Читаем без скачивания Млечный путь. Путь избранной - Александра Дема

Выставив руку ладонью вперёд, она уверенно сказала:

— Нет!

Всё вокруг, как будто, замерло и перестало существовать вовсе. Всё, кроме мальчика и мужчины, стоящих за ней. И именно желание защитить их родило в душе непонятную силу, которая белёсым облачком появилась из её ладони и замерла на пути голубого свечения непроходимой стеной. И в момент соприкосновения двух магий на поляне раздался взрыв, раскидав всех нападающих в разные стороны. Стоять остались только изумлённая Рэйс, перепуганный Кили и спокойный Киртьян. Он-то и очнулся первым.

— Взять всех до единого, — уверенно проговорил он.

И только после этого офицер МакВарран заметила, что к ним прибыло подкрепление в количестве трёх отрядов эльран, успешно сражавшихся всё это время с противником, прибывавшим с внешней стороны. И как по команде, после этих слов, на шеях у оглушённых противников начали светиться красные амулеты. Кили, уже знающий, чем всё закончится, без слов метнулся в сторону. Ранэис последовала за ним, на ходу подхватывая его на руки и успев вовремя крикнуть:

— Все прочь с поляны. Амулеты сейчас взорвутся!!!

Вот только в этот раз взрывная волна была такой силы, умноженная количествами активированных амулетов, что расстояние особо не спасло. Разве что уберегло от мгновенной смерти. Девушку швырнуло с такой силой, что от неё наверняка бы и мокрого пятна не осталось, встреться на пути дерево. Чудом извернувшись так, чтобы Кили упал на неё при приземлении, Рэйс с глухим стоном упала на траву, умудрившись при этом расцарапать только недавно зажившее плечо и всю спину даже через ткань. Сил на то, чтобы проверить состояние остальных у неё уже не было. Дыхание на какое-то время покинуло тело и не желало возвращаться, пока мальчик не приложил свои ручки к ней и не начал шептать какие-то непонятные слова, больше похожие на песню. Дышать тут же стало легче, и боль в плече уже не так ощущалась, только спина всё так же ныла.

— Спасибо, тигрёнок, — прохрипела она, приподнимаясь на локтях и привлекая к себе дрожащего ребёнка. — Хорошее умение.

— Я только вчера научился, — всхлипнул он и сильнее прижался к девушке.

— Очень вовремя, малыш, — выдохнула она.

Так они и лежали, глядя на то, как на небе занимается рассвет. Недолго, правда. Всего пару минут, когда на весь лес раздался достаточно взбешённый вопль:

— РАНЭИС!!!

— Папа злой, — прошептал малыш.

— Угу, — отозвалась девушка.

— Нам влетит, — добавил он.

— Угу, — вздохнула она.

— Может убежим? — робко поинтересовался он.

— Нет, тогда нам влетит в десять раз больше, — покачала она головой, ощущая тяжёлый вздох Кили, и невольно улыбнулась.

Ради того, чтобы ощущать дыхание этого маленького кудрявого чуда и знать, что он жив и здоров, Рэйс была готова встретиться лицом к лицу не только с его разъярённым отцом, но и с целой армией скарпийцев[36].

Так их и нашёл Киртьян, который едва позорно не лишился чувств, не разобравшись с ходу в том, что увидел. Девушка лежала на земле, вся перепачканная кровью, грязью и гарью, в порванной рубашке, с ссадинами на коленях и левом бедре, а рядом с ней его сын, в не менее плачевном состоянии. В первый момент ему показалось, что они мертвы и сердце пропустило удар. А потом, когда он заметил, что взгляды обоих переместились на него, оно зашлось в таком бешенном ритме, что едва не выпрыгнуло из груди. Ноги тут же подкосились от разлившегося по телу облегчения. Но он заставил себя собраться и подойти к этой парочке.

Не успел он и рта раскрыть, как Ранэис села и с улыбкой сказала:

— Мы живы и уже даже здоровы.

А Килияр пулей подорвался с земли и подбежал к нему. Владыка подхватил сына на руки и, как это недавно делала Рэйс, усадил того на своём бедре.

— Папочка, я не хотел выходить, прости пожалуйста, — зашептал он, обхватив Киртьяна за шею. — Но они избили Хаарту, а Фаарту вообще куда-то забрали. Я…

— Тшшш, Кили, — прервал его Владыка. — Ты ни в чём не виноват.

— И Рэйс не ругай, пожалуйста. Это я её позвал.

— А ты мне расскажешь, как ты это сделал? — вкрадчиво поинтересовался Владыка, пристально глядя на девушку, которая в данный момент, морщась от боли и слегка постанывая, разминала ушибленную спину.

