все равно что «кобель на плетне».
Чтобы добраться до Эствика, пришлось обогнуть небольшой узкий заливчик, глубоко вдающийся вглубь острова. Но чем больше мы приближались, тем громче и отчётливее доносились до нас звуки боя. Наконец, мы оказались рядом с небольшой возвышенностью, на которой нашли Вендта и несколько офицеров его штаба.
— Ваше императорское высочество! — встрепенулся генерал.
— Докладывай!
— Противник беспрерывно атакует, пытаясь оттеснить нас вглубь острова!
— Какими силами?
— Не менее трех тысяч штыков. Впрочем, к ним постоянно подходят подкрепления. Если бы не финские стрелки и местные ополченцы, занявшие возвышенности, нас наверняка бы смяли. Ну и пушки помогают…
— Погоди, у союзников, что, нет артиллерии?
— Нет, Константин Николаевич. Поначалу их поддерживали шлюпочные и корабельные орудия, но, когда бой переместился вглубь острова, они замолчали.
— Странно. Я был уверен, что направление главного удара именно тут. Но зачем идти в атаку без пушек?
— Рискну предположить, что французы не рассчитывали вести полевые сражения. А для осады крепости понадобились бы орудия покрупнее. Лучше всего, снятые с кораблей.
— Пожалуй, что так, — кивнул я и еще раз приложился к подзорной трубе.
С занятой нами возвышенности было видно, как союзники, насколько я могу судить, во французских мундирах сосредотачиваются для атаки, потом следует команда, и они делают бросок, пытаясь сбить с позиции по-скандинавски невозмутимых финнов. Те отвечают им слаженными залпами, отбивая наскок за наскоком, охотно пуская в случае надобности в ход штыки и приклады.
— Много ли солдат союзников вооружены штуцерами? — поинтересовался у Вендта.
— Не более чем у нас, — пожал плечами тот. — Егеря и застрельщики в линейных батальонах. [1]
— Хорошо. Значит….
— Ваше превосходительство! — закричал срывающимся голосом ополченец, подбегая к нам.
— Что еще⁈
С трудом переведя дух, охотник снял шапку с жестяным крестом и принялся о чем-то говорить генералу по-шведски. Тот время от времени задавал наводящие вопросы, на которые местный обстоятельно отвечал.
— Ваше высочество, — с переменившимся лицом обратился ко мне Вендт. — Вам надо немедленно покинуть нас!
— С какой радости?
— К нам приближаются союзники. Густав не разбирается в форме, но судя по некоторым деталям это моряки. Наверняка они высадились у Хогсбольта и, сбив батальон Грунта, идут сюда. Еще полчаса, самое большее час, и мы окажемся в окружении!
— Что думаете предпринять?
— Оттяну батальоны на север, к деревне Транвик. А там уже встану крепко. Без подмоги другого выхода нет. Но главное обезопасить вас. Я прикажу сопроводить вас казакам и…
— К черту! Имеющегося со мной конвоя более чем достаточно! Через десять минут мы доберемся до Финби и…. Будет вам помощь!
Вскочив на коня, я пустил его крупной рысью. Можно было, конечно, остаться ободрять своим бравым видом солдат и даже повести их в атаку… только боюсь, толку от меня в сухопутном сражении немного. А вот личное присутствие отправку подкреплений однозначно ускорит. К тому же приближение моряков окончательно убедило меня в том, что направление главного удара именно здесь. Все остальные атаки нужны лишь для отвлечения нашего внимания. А на Севере, по всей вероятности, не будет и того. Ибо силы союзников далеко не бесконечны.
Доскакав до деревни в центре острова, я едва не налетел на передовой дозор из вооруженных «Шарпсами» матросов во главе с звероватого вида унтером.
— Стой кто идет!
— Свои!
— Какие еще свои.
— Братцы, так это ж его императорское высочество! — закричал один из моряков, в котором я хоть и не сразу, но признал своего спасителя.
— Воробьев! Ты что тут делаешь?
— Воюю!
— Так ты же ранен?
— Да чего там, царапина. До свадьбы заживет!
— Добро, коли так. Главное, не забудь пригласить. Где Лихачев?
— Их высокоблагородие в штабе, ваше императорское высочество! — рявкнул немного обалдевший от появления великого князя и того, как запросто тот общается с простым матросом, унтер.
— Показывай.
Впрочем, командир морских пехотинцев уже и сам спешил к нам. Увидев меня, он явно обрадовался.
— Ваше императ…
— Без титулований, Иван Федорович, а то у меня уже в ушах звенит.
— Слушаюсь, господин генерал-адмирал! Только что отсылал к вам эстафету в Бомарзунд, а…
— А я уже здесь. Докладывай!
— У Хогсбольда высадился большой отряд французских и английских моряков. После короткого боя им удалось заставить оттеснить батальон полковника Грунта в сторону Кастельхольма. После чего они разделились. Большая часть направилась в сторону мыса Транвик, а оставшиеся несколько сотен охраняют шлюпки. Вот бы по ним ударить!
— Похвальная осведомленность! — удивился я. — Местные сообщили?
— Зачем же. Посылал разведку. Матросы наши — чистое золото, на все руки мастера! Пробрались так, что ни одна сволочь не заметила. Вот ей Богу, все могут. И парусами управляться, и из пушек палить…
— А еще любить подтаскивать и отлюбленных оттаскивать! — решил прервать поток славословий в адрес подчиненных.
Хотя, если подумать, капитан-лейтенант прав. Матросы хоть и такие же вчерашние крестьяне, как и солдаты, но все равно куда более развиты. Что видят в линейных войсках кроме бесконечной муштры и редких увольнений в глухих гарнизонах? А мои орлы, хоть раз, но ходили в плавание, бывали в чужих городах и странах. Опять же, на судне, даже парусном, есть масса механизмов, с которыми надо уметь обращаться и держать в полной исправности. Все эти тали, лебедки и прочий такелаж.
Именно поэтому я приказал вооружить новейшими американскими винтовками именно их. Нельзя сказать, чтобы матросы быстро и без труда разобрались с непривычным оружием. Как раз напротив, проблем хватало, но уверен, что у солдат их было бы гораздо больше!
— Мысль о нападении, конечно, богоугодная. Но те самые моряки сейчас заходят во фланг Вендту, и, если мы не поспешим на помощь, нашим товарищам придется худо. И тогда разгром одного небольшого отряда матросов и даже захват шлюпок не будет иметь никакого значения!
— Досадно, — погрустнел Лихачев, но тут же опомнился и воскликнул. — Как прикажете!
— Дать сигнал на срочное построение всему резерву. Гренадерам и линейцам с батареей выдвигаться по дороге к Транвику. Они поступают в распоряжение генерала Вендта. Сроку им добраться даю сорок минут, и пусть поспешат! А твоим молодцам будет другая задача!
— Будет исполнено! — поняв, что томительное ожидание закончилось и впереди дело, Лихачев заметно приободрился и даже повеселел.
— Это еще не
