— Это можно понимать так — работать в обычных условиях вы не хотите!
— Чепуха! — фыркнул Мюррей. Казалось, его чувство юмора за последнее время сильно пострадало. — Но ведь Теракис не кто-нибудь, Майк. Для личности его калибра никакие издержки и затраты не играют роли. Могу заверить тебя, что мы практически поставили на голову весь район. Он просто исчез. Совсем.
— Может, он мертв?
— Едва ли. Найдены почти все жертвы Хирлета. Я не думаю, что он потрудился именно Теракиса доставить в другое место. Теракис не мог покинуть город, если ты это предполагаешь.
— Что, собственно, в этом человеке такого важного?
— Что важного? — воскликнул Мюррей. — Ты это серьезно?
— А почему бы и нет? — невозмутимо сказал Майк.
— Потому что… — Мюррей оборвал себя, несколько секунд судорожно подыскивал слова, а потом начал все сначала, но сдержанным тоном: — Теракис не кто-нибудь, Майк. С одной стороны, он не гражданин Англии, а лишь приглашенный профессор. С другой стороны, у себя на родине он персона величайшего ранга. Если он так просто исчезнет, то поднимется суматоха, которую ты и представить себе не можешь даже в самых смелых предположениях.
— Ас третьей?
— С третьей? Откуда ты взял, что есть третья сторона? Тебе не достаточно первых двух?
— И все же? — спокойно спросил Майк. — Я знаю тебя немного дольше и лучше, чтобы ты мог водить меня за нос. Теракис мог быть императором Китая, и ты не пошел бы на такие издержки, если бы не имел еще важной личной причины поговорить с ним. Итак, что скажешь?
Мюррей немного помялся, потом с фатальным вздохом пожал плечами.
— Причина — это, пожалуй, слишком громко сказано, — пробормотал он. — Скорее, предчувствие. Я уверен, что он больше знает о Хирлете, чем сказал нам. Я знаю это наверняка, но…
— А почему ты думаешь, что со смертью Хирлета не все закончилось? — спросил Майк.
— С чего это ты взял?
Майк сделал пренебрежительный жест, затянулся и поморщился.
— Кончай балаган, Бен. Для меня все это значит не меньше, чем для тебя. Номер, который снимал Хирлет, был несколько великоват для него. За последние три дня я, знаешь ли, основательно все обдумал. Имеется несколько вещей, в которых нет смысла. Например, нападение на военную базу в Арлингтоне. Что это значит? Ясно как божий день, что это у него бы не прошло. И потом, дело с истребителем «фантом», о котором ты рассказывал мне…
— Чего я, собственно, не имел права делать, — пробормотал Мюррей.
Майк коротко усмехнулся и невозмутимо продолжал:
— Я не могу отделаться от чувства, что Хирлет, в конце концов, был тоже не больше, чем марионетка. Я почти уверен, что за ним кто-то стоит. Возможно, Теракис.
— По крайней мере, он знал, кто это, — кивнул Мюррей.
— Я пришел к такому же заключению и поэтому очень хочу увидеть Теракиса. То, что он случайно оказался важной персоной, облегчает мне дело. Я могу использовать любые средства, чтобы найти его. — Несколько мгновений он задумчиво рассматривал носки своих ботинок, потом с разочарованным видом покачал головой и вытащил из кармана пачку сигарет.
— Надеюсь, Дамона все же найдет камень, — пробормотал он. — Мысли, что тот, кто за все здесь ответственен, получит в руки талисман, хватит, чтобы я заработал пять дополнительных язв желудка… — Он попытался рассмеяться, но это вышло так натянуто и неестественно, что получилось скорее отвратительно, чем смешно. — Я… — Он замолчал, секунду пристально глядел прищуренными глазами на вход порта и вынул изо рта сигарету.
— Что с тобой? — спросил Майк.
Вместо ответа Мюррей взял его за руку, вытащил из машины и молча указал на реку.
Прямо перед входом в безветренную акваторию порта остановилась стройная, белоснежная моторная яхта из тех, что никогда не заходят в эту часть порта.
— Смотри! — удивленно выдохнул Мюррей.
— Что? — спросил Майк. — Не вижу ничего из ряда вон выходящего, кроме этой яхты.
— Вода!
Майк посмотрел и увидел то, что заметил Мюррей. Серая поверхность воды повсюду была неподвижной и такой ровной, словно ее полили нефтью, и только под яхтой вода кипела и бурлила, будто на дне был гигантский кипятильник. Большой вялый пузырь поднялся на поверхность, беззвучно лопнул и образовал тонкую дымовую завесу, которая, несмотря на порывистый ветер, почти неподвижно висела над яхтой и рекой.
— Что это? — испуганно прошептал Майк.
— Не знаю, — отозвался Мюррей, — но мне это совершенно не нравится.
Он отпустил руку Майка, вернулся к машине и снял трубку радиотелефона.
— Что ты собираешься делать? — спросил Майк.
— Прикажу проверить, кому принадлежит эта яхта. Ты можешь разобрать название?
— Не точно, — ответил Майк. — Но я… — Он резко замолчал.
Серый туман над яхтой начал изменяться. Облако сжалось, образовало бурлящую воронку, потом форму, которая удручающе напомнила Майку кулак и, наконец, растянутую в ухмылке дьявольскую рожу.
— Боже мой, что это? — растерянно произнес Мюррей.
На яхте открылась дверь. Стройная, смутно различимая на таком расстоянии фигура вышла на палубу, на мгновение подошла к корме и повернулась к ним.
Яхта находилась более чем в двухстах метров от причальной стенки, но у Майка появилось ощущение, что за ним пристально наблюдают.
Человек мгновение стоял неподвижно, затем поднял руку и сделал быстрый, решительный жест.
Облако над его головой среагировало на это.
Майк в ужасе наблюдал, как гигантское бурлящее основание снова распухло, сжалось и развалилось, чтобы сформировать дюжины три маленьких причудливых образований.
Майк заметил опасность слишком поздно.
Облако неожиданно рванулось ввысь, помчалось под крутым углом к автомобилю и опустилось, как рой хищных птиц, прямо на них.
В воздухе повисло глубокое вибрирующее жужжание, как от пчелиного роя.
В последний момент Майк бросился в сторону.
Одно из туманных образований промахнулось мимо него на сантиметр, задело крышу полицейской машины и свалилось с нее. Краска машины в том месте, где коснулось ее облако, начала изменяться. Она стала коричневой и хрупкой, и рвалась, словно обгорела. Все длилось не больше секунды.
— Осторожно! — закричал Майк. — Эти штуки опасны!
Краем глаза он заметил движение, чисто инстинктивно увернулся, упал и отчаянным рывком вскочил на ноги.
Весь рой полупрозрачных туманных привидений набросился на него, но опять промахнулся на какие-то миллиметры.
Майк испуганно отшатнулся, увернулся от следующей призрачной лапы и в отчаянии огляделся. Мюррей сделал единственно правильное — захлопнул за собой дверцу машины. Четыре-пять смертоносных облачка прилипли, как медузы, к стеклу машины, но были не в состоянии проникнуть через него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