— Нет, — сдавленно ответил ребёнок. — Я обещал… это тайна…

— Хорошо. Тогда просто пообещай мне приглядывать за нашей девочкой, договорились? Ты же мужчина, защитник. Постарайся быть всегда рядом с ней.

— Договорились, — серьёзно кивнул Кили и заёрзал, горя желанием стать на землю.

К ним подошла Рэйс.

— Ты цел? — спросила она, внимательно осматривая его на предмет повреждений.

От этого вопроса у мужчины внутри словно солнышко засветило. Приятно осознавать, что невзирая на её слова, она всё же переживает о нём.

— Да. Я едва успел отбежать, как не меня прыгнуло по меньшей мере пять эльран, закрывая собой, — поморщился он. — Чуть на тот свет не отправили, защитнички.

— А остальные как? — поинтересовалась она, изо всех сил стараясь скрыть улыбку.

— Живы, но многие ранены, — тут он перестал дурачиться и серьёзно глянул на девушку. — Если бы не твоё предупреждение, было бы очень много смертей. Как я понимаю, то же самое случилось и в первый раз, да? Когда ты погналась за одним из них, а он неожиданно взорвался и тебя отбросило на дерево. Не смотри так, я нашёл твою кровь, хотя ты мастерски замела следы.

— Это не люди взрываются, а их амулеты. Почти у всех тех, кого я видела во время нападений, были на шее такие своеобразные красноватые амулеты, которые потом начинали гореть намного ярче и, соответственно, взрываться, уничтожая даже тело носителя, — кивнула девушка.

— Мы раньше на местах покушений на сына находили только выжженную землю, не понимая, что это. Теперь многое становится ясным, — вздохнул эльран.

— Что именно?

— Например, то, что никто из них не скрылся от нас, не сбежал, а просто умер. Тот, кто стоит за всем — потерял рассудок, если взрывает своих же людей после неудачной попытки покушения. И если вокруг ходит столько «взрывоопасных личностей», нужно подумать о возможной защите.

Больше никто из них не проронил ни слова. Сначала они молча дождались охрану, а потом также молча вернулись в замок. Их появления было поистине триумфальным! Замок жужжал словно улей, всполошённый, видимо, недавним взрывом. Никто ничего не знал и мог лишь догадываться. А тут такая картина — Владыка вне личного крыла без привычной рубашки, за ним неизвестная практически обнажённая, лишь в порванной мужской рубашке, рыжая девушка с наследником за руку, который вообще был в пижаме и сапогах, и плетущаяся позади них мрачная с кровожадными взглядами охрана. И все побитые, грязные, ободранные, с внушительными проплешинами в некогда шикарных шевелюрах, а двое так и вовсе практически лысые… В общем, в шоке были все, кроме непосредственных участников недавних событий. Они просто прошли мимо любопытствующей толпы, не обращая ни на кого внимания. Только Владыка немного задержался в дверях, пропуская девушку и мальчика, а когда они скрылись в здании, угрожающе посмотрел на собравшихся эльран и тихо, но так, что у каждого мурашки пробежали по телу, сказал:

— Все вон отсюда!

Любопытных, как ветром сдуло. И Киртьян с чувством практически полного удовлетворения пошёл вслед за сыном и девушкой. Предстоял серьёзный разговор в воспитательных целях, на который понадобятся все его силы и выдержка. А вот последней, как раз-таки, у него в данный момент и не наблюдалось.

Неожиданно для самого себя он задумался над фразой, которую сказал сыну: «наша девочка». А, ведь, теперь именно так и было, и ему действительно очень нравилось так называть и, что самое главное, чувствовать Рэйс. Вчера он много думал над сложившейся ситуацией и впервые за всё время действительно осознал, что совершил ошибку. Владыка настолько привык к тому, кто он, как к нему относятся и кем видят, что практически потерял себя. Правитель — ни больше, ни меньше. А, ведь, он ещё и самый обычный мужчина с самыми обычными желаниями.

Ранэис оказалась для него, как глоток свежего воздуха или родниковой воды, которую он с жадностью едва не выпил до дна. И тем самым совершил бы самую ужасную ошибку в своей жизни. До того, как он впервые ощутил её запах в тех комнатах, в Цветнике, он не понимал, что задыхается. Долг, власть, ответственность, стремления… все его цели, мотивы и идеалы постепенно превращались в клетку, в которой, в итоге, он оказался заперт. И вот, появилась она. То, как на неё отреагировал зверь, уже должно было насторожить и предупредить Киртьяна, но он видел цель и, как подобает тому, у кого власть, не обратил внимание на препятствия. А должен был. Ведь она не такая, как все. И если он хочет получить её, то обязан действовать по-другому. «Ухаживать» — так она сказала. Что ж, он попробует.