в его убийстве. В «Божественной комедии» мы видим его в девятом, самом страшном кругу: «Вот Брут, свисающий из черной пасти. Он корчится и губ не разомкнет».
Это пасть Люцифера, рядом с Иудой. Грустная судьба!
Император Клавдий. Нетипичный римлянин
Секрет сложного отношения историков к императору Клавдию состоит в том, что это совершенно нетипичный римлянин. Он не воплощал в себе набора римских доблестей классической эпохи – I века н. э. Прежде всего мужчина – это воин, готовый с радостью, с улыбкой, с гордостью отдать жизнь за родину, беспощадный к врагам, уважающий память предков и т. п. Эту совокупность добродетелей римляне называли непереводимым на русский язык словом virtus.
У Клавдия же не было стремления к воинским доблестям. Даже внешность его совершенно не подходила для героического римского воина. А любимое занятие – писать историю. Как это странно для человека, оказавшегося на вершине римской власти!
Клавдий прожил 64 года, достаточно долго для той эпохи. Из них он 13 лет правил Римом.
Это была эпоха принципата – системы правления, которую в 27 году до н. э. создал в стихийном социальном творчестве великий предок Клавдия Октавиан Август, божественный Октавиан. Порядок, который можно назвать «застенчивой империей». По сути это уже монархия, власть одного человека. Но она стыдливо декорирует себя республиканскими одеждами. Есть Сенат, есть народные собрания, есть будто бы независимые суды, и считается, что они что-то решают, но в действительности это не совсем так.
Былые республиканские институты подавлены центральной властью.
И в Сенате принцепс – только первый в списке, «первый среди равных», он первым высказывает свою точку зрения, а затем уже остальные, причем говорят они, зная, что их может ждать. Поэтому они просто повторяют мнение принцепса.
Рождающаяся империя достигнет расцвета при Антонинах во II веке н. э А в эти годы складывается множество нелепых ситуаций, когда кто-то неожиданно, случайно оказывается у власти. Это связано с тем, что система еще несформировалась, нет четких механизмов наследования, нет бюрократического аппарата, считается, что в Риме вовсе не монархия.
«Золотой век Римской империи» еще не настал. И Клавдия мы видим в истории в чудовищном окружении – между Тиберием, Калигулой и Нероном.
Будущий император родился 1 августа 10 года до н. э. в Лионе, на территории нынешней Франции. Тогда там располагалась римская провинция Галлия, не так давно завоеванная великим Гаем Юлием Цезарем, но уже сильно романизованная.
Отец – известный в Риме человек, полководец Друз-старший, родной брат императора Тиберия, пасынок Октавиана Августа. Самого божественного Августа! Август женился на его матери, а она через три месяца родила. Был сочинен стишок (некоторое вольнодумство в Риме существовало) с такой строкой: «Везучие родят на третьем месяце». Ходили слухи, что это, может быть, и не пасынок, а зачатый вне брака родной сын Августа.
Популярность Друза была основана на том, что он успешно воевал с германцами. Считался сторонником восстановления республики. А это все еще нравилось народу. Пусть он ничего не предпринимал, но славился независимостью мнений.
Друз умер через год после рождения Клавдия. Упал с коня, получил перелом бедра, от которого уже не оправился. Нелепая для воина смерть.
Мать Клавдия, Антония-младшая, дочь знаменитого Марка Антония, – добродетельная женщина. А в Риме тех лет добродетель была большой редкостью. Антония угодна императору Тиберию – долго находившемуся у власти жестокому правителю. Однажды она спасла ему жизнь. Ей стало известно, что против Тиберия составлен заговор (типичнейшее явление для той эпохи), и она сейчас же донесла, предотвратив покушение. С тех пор и она, и ее дети были в безопасности.
У Клавдия было удивительно тоскливое детство. Он рос болезненным и заброшенным ребенком. Состояние мальчика очень тревожило его внучатого дядю, великого Августа. Вот что он писал: «Если он человек полноценный и у него все на месте, то почему бы ему не пройти ступень за ступенью тот же путь, который прошел его брат, великий Германик? Но, может быть, он поврежден и телом, и душой?»
Как пишет историк Саллюстий, Клавдий проводил время в обществе женщин-прислужниц, рабов и вольноотпущенников. Почему он оказался в таком положении? Прежде всего потому, что у него был блестящий брат. Вот его горе! Рядом с Клавдием его антипод Германик, старший брат, наделенный всеми доблестями. Его боготворили в Риме – и твердо надеялись, что он со временем сменит Тиберия. Мысли о том, что императором когда-нибудь может стать Клавдий, даже не возникало.
Мать странно относилась к своему младшему, болезненному сыну. О человеке, который оказывался круглым дураком, она могла сказать: «Он даже глупее моего Клавдия». Он был для нее воплощением тупоумия. Известно еще одно ее изречение: «Природа начала над ним работать, но не закончила». Каково приходится такому ребенку?
И вдруг в 19 году до н. э. Германик неожиданно умирает, находясь в одной из дальних восточных провинций. Тогда все считали (хотя степень надежности этой информации под вопросом), что он скончался от отравления. Предполагалось, что отравил его наместник в Сирии, и уж совсем тихо шептали, что не без ведома императора Тиберия, который не хотел иметь такого очевидного, готового, любимого народом преемника.
У Германика остался сын, и тень популярности отца привела его к власти. Это был ужасный человек, который вошел в историю с прозвищем Калигула. Звали его Гай Цезарь. Калигула в переводе – «сапожок». Будучи сыном воина, он вырос в военных лагерях и походах. И носил сшитую для него детскую форму, напоминавшую одежду легионера, в том числе и особые сапожки.
Маленький ребенок в походах! Это было так трогательно! Кто же знал, что из него получится чудовище!
Клавдий же предпочитал держаться в тени. Сидит себе в тиши, в уголке, как правило в каких-то дальних поместьях, и пишет, пишет, пишет.
Несмотря на отношение матери, он получил потрясающее образование. Великолепно знал языки. Владел литературным стилем. Он начал писать римскую историю по-латыни по совету великого ученого Тита Ливия. Затем он написал историю этрусков и Карфагена на греческом языке, возможно, владел он и этрусским языком.
Правда, нельзя сказать, что он совсем не стремился к тому, чтобы получить какие-либо должности и вести себя как должно римлянину. Он обратился в поиске должностей к Тиберию и получил отказ.
В 37 году до н. э. Тиберий умер. Смерть его была ужасна. В Риме шептались по углам, обсуждая жуткие подробности. Тиберия, совершившего массу жестокостей, боялись до безумия. И вот, казалось, наступила агония.
Но через некоторое время Тиберий очнулся. Тогда окружавшие его люди задушили его подушками.
Клавдию было тогда 47 лет. В Риме о нем окончательно забыли. Да и сам он даже мысли не допускал о том, чтобы оказаться у власти, хотя он и был, наряду с Калигулой, законным наследником императора.
Он попытался вернуться
