Читаем без скачивания i 9b6f580efb7425db - Admin

   Латыпова извинилась, поблагодарила за приглашение и вечер и уехала домой. Проревела всю ночь в подушку, утром встала не выспавшейся и отекшей от слез, оделась попроще в длинное платье и принялась за уборку. Сразу поднялось настроение - работаю у себя, для своих дочерей, для зятя, а не у этого Андрея за бесплатно и ненавистный секс. Она отжала мокрую тряпку, присела на корточки и улыбалась, не смотря на то, что в глазах стояли слезы.

   Виктория Павловна сходила в ванную, вымыла лицо и больше уже не плакала, ощущая радость нахождения в этом доме, удовольствие от работы, о том, что все так случилось, и она приняла решение. Пусть дети живут счастливо.

   * * *

   Виктор занимался текущими делами, когда секретарша по селектору сообщила, что к нему пожаловал генерал Калашников из ФСБ. Интересно, зачем это я ему понадобился, подумал он, не позвонил, не предупредил, видимо, дело срочное какое-то. "Пусть войдет", - ответил он, убирая деловые бумаги со стола.

   Виктор не встретил генерала у входа и даже не встал с кресла. Когда он вошел и поздоровался, предложил присесть в кресло у приставного столика.

   - Слушаю вас, Игорь Андреевич.

   - Я пришел по делу, Виктор Борисович. Вы здорово помогли нам с шейхом Аббасом, его подручный Саид снабжал нас достоверной информацией, и мы были в курсе всех дел с продажей оружия. Где-то вмешивались в ситуацию, где-то элементарно держали ее на контроле. Но в последнее время Саид замолчал. Не думаю, что шейх раскрыл его, чувствуя утечку, он перестал доверять всем, в том числе и Саиду, своей правой руке. У нас есть непроверенная информация, вернее мы предполагаем, что шейх наметил что-то серьезное. В Эмиратах у него есть закрытая лаборатория, даже Саид не вхож в нее, но сообщил, что для лаборатории приобретаются некие компоненты. Изучив имеющуюся информацию, которой, конечно же, недостаточно для однозначного вывода, наши аналитики пришли к мнению, что Аббас изготавливает или пытается изготовить портативную атомную бомбу. Где он собирается ее применить - неизвестно. Последствия, я полагаю, вы понимаете не хуже меня. Руководство ФСБ в моем лице обращается к вам, Виктор Борисович, с огромной просьбой прояснить ситуацию. Вы знакомы с шейхом, у вас есть небольшой совместный бизнес, вы можете встретиться и переговорить с ним.

   - Конечно, - усмехнулся Виктор, - могу встретиться, и он сразу же начнет мне рассказывать о своей атомной бомбе.

   - Виктор Борисович, - нахмурился генерал, - я понимаю вас, прокачать ситуацию непросто. Поэтому мы просим и не предлагаем какого-либо плана действий. Вы это сделаете лучше. Если есть возможность предотвратить нанесение локального ядерного удара, то мы обязаны использовать все возможные средства.

   - Игорь Андреевич, если шейх действительно мудрит что-то с небольшими ядерными зарядами, то что вы бы хотели иметь в результате - точные координаты производства или хранения для нанесения точечного ракетного удара с целью уничтожения атомных зарядов? Или же сроки поставки и покупателя, где и когда будет использовано это оружие?

   - Мы хотели бы иметь любую информацию, способную предотвратить применение подобного оружия массового поражения. Информацию, способствующую полному и окончательному изъятию или уничтожению атомных зарядов у террористов или государств, не включенных в список ядерных держав, - ответил Калашников.

   Виктор откинулся в кресле, глядя на генерала. Молчал некоторое время, словно изучая его. Калашников не выдержал, спросил:

   - Что вы ответите мне, Виктор Борисович?

   - Отвечу, что вы неплохой мужик, генерал, и правильный. Как вы считаете, почему я правоохранительную систему недолюбливаю?

   Калашников пожал плечами.

   - Я знаю, что полицейские пытались вас посадить неоднократно в свое время. Давно это было, но факт.

   - Чушь все это, генерал, полная чушь. У нас за краденную бутылку водки могут упечь лет на пять в зону, а за три миллиарда Васильевой тоже пять дали. Засчитали два с половиной года под домашним арестом, сейчас приедет на зону и может подавать на УДО, по сути не отбыв никакого срока. В камере у нее телевизор, вентилятор, а в других камерах этого не разрешают. Так закон у нас или дышло, генерал? Вот вы, правильный чекист, приехали меня уговаривать совершить самоубийство. Нет, я вас лично ни в чем не обвиняю, потому что вас используют втемную. Шейх Аббас уже давно знает о вашем разговоре в Москве и ждет меня с нетерпением. О Саиде он изначально знал и гнал вам дозированную дезу. Жирный кротище в центральном аппарате ФСБ давно на шейха работает, он его вербанул, когда тот еще подполковником был.

