судью, нетерпеливо крутившую молоток. Как он мог бы справиться с этим?..
— Я бы попросил полицейских позволить мне войти в комнату мотеля одному. Так она будет продолжать считать, что я пытаюсь ей помочь. Я отвезу ее в больницу Уэйбриджского университета и там попытаюсь оценить ее пригодность.
— Если вы найдете ее непригодной, сколько времени вам может понадобиться, чтобы провести ее лечение и восстановить пригодность?
— Не могу предсказать. Аналитическая терапия требует времени.
— Доктор Кайл, принимая во внимание угрозу национальной безопасности, я вношу поправку к этому судебному постановлению. Если вы найдете ее непригодной к экстрадиции, вы должны стать ее лечащим терапевтом, чтобы восстановить ее пригодность.
Тэйлор встала.
— Ваша честь, у нас нет времени. Госбезопасность получила разведданные, что бомба уже тикает.
— Доктор Кайл, — обратилась к нему Родригес, — есть ли какой-либо способ ускорить этот процесс? Гипноз? Шоковая терапия? Любой способ исправить такую промывку мозгов?
Он почесал свою бородку. Постучал пальцами по столу. Промывка мозгов. Промывка. Помывка. Погружение под воду…
— Ваша честь, есть один противоречивый терапевтический метод под названием образное погружение — его иногда применяют с пациентами, страдающими от посттравматического стресса и связанных с ним навязчивых воспоминаний, кошмаров и проблем с памятью.
— Как с военными ветеранами?
— И жертвами изнасилований. Для лечения пациентов, страдающих в числе прочего от фобий, эффективно применяется такая форма условно-рефлекторной терапии, как десенсибилизация. Пациента многократно подвергают травмирующим образам до тех пор, пока они не перестают вызывать симптомы шока.
— Сколько времени потребует такое лечение?
— Каждая ситуация уникальна. Недели, может, месяцы.
Тэйлор покачала головой.
— Ваша честь, споры сибирской язвы МЕК могут уже быть в Соединенных Штатах.
— Доктор Кайл, — сказала Родригес, — вы не можете предложить чего-то получше?
Он переминался с ноги на ногу, собираясь с мыслями.
— Есть такой метод десенсибилизации, известный как быстрая имплозивная терапия. Пациент погружается в реальные или воображаемые сценарии, вызывающие сильную тревожность. Если она не будет сопротивляться фантазиям, вызываемым этими образами, лечение может быть быстрым. С жертвами изнасилований быстрая имплозия дает почти мгновенное улучшение.
Родригес взглянула на Тэйлор.
— Что скажете?
Тэйлор сказала что-то шепотом Дугану и Тие, затем повернулась к судье.
— Мы просим суд установить лимит времени.
— Суд согласен. Доктор Кайл, у вас есть две недели до следующего заседания. Это должно дать вам возможность оценить состояние и провести лечение Джейн Доу, она же Рэйвен Слэйд, она же Никки Аптерос, с помощью этой быстрой имплозивной терапии. К обозначенному времени вы будете должны доложить суду о достигнутом прогрессе или о его отсутствии.
— Ваша честь, имеется одна существенная опасность. Не все могут переносить такое интенсивное лечение и сопутствующую тревожность. Для этого нужно сильное самообладание и самоуверенность. Но, как было сказано, она была пациенткой в афинской лечебнице и в итоге приняла ислам. Учитывая, что мой предварительный диагноз — пограничное истерическое расстройство личности, имплозивная терапия может повлечь за собой шизофренический криз.
— Учитывая ставки, доктор Кайл, нам придется пойти на этот риск.
Родригес покинула зал суда.
Тэйлор, Дуган и Тия вышли через главную дверь. Коулман задержался, запихивая бумаги в свой портфель.
— Кайл, это было сильно.
— Я не уверен. У меня нет ни малейшей догадки, какие травмы перенесла Рэйвен Слэйд. Что с ней делали похитители. Какие фобии может скрывать ее пограничное расстройство. Я применял обычную имплозивную терапию, но быструю — ни разу.
— Что ж, ты произвел на судью большое впечатление. Ты определенно приземлился на ноги.
— Я бы так не сказал. Родригес фактически велела мне провести по натянутой проволоке терапии психически неуравновешенную, суицидальную женщину, которой, возможно, промыли мозги исламские террористы, внушив ей комплекс мученицы-смертницы…
— Настолько плохо?
— …без страховочной сетки.
Глава пятьдесят третья
Рэйвен орала на полицию:
— Уйдите отсюда или я глотку перережу!
— Положите разбитое зеркало. Доктор Кайл уже в пути.
— Врете. Вас послали убить меня.
Она вдавила острие себе в шею. Кровь потекла на блузку.
— Срань господня! Не надо! Мы подождем снаружи. Доктор Кайл может зайти один. Так нормально?
— Окей, но я закрою дверь.
— Мы совсем не против, леди.
Они вышли из комнаты мотеля. Она громко захлопнула дверь за ними и вставила на место цепочку. Подперла ручку спинкой стула, а к стулу придвинула туалетный столик. К черту их. Она больше никогда не будет заложницей.
За окном сверкнула фарами машина, подъехавшая к тротуару. Рядом с патрульной машиной остановился белый «Лексус». Она увидела доктора Кайла, говорящего о чем-то с полицейскими. Она знала, что он видит в окно, как она смотрит на него. Он помахал ей, и она помахала в ответ. Затем он пропал из поля зрения, и раздался стук в дверь. Она прижала подушку к кровоточившей шее.
— Рэйвен, это доктор Кайл. Пожалуйста, впусти меня.
— Сперва скажите, зачем здесь полиция.
— Чтобы помочь мне защитить тебя от тех, кто, как ты сама сказала, хочет тебя убить.
— Одну минутку.
Она оттащила столик и убрала стул из-под двери.
— Не пускайте копов с вами. Скажите им, чтобы стояли там, где я их вижу.
Она услышала разговор за дверью; и вскоре за окном показались удаляющиеся полицейские.
— Теперь ты можешь открыть дверь, Рэйвен. Я один.
Она сняла цепочку, и он вошел в комнату.
— У тебя кровь. Дай мне обработать рану.
Он открыл свою сумку, вынул марлю, пластырь и антисептик. Он сделал ей перевязку и сказал:
— Я везу тебя в университетскую больницу.
Она бросила осколок зеркала на столик и крепко обняла его.
— Я знала, вы меня спасете.
В дверь постучали.
— Вы окей, доктор Кайл?
— Мы выйдем через несколько секунд.
Она приклеилась к нему. Он отстранил ее. С недовольным видом она подняла руки.
— Сдаюсь, док.
Он открыл дверь. Она вышла с гордо поднятой головой. И замерла.
— Дым!
— Наверное, мясо жарят.
— Нет дыма без огня!
— Должно быть, плеснули жидкость для розжига.
— Не надо огонь! Не выношу огонь!
— Это где-то во дворике слева, у бассейна. Мы пойдем другим путем.
Она почувствовала его сильную руку на своих плечах, уводящую ее от огня.
— Я знала, что могу на вас положиться.
Когда они вышли из-за угла, один из полицейских открыл заднюю дверцу патрульной машины.
— Нет! Только с доктором Кайлом.
Она увидела, как они обменялись взглядами. Кайл кивнул и открыл пассажирскую дверцу своего «Лексуса». И помог ей сесть. Когда он сел за руль, она прильнула к нему.
Он мягко отстранил ее.
— Пристегни ремень.
— Пристегните вы. Не хочу испачкать кровью вашу дорогую машину.
Он нагнулся над ней и пристегнул ремень. Она положила голову ему
