class="p1">— Как вам будет угодно, — ответил глухо он и медленно неумолимо приблизился к ней.
Часы пробили десять.
Опасаясь, что его самообладание вот-вот выйдет из-под контроля от ее близости и всего что теперь происходило, Кирилл решил немедленно перейти к решительным действиям.
Устремив взор в серебристые глаза девушки, тоном, не терпящим возражений, спросил:
— Продолжим исполнение нашего договора?
Стройный стан Оленьки оказался совсем близко от него, и Кирилл, более не собираясь сдерживать свои порывы, быстро склонился над девушкой. Властно прижал Ольгу к себе и завладел ее губами. Она не сопротивлялась, наоборот, даже сама прижалась к его твердой груди.
— Может, поднимемся в спальню? — предложила она.
— Зачем? Я запер дверь. Сюда никто не войдет.
— И все же я бы хотела не здесь, если можно, — запинаясь, вымолвила она.
Все же в мрачноватом кабинете, где стоял только небольшой темный диванчик, было как-то совсем гадко продолжать все это.
Измайлов напрягся и немедля выпустил ее из объятий. Она увидела, что ему явно не понравилась ее просьба. Однако он заставил себя сдержаться и глухо отчеканил:
— Так и быть, Ольга Николаевна, но запомните — это последняя ваша просьба. Не забывайте, вы моя должница и именно я устанавливаю правила.
— Да-да, я понимаю, — закивала она, видя, что он разозлился. — Но все же…
— Я наверх, — перебил он ее. — Ждите здесь. Мой слуга выведет вас на улицу и проводит в мою спальню через черный ход.
Быстро развернувшись, он стремительно вышел.
Тяжело вздыхая, девушка вновь обвела печальным взором шикарное убранство кабинета и подумала, что вот все и решилось. Ради спасения их семейства она отдала себя этому мужчине, в которого даже не была влюблена. Конечно, он не был противен ей теперь, но и восторгов от его близости и поцелуев она так же не испытывала. Она оценивала его как красивого внешне молодого мужчину, вполне приемлемого для роли любовника, но никак не возлюбленного.
Она отчетливо вспомнила обожание Кирилла полгода назад, осознавая, что теперь это в прошлом. Сейчас в нем чувствовались властные замашки, какое-то непоколебимое самомнение и даже холодность. С этом новым изменившимся Кириллом она не знала, как себя вести. Однако Оленька понимала одно — более вертеть молодым человеком, как послушной марионеткой, у нее не получится. Наоборот, теперь она должна была играть по его правилам, если хотела, чтобы ее будущее не стало совсем голодным и безрадостным.
Свои плащ, перчатки и шляпку Оленька отдала слуге и быстро вошла в открытую дверь.
Едва она сделала пару шагов внутрь теплой спальни, озаренной неярким огнем свечей, сильные руки обняли ее стан, и Кирилл склонился над ней. Горячие губы впились в ее шею, а ладони бесцеремонного стиснули ее грудь через ткань платья.
Она чуть обернулась к нему, опешившая от его дерзких неожиданных ласк. На ее удивление, молодой человек уже был в одних брюках, в расстегнутой рубашке и босой.
Кирилл быстро развернул Ольгу к себе лицом и вновь его губы завладели ее ртом. Нетерпеливые руки прошлись по ее спине, спускаясь ниже, разминая ее тело. Так и продолжая яростно атаковать ее рот, он начал задирать юбку девушки, и уже через минуту его ладони ощутили прохладу и нежность обнаженной плоти. Пройдясь нетерпеливой рукой по ее ягодицам, молодой человек чуть отстранился от нее.
— Вы без нижнего белья, Ольга Николаева? — опешил он, отмечая, что лишь шелковые белые чулки закрывали ее ноги до колена.
— Да. Вы же сказали, для чего я нужна, и я подумала, — залепетала она смущенно, и ее щеки заалели.
Оленька, хотя и слыла довольно умной, развитой в науках и умелой в искусстве обольщения, была совершенна несведуща в интимных вопросах. Отчего-то два часа назад, когда она собиралась в особняк Измайлова, ей подумалось, что любовницы так и вели себя. Приходили на свидание без панталон и нижних юбок. Или она ошиблась? Занервничав, она захлопала глазами и вдруг показалась себе смешной.
— Вы просто поразительны, сударыня, — выдохнул Измайлов, и его рука вновь прошлась лаской по ее обнаженным ягодицам, наслаждаясь их упругостью и мягкостью одновременно. Он смотрел ей прямо в глаза, и она заметила, как его дыхание вмиг стало сбивчивым. Возбужденный этим пикантным пассажем, Кирилл приник горячим лбом к ее виску и выдохнул над ней: — Даже не думал, что вы с таким рвением станете угождать мне…
— Вы намерены стыдить меня? — возмутилась она, отчего-то чувствуя себя развратницей, и немедля скинула его руки со своих бедер и чуть отошла.
На ее выпад, более похожий на нервную истерику, Кирилл лишь усмехнулся и вновь подошел к ней, властно обнял и заверил, чтобы успокоить:
— Вы все верно сделали, Оленька, я рад, что мы впервые так хорошо поняли друг друга.
Быстро подхватив ее на руки, Кирилл стремительно преодолел расстояние до кровати и посадил на нее девушку. Неумолимо склонившись над ней, он, стиснув ее подбородок ладонью, вновь поцеловал. Не останавливаясь, его губы продолжали свою атаку, а руки начали расстегивать многие крючки сбоку на ее платье.
Понимая, что хватит сидеть как кукла, а то он останется недоволен, девушка начала стаскивать рубашку с его широких плеч. Она отвечала на его поцелуи, так же порывисто целовала его губы и даже ласкала его шею и плечи руками.
Нетерпеливо Кирилл спустил ее платье, обнажая Оленьку до талии, и тут же повалил на постель. Его правая ладонь сжимала и перекатывала в пальцах ее нежную упругую грудь. Второй рукой он быстро стаскивал остатки ее покровов, наслаждаясь гладкой нежной кожей девушки.
Страстные ласки захватили их на какое-то время, и вскоре они оказались полностью обнажены. Кирилл так и не отпускал девушку от себя, не давая даже на секунду опомниться. Она ощущал, как все его тело горит от яростного возбуждения и болезненного желания овладеть этой сладкой сереной. Но он понимал, что Оленька совсем неопытна и потому нуждается в более продолжительных ласках, чтобы почувствовать возбуждение.
В какой-то момент Кирилл услышал ее сладострастный стон, когда его губы умело и нежно целовали и ласкали ее грудь, и тут же окинул взглядом ее лицо. Глаза Оленьки были чуть прикрыты, а пальцы ласково терзали его волосы на затылке. Она явно испытывала наслаждение в эти мгновения. Быстро проведя нетерпеливой рукой по ее промежности, Кирилл довольно выдохнул. Соки уже наполнили ее лоно, и она была готова.