   - Быть такого не может... о нашем разговоре в Москве... мы втроем вопрос обсуждали - заместитель директора и генерал-лейтенант Любомиров. Кто-то из них крот - в это сложно поверить.

   - Ладно, - устало махнул рукой Иллюзионист, - доложишь в центр, что я отказался, не твой уровень меня на такое уговаривать. Пусть сам Любомиров едет и конвой приготовь для его этапа обратно. Он пожелает без тебя, генерал, ко мне приехать, а вы следом с конвоем и ждите в приемной.

   - Нет, я не имею право задерживать начальника управления, у меня нет доказательств.

   - Сделай, как я говорю, Игорь Андреевич, а фактов у вас выше крыши будет - не только задержать, удавить этого подлеца захочется. До свидания генерал.

   Виктор не встал и не подал руки. Достал из стола документы, уткнулся в них, изучая, словно генерала уже не было в кабинете.

   Что за жизнь пошла... то предатели, то мошенники и воры, то влюбляются все и поговорить толком не с кем. Но ты сам ее выбрал и понимал, что в свет с ней не выйти, твердил внутренний голос. Дома и в постели она хороша, образованием и умом не вышла - нечего было в койку пускать. Ей детей хочется, а тебе нет, занимаешь себя уроками с Лизой. Он вздохнул и нажал кнопку селектора, попросил зайти секретаршу. Она вошла, остановилась на середине кабинета. Фигурка, ножки, грудь, лицо - все соответствует подумал он и улыбнулся.

   - Кристина, организуй нам коньячку с лимончиком, - попросил он.

   - Сейчас сделаю, Виктор Борисович, - ответила она и вышла.

   Через пару минут вернулась с подносом - бутылка армянского коньяка, бокал, порезанный лимон на тарелочке, солонка с солью.

   - Возьми еще один бокал и замкни дверь, чтобы нам не мешали.

   Она замешкалась немного, видимо, соображая к чему бы это все, вышла, вернулась с бокалом и замкнула дверь. Они устроились за приставным столиком напротив друг друга. Виктор сам налил коньяк и предложил выпить, потом спросил:

   - Ты чем занимаешься после работы?

   - Еду домой, смотрю телевизор, читаю книги, утром опять на работу, - ответила она, не совсем понимая, к чему клонит хозяин.

   - А по телевизору что смотришь, сериалы?

   - Нет, терпеть их не могу за некоторым исключением. Смотрю новости, программу "Дикая природа", "Наука" и другие научно-образовательные и информационные программы, стараюсь быть в курсе политических событий, - ответила она.

   - Как ты относишься к Сноудену и Януковичу, например?

   - Ни как, считаю обоих предателями.

   - Интересно, - удивился Виктор, - нестандартное мнение. С чего бы вы начали, если бы стали Президентом страны?

   - Ни с чего, - ответила Кристина, - я бы не согласилась. Сидя на завалинке государством легко управлять, а в кресле это достаточно сложно. У меня нет достаточного опыта и знаний.

   Виктор снова поднял бокал, предлагая выпить. Кристина отпила немного и взяла дольку лимона. Было видно, что она волнуется - никогда еще хозяин не вел себя подобным образом.

   - Вы хотите перевести меня на другую работу? - внезапно спросила она.

   Теперь удивился Виктор.

   - С чего вы взяли?

   - Тестируете меня, - ответила она, - я закончила факультет иностранных языков, но переводчики или учителя английского здесь не нужны. Поэтому не пойму ничего.

   - Тебя устраивает работа секретаря?

   - Конечно, переводчиком работать в каком-нибудь консульстве или посольстве престижнее, но мне туда не попасть. А с вами мне работается легко. Поэтому все устраивает, - ответила Кристина.

   - О любви, чувствах и потребности в сексе существует много мнений и теорий. В этих вопросах люди часто закомплексованы и, ругая публично свободный секс, часто тайно бегут от мужей или жен к подружкам или друзьям. Что ты думаешь по этому поводу? - спросил Виктор.

   Кристина заволновалась и покраснела.

   - Я обязана отвечать?

   - Нет, Кристина, не обязана.

   - Если без пустословий, то я бы хотела стать вашей любовницей, - внезапно ответила она и покраснела еще больше.

   - Мужики - собственники, Кристина. Имея жену и любовницу, они ревнуют обеих, могут сбежать к третьей, которую тоже станут ревновать. И что же тогда делать этим трем женщинам?

   - Первой лучше не знать ничего, а двум другим сделать свой выбор. Вернее, они его уже сделали, ложась в постель, они понимали, что он не будет принадлежать только им. Чего же тогда выколупываться?