девицы с юрфака открытым текстом лепили горбатого, мол, хорошо, что ты бросила этого мафиози, к тому же беспринципного человека, шедшего к славе и деньгам под девизом «мой принцип – беспринципность». Оказывается, он девок, как перчатки менял… Ещё бы атлет, мастер боевых искусств… У этого мастера половых искусств куча внебрачных детей… Это мне моя изменница-подруга Анжела, на радость поступления в аспирантуру нашептала, что он мне задолго до
того её дня рождения изменил… А нашептала по злобе, ибо и он ей тоже изменил, не отходя от кассы олигарха местечкового разлива Мэлса…
Пётр слушал, немного морщился, дёргал щекой, но почему-то давал Кате выговориться, высказать то, что наболело, перекипело, в пар ушло и сверху осадками смрада выпало… Подумал отстранённо и безжалостно и к Роберту, и к Мэлсу, это даже вовремя Катя подтолкнула к осуществлению давно запланированного решению войти вдвоём решительно и смело в портал с духами, только уже не в положении защитников своего безнадежного тёмного дела, а напористых куражных нападающих единой боевой команды со светлой верой в скорую победу.
Они, взявшись за руки, оторвались чуть-чуть от пола, на полметра, не более, в состояние лёгкого воспарения при левитации в пространство свежего морозного воздуха, где невозможно задохнуться, а можно только дышать и радоваться волшебному вдохновенному состоянию духа души. И первым делом, по мысленному настоянию Петра, в открывшемся им временном портале вызвали дух его отца, погибшего в череде интересующих гибелей первым. Пётр задавал духу мысленные вопросы и получал тут же мысленные ответы отца, понятные и Петру и парящей рядом Кате. К разряду неожиданных ответов духа отца следовало отнести, что кроме белой маски водителя-убийцы на переднем сидении была ещё такая же маска подельника убийцы на заднем сидении.
Потом они вызвали духи отца и матери Кати. На этот раз Катя мысленно спросила их, кто сидел на переднем сидении убийцы-водителя врезавшегося в них на полном ходу тяжёлого джипа, и были ли ещё во врезавшейся машине какие-либо знакомые или незнакомые им люди. И последовал мысленный ответ духов: «На переднем сиденье смертоносного джипа восседал подельник Мэлса и его московского дружка-финансиста Фрол. А на заднем сидении несущего нам гибель джипа сидел помощник депутата Мэлса Роберт». Пётр спросил духа отца Кати: «Вы видели когда-нибудь раньше до катастрофы вместе водителя Фрола и Роберта?» И дух отца Кати дал твёрдый утвердительный ответ: «По звонку Мэлса, Фрол и Роберт были у меня на приёме в моём кабинете. Цель их прихода была одна – воспрепятствовать публичной огласке компрометирующих фактов деятельности депутата-бизнесмена Мэлса и его покровителя, армейского дружка, крупного московского финансиста». Пётр спросил: «Какова судьба этих документов, компрометирующих Мэлса и его армейского дружка, московского подельника?» Дух отца ответил мысленно: «Эти документы были в моей машине и предназначались для передачи в прокуратуру. Судьба их мне неизвестна. Их могли взять Фрол и Роберт для передачи Мэлсу с подельником».
Поднявшись чуть выше над полом, всё так же держась вместе за руки в морозном воздухе левитации, они вдвоём вызвали дух матери Петра, который тут же дал им мысленный посыл: «Рад, что вы, Пётр и Катя, отныне теперь вместе».
Пётр решил спросить о том, что его всегда невероятно волновало, но он никогда не осмеливался спросить маму о причинах нарушения её психического здоровья. Как-то не верилось ему в странную причину: мама взяла с собой на тот свет свою мать, бабушку Петра Марию Андреевну только за то, что огласила раньше своего времени предчувствия скорого ухода своего мужа, отца Петра. И осмелевший Пётр задал наконец-то мучавшие его вопросы о причинах психического заболевания матери сразу после гибели в автокатастрофе отца, его похорон в семейном приделе на погосте.
И дух матери стал выдавать что-то умопомрачительное и несусветное. Оказывается тогда матери, обладавшей недюжинными способностями медиума, во сне приснился отец и рассказал о причинах того, почему он оказался у злополучного гаража, приобретённого им на паях с братом. Напомнил о корыстной жене брата Вере, продавшей за ежемесячную плату место в гараже Мэлса, а перед этим вынудившей продать автомобиль братьев, лишь бы нажиться. Рассказал и о том, что вызвал его к гаражу ни кто иной, как Мэлс, и он же подстроил наезд на него…
Дух мамы надолго прекратил свои мысленные посылы, и Петру пришлось даже, по возможности поторопить его: «И что дальше, мама? Может, ты на что-то сердишься на меня, мама?»
– «Да я сердита на тебя за то, что ты отомстил за нас с отцом Мэлсу и Роберту. Я же знаю всё о дуэли. Мэлс ведь стрелял в тебя и мог убить. А ты пощадил и Роберта и Мэлса. А они бы тебя не пощадили, сынок».
– «Но Роберта сегодня утром похоронили на том же погосте. А Мэлса я хочу посадить, как вора и мошенника в тюрьму, и всё к этому движется стремительно и неотвратимо. Но меня всегда убивало твоё неожиданное психическое заболевание. Не было у нас в роду психов-шизофреников, медиумы были, неужели дар медиума тоже связан с психическим заболеванием?»
И дух мамы в связи с последним мысленном вопроса сына подробно осветил тёмные места из родословной матери и бабушки Марии Андреевны. Была ещё там прабабка с уникальным даром ясновидения и яснознания с редчайшими способностями предсказывать будущее, а также внушать мысли на расстояние, двигать мыслю предметы и даже воспарять над землёй в состоянии транса и другие предки, носителей дара. Мама призналась, что она, всё-таки лишена такого мощного дара, как прабабка, но всё же даже минимальных способностей экстрасенса ей хватил для того, чтобы предчувствие о смерти мужа, отца Петра превратить при реально его гибели в весомое обвинение Мэлса. И она пошла на приём к депутату Мэлсу и выложила всё в лицо депутату и его помощнику Роберту. Конечно, разволновалась, была в истеричном состоянии. Те сначала дико испугались при угрозе пойти в прокуратуру, к следователям, потрясая бумагой, на которой было изложено всё о причине похода убиенного мужа к гаражу и гибельных последствий. С прямым обвинением Мэлса и Роберта. А они предложили вдове водички с лекарством успокоительным. А вместо лекарства накачали наркотическими амфетаминами и ноотропами, оказывающими специфические вредные воздействия на высшие психические функции, в лошадиных дозах. Ноотропы вводились в организм в виде таблеток и внутривенно в больнице, по указке Мэлса. «Что хочу, то и ворочу, изменяю высшую нервную психическую деятельность через ноотропные снадобья заграничного происхождения» – вот и наворотили убийцы отца Петра психическое заболевание и угнетение мозговой деятельности его матери…
