые ворота крепости знак. На этот раз зеленой ракетой должен был послужить цветок какой-то хрени. Откуда осенью они его возьмут, дамы как-то не задумывались, главное ж сказать.

Видя такое дело и боясь остаться не у дел, мужская часть коллектива и оставшаяся в гордом одиночестве Бестия срочно кинулись распределять оставшиеся роли. Расклад сложился следующий. Кабан и Альфонс дожидаются тайных знаков и ураганом врываются на территорию гарнизона. Перешагивая через тела спящей стражи, попадают в тюрьму и освобождают узника. Крыс берет на себя стрелков, если те вдруг окажутся неправильной ориентации и не кинутся на прелести девушек. Гламурчик взвалил на свои плечи огневую поддержку, Бестия и Лель вызвались прикрывать отход.

После того, как план был разработан и единогласно принят, компания постановила начать боевые действия после обеда, не дожидаясь темноты, типа, чего тянуть-то. Тупильникам так не терпелось доказать мне мега-крутизну, что они немедленно отправились бы на штурм, если бы не очередной кувшин вина. Ну, а потом у них приключились танцы на столах, кабацкая драка и прочие прелести взрослой жизни.

Все это они мне вывалили довольно быстро, а вот дальше повисла тишина, которую никто из них не решался нарушить. Кому ж охота признаваться, что вместо блестяще проведенной тайной операции, они накосячили. Пришлось прийти им на помощь.

— Хотите, расскажу, что было дальше? — с иезуитской улыбочкой пропело мое бешенство.