военных и встали рядом с ней.
— Потому что армия США подчиняется мне, — продолжила Стратт. — И это чертовски хорошая армия.
* * *
Я просматриваю доступные программные приложения, закусывая тортильей с арахисовой пастой. Знаю, звучит неаппетитно, но на самом деле очень вкусно. Я научился цепляться за лабораторный табурет ногами, и поэтому не уплываю, работая на ноутбуке. Оказывается, у меня тут несколько ноутбуков. Как минимум шесть, которые я уже нашел в складском отсеке. И все они подключаются к бортовой сети Wi-Fi. Удобно.
Если память мне не изменяет, на корабле имеется практически все программное обеспечение. Сложность в том, чтобы найти нужное. Я даже не знаю, как оно называется. К счастью, в местной электронной библиотеке есть каталог с перечислением всех программных приложений. Им я и воспользовался.
Наконец, обнаруживаю кое-что полезное: анализатор формы волны от Tympanum Labs. В библиотеке масса подобных программных продуктов. Просто у этого самые высокие оценки, судя по обзору в журнале о компьютерной технике за 2017 год.
Устанавливаю программу на один из ноутбуков. Пользоваться ею довольно просто, плюс имеется куча дополнительных функций. Больше всего меня заинтересовало преобразование Фурье[103]. Этот метод является основным инструментом в анализе звуковых волн и, пожалуй, самым главным. Чтобы описать его, потребуется много сложной математики, но результат сводится к следующему: если подвергнуть звуковую волну преобразованию Фурье, мы получим список нот, которые проигрывались одновременно. То есть если бы я сыграл аккорд в до мажоре, то анализатор выдал бы мне список прозвучавших нот: до-ми-соль. Мегаполезная штука!
Больше никаких жестов! Пора выучить эридианский. Да, я опять выдумал новое слово. Нет, меня ничего не смущает. Я делаю множество вещей впервые в истории человечества, и их нужно как-то называть. Скажите спасибо, что я не называю их в честь себя!
На другом ноутбуке запускаю Excel и скрепляю оба ноутбука тыльными сторонами друг к другу клейкой лентой. Да, я мог бы запустить оба приложения на одном ноутбуке, но я не желаю переключаться туда-сюда.
Плыву вверх сквозь люки и возвращаюсь в туннель. Рокки там нет. Хмм… Он не может ждать меня целый день, но почему эридианцы не догадались выделить кого-нибудь для постоянного дежурства в туннеле? Были бы живы мои товарищи по экипажу, мы бы стояли там по очереди. Черт, Илюхина торчала бы там почти круглые сутки, отвлекаясь лишь на сон.
А если они и правда по очереди дежурят в туннеле? Откуда мне знать, что Рокки — одно и то же существо? Я не умею отличать одного эридианца от другого. А вдруг я разговаривал с шестью разными инопланетянами? Какая тревожная мысль.
Нет… ничего подобного. Я почти уверен: Рокки — это Рокки. Гребни на его туловище и напоминающие камень выступы на руках уникальны. Помнится, на одном из его пальцев есть особый шип неправильной формы. Точно! Это один и тот же парень. Если вы несколько часов рассматривали камень, а потом кто-то заменил его на очень похожий, разница стала бы заметна сразу.
Итак, где же остальной экипаж? Я остался один, так как мои товарищи погибли. Однако у эридианцев более совершенные космические технологии. Корабль крупнее, почти не уязвимый материал корпуса. На борту должен быть экипаж.
А! Могу поспорить, Рокки капитан! И он подверг себя риску, вступив в контакт со страшным инопланетянином. А все остальные прячутся в корабле. Капитан Кирк[104] поступил бы так же. Чем капитан Рокки хуже?
В любом случае, у меня с собой отличная штука, и я сгораю от нетерпения.
— Эй, Рокки! — ору я. — Иди сюда!
Я прислушиваюсь, стараясь уловить признаки движения.
— Давай, парень! Вся твоя сенсорная система настроена на звук! Спорим, ты услышишь, даже если за милю отсюда уронить булавку! Ты ведь знаешь, что я тебя зову! Шевели… что там у тебя вместо задницы? Я хочу поговорить!
Я жду, жду, но Рокки не появляется. Уверен, я для него очень важен. Следовательно, чем бы сейчас ни занимался Рокки, это наверняка срочно. В конце концов, от него зависит целый космический корабль! Спать и есть тоже когда-то нужно. По крайней мере, еда Рокки точно необходима — биологические организмы должны восполнять запасы энергии. А вот спят ли эридианцы, сказать не могу.
Вообще-то… сон — не такая уж плохая идея. За последние двое суток я вздремнул на пару часов, не более того. Часы Рокки до сих пор тут, зажатые между поручнем и перегородкой. Все так же отсчитывают время. Любопытно, что на эридианских часах только пять цифр. По моим расчетам, символы «ℓ ℓ ℓ ℓ ℓ» возникают в окошках примерно раз в пять часов. Может, столько длится эридианский день?
Впрочем, сейчас не до размышлений. Сперва сон. На ноутбуке, где запущен Excel, я открываю файл с конвертацией эридианской системы отсчета времени в мою и обратно. На сон мне нужно восемь часов. Я ввожу текущее время, отраженное на часах Рокки: «IℓIVλ». Файл рассчитывает, каковы будут показания циферблата через восемь часов. Получаю ответ: «Iλ+VVλ».
Спешно отлучаюсь в лабораторию за горстью деревянных медицинских шпателей и клейкой лентой. Рокки лишен зрения, поэтому мне приходится импровизировать. Приматываю шпатели к перегородке таким образом, чтобы мой друг понял, когда я вернусь: «Iλ+VVλ». К счастью, эридианские цифры в основном состоят из прямых линий, и Рокки наверняка сумеет прочесть мое сообщение.
Любопытно: время моего возвращения обозначается шестью цифрами. На одну больше, чем на часах Рокки. Но я уверен, он поймет. Если бы Рокки сказал: «Я вернусь через тридцать семь времени», я бы догадался, что он имеет в виду.
Перед тем, как отправиться на боковую, забираю из лабораторной вакуумной камеры миниатюрный видеопередатчик. Это всего лишь маленькая беспроводная камера, которая передает данные на внешний портативный жидкокристаллический экран. Я приматываю видеокамеру к стене туннеля так, чтобы объектив смотрел на перегородку. А экран забираю с собой в спальный отсек.
Отлично. Теперь в туннеле есть крохотный видеорегистратор. Звуки он не фиксирует — устройство предназначено для наблюдений за ходом экспериментов, а не для бесед с людьми. Но все же это лучше, чем ничего.
Плотно подтыкаю края простыни и одеяла под овальный матрас и аккуратно пролезаю в образованный карман. Так я хотя бы не буду дрейфовать по спальне во сне. Мои грандиозные планы по налаживанию общения с Рокки пока подождут. Я слегка огорчен из-за этого, но ненадолго — спустя мгновение меня срубает сон.
Глава 12
Тук-тук-тук!
Звук едва проникает в мое сознание. Он где-то далеко.
Тук-тук-тук!
Я
