ними пообщаться. Сказать: «Привет. Как дела?»
– Если бы все так было просто, – тихо вздохнула она. – Они бы могли приходить к своим потомкам напрямую. Но почему-то проводниками можем быть только мы. Особенные женщины. Люди.
Она сделала паузу, будто задумалась или подбирала слова, а после продолжила:
– Общение с ними – не голоса в голове. Бывает, они приходят во снах в образе зверей. Загадывают ребусы или показывают отрывки будущего. Того, что обязательно случится, или наоборот, того, что еще можно изменить, исправить. Иногда это будто сны наяву… По-разному. Одно знаю точно: когда они «заговорят» с тобой, ты поймешь.
От этого у меня почему-то по спине побежали толпы мурашек. Правда, не знаю, от страха или от любопытства. Потому что мой дар, позволяющий мне видеть далекое и недалекое будущее, завораживал. Но вот общение с живыми богами… Не уверена, что я когда-нибудь буду к этому готова. Я поделилась своими сомнениями с Сараси, а она посоветовала мне не торопиться и предложила экскурсию по основному острову джайо.
Несмотря на то, что я не собиралась здесь оставаться, отказываться не стала. Тем более что меня тянуло к пирамидам, да и просто хотелось узнать, как живут местные племена. Для девушки, которая никогда не покидала страну, посетить закрытый архипелаг было подарком Небес. Чем-то восхитительно нереальным. Ожившим сном.
Сараси по моей просьбе несколько раз пробуждала мой дар, чтобы я могла все посмотреть. Пять пирамид-храмов были восхитительны. Они составляли единый храмовый комплекс, внутренние стены которого были расписаны древними джайо. Сюжетами из жизней множества поколений вервольфов. Даже жаль было, что я не могу остаться здесь на пару дней и рассматривать-рассматривать. Но Сараси убедила меня в том, что моему дару нужно время, чтобы проснуться, и лучше себя не перетруждать. Мне меньше всего хотелось свалиться в обморок, поэтому я согласилась, и мы отправились к жилищам вервольфов.
Они разительно отличались от современного дома жрицы. Маленькие, без окон и с одной дверью, с крышами, устеленными сухими листьями местных деревьев. Об отоплении в таких хижинах и речи не шло, да и не нужно оно было мохнатым. Не говоря уже о том, что холодно на архипелаге не бывало. Сараси выдала мне белую тунику, но даже она неприятно липла к коже. Насколько я привыкла к влажности дома, тут она чувствовалась острее.
Местные смотрели на нас с трепетом, кивали или кланялись, но продолжали свою работу.
– Что они делают? – поинтересовалась я, заметив, что женщины украшают свои хижины ярко-желтыми и ярко-розовыми цветами. Будто готовятся к какому-то празднику.
– Встречают верховную жрицу, – ответила Сараси, а я подпрыгнула от голоса вождя, раздавшегося за нашими спинами:
– И готовятся к церемонии выбора ее пары. Кажется, у вас, людей, это называется свадьбой.
Глава 21.2
Как-то не так я представляла свою свадьбу! Не говоря уже о том, что я вообще ее никак не представляла. Для любой свадьбы необходим как минимум жених.
– Дэй отказался, – напомнила я, поворачиваясь к вождю лицом. Видеть его я не могла, но решила быть вежливой.
Даже сейчас от вчерашней некрасивой сцены, от его злых, наполненных яростью слов все внутри сжалось от тупой ноющей боли. Но чего я от него ждала? Наверное, даже выбрала его именно поэтому.
– Другой пары мне не нужно, – решительно добавила я.
– Он уже передумал, – огорошил меня новостью вождь. А я поперхнулась следующим вдохом. Потому что представить передумавшего Дэя я не могла. Он вчера ясно выразился: лучше сдохнет, чем будет со мной.
– Вы его заставили? – я прищурилась в попытке рассмотреть лицо его вождя.
– Заставил? – он издал какой-то странный звук, то ли оскорбился, то ли пытался сдержать смех. – Мой старший сын настолько упрям, что его невозможно заставить что-либо сделать.
– Значит, он сам?!
Что сам, я и себе не могла объяснить. Резко воспылал ко мне страстью? Нет, скорее, решил на мне жениться и потом по-тихому прикопать. Это больше похоже на того Дэя, которого знаю я. Ему плевать на чувства окружающих: мои, брата, той красивой волчицы.
– Послушайте, – я помотала головой, в надежде увидеть и вождя, и Сараси, – может, я сначала просто здесь поживу, освою дар, помогу вам со всем, с чем должна помочь… А потом уже выберу себе волка?
– Ты уже сделала выбор, жрица, – ответил вождь. – Точнее, предки сделали его за тебя. Моя пара увидела тебя рядом с моими сыновьями, поэтому и отправила их на Большую землю. Сегодня ночью у тебя появится пара, что будет защищать тебя и всех джайо.
– Но…
– Это мое последнее слово!
Да что же он за упрямый осел! Сразу понятно, в кого пошел сыночек.
– Или ты передумала, Изабель? – мягко поинтересовалась Сараси. – Ты хочешь выбрать другого брата?
Шана? Вот кто несказанно обрадуется. Придет в восторг просто! Но и отмахаться я от него уже не смогу. Никогда. Стану женой, и ничего хорошего из этого не выйдет. То же самое будет и с другими вервольфами. Думаю, многие из них обрадуются супруге-жрице. А вот мне это не понравится. Дэй – меньшее из зол.
– Нет, я со своим выбором определилась.
Не знаю, что задумал Дэй, но сильно сомневаюсь, что он за ночь и половину дня одумался и воспылал ко мне неземной всепоглощающей любовью. Скорее, придумал, как выпутаться из этой кажущейся безвыходной ситуации. Мне всего лишь нужно сказать ему, что я тоже в деле. Что нам нужно объединиться. Враг моего врага мой друг! Конечно, Сараси и вождь мне не враги, но они не могут понять, что мне здесь не место. Я исполню свое предназначение, а потом скажу всем: «Прощайте!»
– Я могу поговорить с Дэем? – уточнила у Сараси.
– Поговорите после церемонии, – ответил за пару вождь.
– Суровый, – пробормотала я, когда он ушел по своим делам.
– Он чтит традиции, – улыбнулась жрица.
– Даже странно, что он разрешил тебе сделать кресла.
– Сила любви творит чудеса, Изабель, – рассмеялась она и добавила серьезно: – Может, тоже попробуешь?
Намек был более чем прозрачен.
– Дэй меня не любит, – поморщилась я.
– Любовь – как сад. За ней надо ухаживать, взращивать.
– Тогда наша с ним «любовь» скорее напоминает пустыню: палящее солнце, горячий песок и скорпионы повсюду.
– Даже в пустынях
