Следующие девять минут не происходило ровным счетом ничего – «Ионнел» отправлял в «пустой» космос кодированные сигналы, но безуспешно. А на десятой в оперативном канале связи раздался командный рык Дэна:
- Полная готовность: идентификаторы подтверждены!
Через шесть секунд после этой фразы эсминец полыхнул эволюционниками, дал малую тягу на движки и неторопливо двинулся перпендикулярно плоскости эклиптики. Через минуту и двадцать семь секунд он развернулся кормой по направлению движения и начал гасить скорость. А еще через двадцать три в пятидесяти шести километрах от него возникла туша легкого крейсера «Саратога» производства Новой Америки!
- Ждем-м-м… - зачем-то выделив голосом последнюю букву, пробормотал Дэн, продолжая сближение с первой целью.
Я мысленно согласилась, запрограммировала последовательность команд для автоматического внесения «Саратоги» в реестр вражеских кораблей. И запретила себе даже думать о возможности воспользоваться оптическим умножителем для того чтобы посмотреть, как поднимается бронеплита, прикрывающая совсем небольшую летную палубу «Ионнела».
- Олли, работай!!! – неожиданно для меня рявкнул Ромм. Через мгновение от «Саратоги» к эсминцу рванулись метки шести абордажных ботов, а вокруг этой парочки громадин появилось еще девять кораблей!
Полевые метки я развесила меньше, чем за секунду, чем обнулила незваным гостям шансы снова спрятаться от нас под маскировочными полями. На второй разобралась с классами этих машин и начала раскидывать целеуказания Дотти и нашим «Аурренам», вырвавшимся на оперативный простор. На третьей «задушила» самую шуструю «Сирену», пытавшуюся нащупать нашу сигнатуру, и заглушила МС-связь. А на шестой, когда скинули маскировочные поля четыре наших тяжелых крейсера «Луова», облегченно выдохнула. И тут же «подмяла их под себя», раздав целеуказания каждому ООС и озадачив всех Умников.
На девятой порадовалась. Самым краешком сознания: нарвавшись на залп скорострельных «рельс» «Ионнела», сгорело два из шести абордажных ботов, почти добравшихся до открытого створа его летной палубы. На следующей секунде ООС эсминца уничтожил остальные боты и отправил пару тяжелых ПКР к двигателям «Саратоги». А еще через две «Хаосы» понесли сразу три тяжелые потери – Рраг вдребезги разнесла обе «Сирены» и один из двух «Норфолков»!
Чтобы увеличить количество целей, требующих контроля наших Умников, и, тем самым, добавить себе шансы на получение хоть каких-то целеуказаний, «задавленные» «Хаосы» сделали вполне логичный ход – начали сбрасывать с оружейных пилонов самонаводящиеся ракеты. А тяжелый корабль-матка «Энтерпрайз» и второй «Норфолк» принялись выпускать «Иглы» с предельно возможной скоростью. Тут мне с пятью коллегами пришлось основательно попотеть – целей стало действительно ОЧЕНЬ много, и «душить» все не получалось даже с оборудованием, превосходящим амеровское минимум на поколение.
Очень неплохо выручили «Ауррены» со всех четырех «Луов», не только рванувшие наперерез истребителям-перехватчикам «Хаосов», но и старавшиеся сжечь все ракеты, пролетавшие «мимо». Наши в этой «свалке» не участвовали – давили огневые точки крейсера, чтобы не позволить его ООС отстреляться по абордажным «Рауде», и жгли все, что пыталось высунуться с его летной палубы.
Этот, несколько напряженный момент боя, длился не так уж и долго: вскоре сосредоточенный огонь «рельс» и тяжелых ПКР с «Луов» разнес на атомы первый эсминец «Меркурий». Перед тем, как наши «Рауде», наконец, добрались до «Саратоги», Дотти сожгла второй «Норфолк». А после их «стыковки» наш эсминец достал амеровский диверсионно-разведывательный корабль «Призрак», заодно отправив в небытие самого деятельного Умника «Хаосов». А следом за взрывом этой мелочи двенадцать посланных подругой детства тяжелых противокорабельных ракет влетели в створы всех шести летных палуб «Энтерпрайза» и превратили корабль-матку в шар из разлетающихся обломков!
