Читаем без скачивания Экспедиция в Лес - Аксюта

Как ни были вымотаны путешественники, а когда Славик присел перебинтовывать свою многострадальную ногу, рядом с ним появился один из тех солдат, что более-менее понимали по-русски. По странному стечению обстоятельств, им оказался тот самый Анжей по прозвищу Малыш, который на второй день пребывания на Форрестере приблудился к Новым Лабораториям. Подошёл с очевидной целью поболтать, порасспросить. Как наиболее молодой и безобидный на вид, Славик вызывал к себе наибольшее доверие. Ни вечно хмурый Никита, ни позволяющая себе как мальчишку отчитывать их командира Елена, не вызывали стремления поговорить по душам.

— А что это за монстр такой был?

— Это ты про кошкоящера? Местный хищник. И даже не самый опасный. Конкретно этот, молодой и глупый зверь. Старого матёрого самца я не рискнул бы за хвост дёргать.

— Ну почему ящер — понятно, а что в нём от кошки? — ещё несколько человек, не вступая в разговор, приблизились на расстояние слышимости.

— Это ты просто не видел как он спит, свернувшись бубликом. Потрясающе гибкие создания.

— Может клубком? Вроде про кошек так говорят.

— Клубком сворачиваются кошки особой пушистости, а когда то же самое делает кошкоящер, получается бублик.

— А нельзя было включить ту штуку, которой вы эту зверюгу шуганули и спокойно идти по земле.

— Нельзя. По нескольким причинам. Во-первых, это не прибор, а живое существо, которое не может безостановочно орать в течение нескольких дней. Во-вторых, мы не знаем всех ли животных отпугивает этот звук. В-третьих, не уверены, что для психики человека безопасно слишком часто слушать пение чудесной флейты.

— Значит путешествия по деревьям, нам не избежать.

— Смиритесь, — усмехнулся Славик. — Раз уж вы очутились в этом мире, начинайте жить по его правилам.

Нельзя сказать, что это заявление кого-то сильно воодушевило, но когда сидишь посреди огромного дикого леса других альтернатив не заметно. Поздно ночью, когда настало время Елениного дежурства, к ней в руки скользнул крупный хамелионус. Это прибыл посланец от Софии. Та сообщала, что профессор удачно перенёс трансмутацию в эльфа и теперь у них одним собратом больше. В свою очередь, Елена сообщила свои новости и поделилась подозрением, что у половины их отряда появляются первые признаки приближающейся трансмутации. Теперь она задолго до её начала могла уловить надвигающиеся изменения, а не как тогда с Никитой, за пару часов.

Рано утром, ещё до пробуждения основного отряда, Славик с Никитой успели сбегать за свежей зеленью и кое-каких фруктов набрали. Пробуждались люди тяжело, даже не смотря на то, что им дали вволю выспаться, многие чувствовали себя разбитыми.

— Это ещё что? — подозрительно спросил Анжей, глядя на протянутый ему лист, с завёрнутым в него фруктом.

— Это твой завтрак.

— А нам строго-настрого запретили совать что попало в рот из местной зелени.

— Если самостоятельно попытаешься что-нибудь схарчить, я первый тебе подзатыльников надаю, — хмыкнул Никита. — А это не только безопасно, но даже весьма полезно, особенно после тяжёлых физических нагрузок. Тем более что всё это вы уже ели в своей столовой. Только там эта зелень была мелко покрошена в салат и под соусом.

Анжей захрустел зелёным листом, сосредоточенно пытаясь понять, так ли оно противно на вкус как он ожидал. Затем распробовал и принялся за еду с удвоенной энергией. Следом за ним решился опробовать свой завтрак и командир, до сих пор нерешительно вертевший его в руках. Остальные, глядя на начальство, тоже не стали отказываться от местной экзотики. Кончилось это тем, что до стандартных рационов дело так и не дошло.

В этот день шли ещё медленней вчерашнего. Елена с друзьями старалась ненавязчиво держаться поблизости к тем, у кого вот-вот должен был случиться приступ. Всё-таки терять сознание, находясь на высоте пары десятков метров над землёй — не самое безопасное дело. Но ловить никого не пришлось. Это случилось, когда группа остановилась на обед и отдых. В некотором замешательстве сослуживцы наблюдали как Анжей, весь обед трещавший без умолку, сначала резко замолчал, потом принялся тереть глаза, потом мешком осел на ветку, так и не успев дожевать кусок. Вот-вот грозила начаться паника, когда Никита встал с места, готовясь держать речь.

— Спокойно. С ним ничего страшного не произошло.

— Это яд?! — перебил его панический выкрик. — Те листья, что вы нам давали утром, они ядовитые!?

— Глупости. То, что с вашим товарищем происходит — вполне естественный процесс.

— Объяснитесь, — угрожающе набычился командир, одним жестом прекращая ропот в рядах подчинённых. В это время Елена со Славиком пытались устроить лежащего в беспамятстве парня поудобней.

— Для начала скажите, что вам известно о том, как становятся эльфами? — ему никто не ответил, не знали или не были уверены в достоверности своей информации. — После первичной адаптации, происходит заражение очень специфическими вирусами. В течение нескольких дней они приживаются в организме, после заболевание переходит в острую фазу. То как это случается, вы можете видеть на примере своего товарища. Через несколько часов он очнётся, став эльфом или оставшись человеком. Тут уж угадать нельзя. Если есть вопросы — спрашивайте, — о том, что Елена смогла определить кандидатов в эльфы заранее он говорить не стал, чтобы не возбуждать лишних подозрений. Тем более что определила — слишком громко сказано. Форрестер — не человек, он не знает имён и фамилий, не может описать внешность, только передать своё впечатление от человека. Как уж по таким неконкретным данным Елена ухитряется отделить зёрна от плевел, Никита не слишком понимал.

Вопросов не последовало. Ненадолго воцарилось молчание, через некоторое время перешедшее в шепотки, а потом и в бурное обсуждение. Большую часть того, что говорилось, Никита не понимал. Состав второй волны переселенцев был даже более интернациональным, чем у них. К Никите подскочил азиат нетипично громадного роста и принялся, размахивая руками, что-то доказывать. Никита повернулся к командиру:

— Что он говорит?

— Говорит, что не хочет и требует, чтобы вы всё это отменили.

— Наивный, — слегка разочарованно покачал головой Никита.

— Ну почему? — в голосе командира прорезалась спокойная рассудительность. — Вы же можете общаться с этой «душой мира», почему бы вам не попросить, или не потребовать, чтобы нас оставили в покое?

Никита тяжело вздохнул. Как же объяснить-то, чтобы было понятно.

— Вот вы кто по национальности? — начал он издалека.