речью. Теперь Ирден напился и языком не ворочает. Но что прислал король, мне было любопытно. Поэтому я наклонилась и легонечко похлопала по карманам задремавшего мужчины. В одном нащупала плоскую коробку. Вытащила ее.
Думала, что украшения. Ведь что еще может подарить его величество?
Но в бархатном футляре оказалось карманное зеркальце в серебряной оправе. Причем, судя по наложенным на него заклинаниям, какой-то артефакт. Что самое смешное, Заразе тоже досталось зеркало. Только маленькое, размером с монету, и на цепочке.
Симпатичные штучки, только нужно узнать, что это и зачем, когда Ирден проспится. Просыпаться он, к слову, не спешил. Я постояла, размышляя, что же делать. А потом взмахнула волшебной палочкой. От одежды дракона отросли маленькие «лапки» и, повинуясь мне, потащили большую спящую пьяную «гусеницу» в гостевую спальню.
Не бросать же дракона на полу, но и выспаться нормально всем нужно. Мне утром с клиентами общаться.
Отлично я придумала, должна заметить. «Лапки» на одежде и оттранспортировали Ирдена куда надо, и на кровать вскарабкались и тело затащили. Тело это сладко похрапывало и не подавало признаков вменяемости или бодрствования. Пришлось раздевать его тоже с помощью волшебства.
Надо же, какое полезное умение, оказывается. Нам в академии приводили множество примеров, как можно использовать бытовую магию. Про волшебство фей лишь в общих чертах рассказывали, все же расовые умения не годятся для всех. Но кто бы мог вообразить, что все бытовая магия может пригодиться в уходе за напившимся супругом? Надо будет Монике рассказать. Она ведь замуж собирается, наверняка, ее будущий муж хоть однажды да отличится.
Когда уходила, Ирден открыл сонные глаза, улыбнулся и что-то пробормотал. Не поняла, он проснулся? Или вообще притворялся? С него станется… Хотя чего ему опасаться? На нем столько всего навешено в щитах и в артефактах, что даже если его спящего попытаться убить, прилетит такая ответка, что разнесет нападавшего на частицы.
Подарки его величества я отнесла вниз и положила на столик в гостиной. Зеркала — это хорошо, но оставлять вблизи себя непроверенные артефакты, даже полученные от короля… Нет, я не настолько безрассудна. Скажу больше, я их спрятала обратно в коробку, положила ее в большую кастрюлю, принесенной с кухни. Все равно они у меня все новые и ни разу не использованные так и стоят. Я же не умею готовить.
А вот на кухонную утварь уже и наложила охранные и прочие чары. И отправилась снова спать.
Утро было… громким. Среагировали заклинания на кастрюле. Сама кастрюля, скинутая кем-то, загремела по полу. Кто-то выругался мужским голосом. Кто-то другой верещал голосом Заразы.
И кем бы это могли быть эти двое?
Никакого покоя!
Я выскочила из спальни злющая, словно меня зомби всю ночь за пятки щекотали. И не надо про это спрашивать! Не надо никому знать ответ, откуда у меня такой опыт!
Картину я застала великолепную.
Драконище, одетый лишь в подштанники, стоял на одной ноге. Вторую, судя по всему, отбитую кастрюлей, он поджимал к сгибу коленки ноги уцелевшей. Такая большая цапля… В одной руке он держал жареную куриную ножку, во второй — целый круг колбасы, уже надкушенный с одной стороны.
Горгулья голенькая, так как не успела нацепить одну из своих любимых юбочек, сидела на полу, раскинув задние лапки в сторону, и держа в передних коробку с подарком короля. Раскрыть не успела, но явно старалась добраться изо всех сил.
Сама кастрюля, как и ее крышка, валялись на полу. Мои заклинания сняты были только частично. Вот я как чувствовала, что не стоит ничего опасного магичить. Так, поставила лишь сигналки, и чтобы ничего из кухонной утвари не вылезло наружу. Но мне и в голову не приходило, что пока я буду спать, найдутся те, кто захочет залезь снаружи.
— Что! Здесь! Происходит⁈ — звенящим от раздражения голосом вопросила я.
Ирден от неожиданности подавился. Кусок встал ему поперек горла, и дракономуж стал сдавленно кашлять, вытаращив глаза.
Зараза перепугано вытаращилась на меня, засучила задними лапами, в попытке быстро встать, но не с ее отъевшимся толстым пузиком уметь двигаться легко и быстро. Поняв, что сбежать не удастся, она спрятала коробку за спину, расправила крылья и улыбнулась во всю пасть.
Я аж впечатлилась. Не будь это моя собственная питомица, с визгом сбежала бы.
Дракон прокашляться не мог, встал на две ноги, замахал руками с колбасой и куриной ножкой и… слегка посинел.
— Носом вдыхай, ртом выдыхай! — рявкнула я ему.
Я эту присказку слышал от родителей, нянюшек и сама сотни раз говорила братьям. Некроманты же тратят колоссальное количество энергии, вечно хотят есть, накидываются на еду, как оголодавшие лабрадоры… И регулярно умудряются подавиться.
Совет слетают с моих губ рефлекторно, но зная, что это не всегда помогает, я еще и соответствующее лечебное заклинание метнула в дракона.
— Сп… кха-кха… си-бо… — выдавил он, отдышавшись и откашлявшись.
— Не за что! У меня еще свадьбы не было, мне рано становиться вдовой. Что вы, единороги вас осчастливь, тут делаете⁈
— Не надо единорогов! — утер тыльной стороной ладони руки с колбасой лоб Ирден, подошел к диванчику и сел. — Фух! Надо ж так… Ты так внезапно материализовалась…
— Я по лестнице спускалась и топала, как злобный конь.
— Клалотька, ты совсемь феетька сталя, — заявила горгулья. — Ты пеленеслась. Тьпок! И высла из полтала.
— Какой еще «тьпок»… чпок? — моргнула я. — Куда перенеслась? Я же по лестнице… Или нет?
— Или нет, — совершенно серьезно ответил Ирден. — Ты вышла из ниоткуда и застала нас врасплох. Если бы ты шла, мы бы тебя услышали. Я же дракон, у нас нечеловеческий слух. А Зараза вообще нечисть, она даже шорох мышей слышит в подвале. Да и запах мы бы унюхали.
— У нас нет мышей в подвале, — машинально отозвалась я.
Задумчиво посмотрела на свои руки. Топорик и волшебная палочка… Они как-то сами уже привычно оказались при мне, хотя осознанно я их не призывала.
— Ладно… Разберусь с этим потом. Скажите лучше, что вы тут делаете в такую рань? Шумите, меня разбудили.
— Я ем.
— Я смотлю, тиво нам кололь подалил. Мне ланьсе кололи́ нитиво не далили. Интелесно зе.
— А подождать, пока я встану? Вы же видели, что я заклинания повесила. Вдруг там что-то опасное? Ну как-так можно-то⁈
— Так я зе не сама. Я зе музенька насева позьвала. Он и тогось.
Я прикрыла глаза. Вдохнула, задержала дыхание, выдохнула.
— Ягодка, не сердись, — примиряюще позвал Ирден. — Прости, что нашумели. Ну и за то, в каком виде я вернулся, тоже извини. Я ничего подобного