Увидев эту картину, очень неплохие пилоты «Иглов», даже в условиях полного доминирования наших Умников умудрившиеся сбить четыре «Ауррена», поняли, что на свой корабль они уже не вернутся, начали делать ошибки и, соответственно, гореть. Семеро самых осторожных рванули к «Саратоге», чтобы влететь на его летную палубу. И совершенно зря – наши «Ауррены», терзавшие этот корабль, встретили их с распростертыми объятиями и, отправив беглецов в их, человеческий, ад, продолжили свою работу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Одновременно с гибелью второго «Меркурия» по амеровскому крейсеру поползла «волна смерти» - по мере продвижения наших абордажников по палубам прекращали огонь скорострельные орудия ближнего радиуса действия, с оружейных пилонов переставали сходить самонаводящиеся ракеты и активные «обманки». А когда Рраг доконала ему движки, Умник этого корабля вдруг отказался от попыток вырваться из-под моего контроля и вообще прекратил работу. Тем самым, окончательно деморализовав командира последнего «Меркурия», содрогающегося от попаданий боевых частей тяжелых ПКР: тот начал «верещать» на всех частотах, сообщая, что сдается. Однако Дэн с Ари его не услышали. Из врожденной мстительности. И вскоре очередной эсминец «Хаосов» превратился в груду космического мусора.
Само собой, я не смогла не поддержать душевные порывы любимого мужа и своей ближайшей подруги, поэтому перенесла огонь «Роджера» и всех четырех «Луов» на самые крупные обломки. А направляемые мною «Ауррены» продолжили добивать все еще не сожженные «Иглы»…
…«Саратога» прекратила трепыхаться как-то сразу: пока наши зачищали четвертую палубы из семи, экипаж ожесточенно сопротивлялся. Но стоило им пробить дыры на пятую, как вдруг обнаружилось, что ее обитатели встречают «захватчиков», стоя на коленях и со сложенными на затылках руками! И, исходя из того, что командир крейсера вышел в эфир далеко не сразу, такое решение было инициативой рядового и младшего офицерского состава. Хотя я их, пожалуй, понимала – стремительная потеря эскадры из девяти бортов и двух третей своего корабля не оставляла никаких поводов для оптимизма.
Первую часть монолога донельзя упрямой и самоуверенной личности, командовавшей «Саратогой», я не слышала – продолжала руководить «удушением» и уничтожением последних семи «Иглов». Зато, как только ВСЕ истребители-перехватчики «Хаосов» превратились в пыль, поручила контролировать недобитые оружейные системы амеровского крейсера Умнику «Ионнела», добавила целеуказаний «Луовам», чтобы они разнесли на атомы обломки помельче, и наполовину «высунулась» из рабочего интерфейса. Как раз вовремя, чтобы увидеть изменение внутреннего режима с красного на желтый и услышать возмущенный вопль командира крейсера «Хаосов»:
- …требую, чтобы вы организовали спасение выживших, и отнеслись к ним, как…
- Вы можете только просить… - под свист воздуха, нагнетаемого в рубку, равнодушно перебил его Дэн. – Что касается «отношения», скажу следующее: между Королевством Тэххер и Соединенными Системами Новой Америки в настоящее время никаких боевых действий не ведется. А вы, напав на мирный корабль ВКС вышеупомянутого королевства без каких-либо причин, да еще и на территории Тэххера, поставили себя вне закона. Соответственно, мы имеем полное право относиться к вам, как к пиратам. Чем, собственно, и занимаемся.
- Мы прибыли в Королевство Тэххер по приглашению короля Торевера Первого, Ноласа Ти’Тонга! – нагло заявило появившееся в поле зрения о-о-очень знакомое лицо: – Свяжитесь с ним – и все недоразумения будут улажены!
- Вы считаете попытку взять на абордаж тэххерский крейсер всего лишь недоразумением? – нехорошо усмехнулся Ромм. Потом на мгновение «поплыл» взглядом, получив какую-то информацию, и прервал дискуссию: - У вас есть десять секунд на то, чтобы разблокировать дверь в рубку. Не успеете – мои парни ее разнесут снаружи!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Но мы еще ни о чем не договорились! – взвыл Донован Баффет.
- Четыре… Три… Два…
- Она открыта! – злобно процедил командир крейсера, а через несколько мгновений пропал из поля зрения, выдернутый чьим-то рывком…
