— Виконт сделал мне предложение, — призналась Кэтрин, — но я…
— Правда?! — Поппи удивила её восторженными объятиями. — О, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Пожалуйста, скажите, что вы согласились.
— Боюсь, что ситуация не так проста, — с сожалением ответила Кэтрин, — слишком многое необходимо обдумать, Поппи.
Восторг бывшей подопечной быстро сошёл на нет, и между её бровями появилась морщинка, вызванная беспокойством.
— Вы его не любите? Но со временем это обязательно произойдёт, я уверена. В нём так много хорошего…
— Дело не в любви, — с еле заметной гримасой ответила Кэтрин.
— Замужество не вопрос любви?
— Конечно, да, но я хотела сказать, что любовь не может преодолеть некоторые препятствия.
— Так вы его любите? — с надеждой переспросила Поппи.
— У лорда Рэмси есть много качеств, которые я уважаю, — залилась ярким румянцем Кэтрин.
— Вы упоминали, что он делает вас счастливой.
— Эээ, признаюсь, в тот день…
— Как вы это назвали? «Испытала минуты настоящей радости».
— Боже, Поппи. Я чувствую себя, как на допросе.
— Прошу прощения, — усмехнулась Поппи, — просто я очень хочу этого союза. Ради Лео, ради вас и всей нашей семьи.
Сзади донёсся сухой голос Гарри:
— Похоже, любовь моя, у нас противоположные мнения. — Женщины повернулись к приближающемуся Ратледжу. Гарри тепло обнял жену, но в нём чувствовалась озабоченность. — Чай и сэндвичи уже ждут, — сказал он, — драка закончилась. Не желаете вернуться в апартаменты?
— И кто победил? — шутливо поинтересовалась Поппи.
Вопрос жены вызвал редкую улыбку на лице Гарри.
— Посреди баталии мы перешли к переговорам. Несомненно, это было к лучшему, так как оказалось, что ни один из нас не умеет бороться как джентльмен.
— Твоё фехтование — вполне джентльменский способ борьбы.
— Фехтование нельзя назвать настоящей борьбой. Оно больше похоже на шахматы с риском получить колющую рану.
— Очень рада, что вы не нанесли друг другу увечий, — весело ответила Поппи, — так как существует отдалённая возможность, что вскоре вы станете родственниками.
— Мы уже родственники.
— Тогда дважды родственниками, — взяла его под руку супруга.
Гарри бросил внимательный взгляд на Кэтрин, прежде чем направиться в отель.
— Ты ещё не решила? Насчет предложения Рэмси?
— Пока нет, — спокойно ответила она, идя с ними в ногу, — у меня всё перепуталось в голове. Нужно ещё подумать.
— Гарри, — вмешалась Поппи, — когда ты сказал, что у нас с тобой противоположные мнения, надеюсь, ты не имел в виду, что против бракосочетания Лео и Кэтрин?
— В настоящее время, — ответил он, тщательно подбирая слова, — полагаю, осторожность не помешает.
— Ты не хочешь, чтобы Кэтрин стала частью моей семьи? — удивленно спросила Поппи. — Она будет под защитой Хатауэйев, к которой присоединится твоё влияние.
— Я этого очень хочу, за исключением того, что Кэт должна выйти замуж за Рэмси. Не уверен, что это для неё лучший выход.
— Я думала, тебе нравится Лео, — заметила Поппи.
— Так и есть. Я не встречал в Лондоне более обаятельного и остроумного человека.
— Тогда, почему ты возражаешь?
— Потому что его прошлое не предполагает наличие качеств надёжного мужа. Кэт много раз предавали в жизни. — Голос Гарри звучал серьёзно и мрачно. Он посмотрел на сестру. — И я один из тех, кто подвёл тебя. Не хочу, чтобы ты снова страдала.
— Гарри, ты слишком строг к себе! — искренне воскликнула Кэтрин.
— Сейчас не время подслащивать неприятную правду. Если бы я мог изменить прошлое, я бы без колебаний вернулся назад. Но теперь остается только исправлять ошибки и не допускать их в будущем. То же самое я сказал Рэмси.
— Каждый человек заслуживает второй шанс, — сказала Кэтрин.
— Согласен. Мне хотелось бы верить, что у него будет новая жизнь. Осталось этого дождаться.
— Ты опасаешься, что он вернется к дурным привычкам? — предположила Кэтрин.
— Он будет не первым и не последним. Однако Рэмси достиг возраста, в котором характер мужчины уже более или менее сформировался. Если он продолжит избегать прежнего распутного поведения, то станет отличным мужем. Но пока он это не докажет, я не желаю рисковать твоим будущим и не хочу, чтобы ты выходила за человека, которой может оказаться неспособным хранить супружеские клятвы.
— Он не нарушит клятв, — уверенно сказала Поппи.
— Как ты можешь знать это?
— Потому что он — Хатауэй!
Гарри улыбнулся жене:
— Лео — счастливчик, что ты защищаешь его, милая. И я надеюсь, ты права. — Его пристальный взгляд переместился на обеспокоенное лицо Кэтрин. — У тебя те же сомнения, Кэт. Я прав?
— Мне трудно поверить любому мужчине, — призналась она.
Все трое молча шли по аккуратной дорожке.
— Кэтрин, можно мне задать один исключительно личный вопрос? — рискнула Поппи.
— Не могу представить себе ничего более личного, чем то, что мы уже обсуждали. Конечно, задавайте, — послала ей насмешливо-взволнованный взгляд Кэт и улыбнулась.
— Мой брат говорил, что любит вас?
Кэтрин надолго замолчала.
— Нет. Более того — недавно я слышала, как он сказал Уин, что женится только в том случае, если будет уверен, что не влюблен.
Она осторожно посмотрела на Гарри, который, к счастью, воздержался от замечаний.
— Может, он не это имел в виду? Лео часто шутит и говорит прямо противоположное тому, что чувствует. Никто не разберёт, что у него на уме.
— В точности моё мнение, — безразличным тоном согласился Гарри, — никому не понять, что на уме у Рэмси.
После того, как Кэтрин с неожиданно появившимся аппетитом расправилась с тарелкой сэндвичей, она отправилась в номер люкс, который ей отвёл Гарри.
— Когда вы отдохнете, я пришлю горничную с несколькими своими платьями, — сказала Поппи. — Они будут немного свободными, но их нетрудно ушить.
— Не стоит беспокойства, — возразила Кэтрин, — я пошлю за вещами, которые остались в Гемпшире.
— До этого вам понадобится одежда на смену, а у меня есть несколько платьев, которые я ни разу не одевала. Гарри до смешного щедр, когда я иду за покупками. Кроме того, теперь вам нет необходимости носить строгую одежду старой девы. Не могу дождаться, чтобы увидеть вас в ярких платьях… розовом или желтовато-зеленом. — Поппи рассмеялась над выражением лица Кэтрин. — Вы будете похожи на появившуюся из кокона бабочку, как в пословице.
Кэтрин постаралась ответить с юмором, хотя её нервы были натянуты от напряжения и беспокойства:
