Поселок остался далеко за спиной, когда одна из тропинок привела в тупик. Рик соскочил с седла и с силой ударил кулаком по скале:
— Дерьмо драконье!!
Отвесно вздымалась гора, и только в стороне от тропинки темнела расщелина, но такая узкая, что пролезть в нее можно было только боком. Спрятаться там? Смысла нет — лошади не пройдут, останутся на тропке, выдавая убежище беглецов. Да и нужно ли?
— Успокойся, — приказал Славка и сам удивился своему тону. — Мы уже далеко. Вернемся, поищем другую дорогу.
— Дурак! От этих далеко быть нельзя! Жабье племя! — мальчик снова ударил по скале, точно мог пробить в ней вход. Но всего лишь вылетела из пещеры стая пестрых птичек. — Это горловки! — в голосе Рика зазвучала непонятная надежда.
— Ну и что? — не понял Славка. Зря тут стоят, нужно попробовать вернуться к последней развилке.
— Они не живут в пещерах. Я посмотрю. Я сейчас, подождите!
Рик быстро протиснулся в щель и скрылся из виду. Славка повернулся к Але:
— Ты как?
— Я? — заторможено переспросила та. — Дань... он же...
— Дура! — перебил ее Влад, и Алька замолчала.
Славка повернулся к Симе, та покачала головой.
— Пожалуйста, — одними губами попросил он.
Девочка с досадой пожала плечами, подъехала ближе к Але, наклонилась и что-то зашептала.
Вылез Рик — задумчивый, словно и не колотило его только что от ужаса.
— Ну и что там? — спросил Славка.
— Да как сказать. Может быть, спасение, а может, нам туда лучше и не соваться. Иногда это называют Узелками, я предпочитаю название Лабиринт. Из него можно выйти совсем в другом княжестве, а если особливо повезет, то и в другом времени. Есть старая поговорка, что, плутая по Лабиринту, можно пройти полмира и увидеть несколько веков. Насчет веков, по-моему, лешачьи байки.
— Ага, — понял Влад. — Банальная нуль-транспортировка с машиной времени.
— Скорее, русская рулетка, — заметил Славка. — Рискнем? Или лучше вернуться и поискать другой путь?
— Как же, вернуться... Уверен, что Степные Волки найдут нас прежде, чем мы дойдем до развилки. Но если мы выйдем в центре Белой пустоши — нам конец. А есть еще сердце Лабиринта. Там живет Провидение, а его предсказание могут выдержать не все.
— У нас охренительный выбор, — процедил Влад.
«Я ненавижу это слово!!» — в ярости подумал Славка.
— Я предпочитаю Лабиринт, — твердо сказал Рик. — Тем более насчет веков я не верю. Вот только... — он замялся. — Лошадей придется бросить…
«После того, как мы бросили Даня...» — промелькнуло у Славки в голове.
— Значит — Лабиринт, — подвел он итог.
Ребята сняли переметные сумки, стараясь забрать как можно больше еды и воды. Сима мечом срезала несколько веток с одиноко торчащего куста. Рик поцеловал Ласточку в морду, зажег факел и первым вошел в Лабиринт. Славка подождал, когда в щель скользнет Алька, и двинулся следом.
За спиной заржал Орск.
Глава 9
Алька испуганно оглянулась, но Славка уже загородил собой дневной свет. Шедший впереди Рик поднял факел повыше — ярко-желтый, словно маленькое солнышко, он осветил пещеру.
— Что это? — Сима чуть прищурила глаза.
— Хвост саламандры. Очень долго гореть будет. Пошли быстрее, нам нужно добраться до перехода.
— До какого? — спросил за Алиной спиной Славка.
— Да пошли же! — в бешенстве оглянулся Рик. — Там лошади остались! Сразу ясно, куда мы делись!
Аля поправила на плече лямку от мешка и двинулась следом за Владом. Рик поднял факел еще выше — на каменном своде мелькнули высеченные ярко раскрашенные рисунки, что-то смутно напомнившие девочке. И только когда над головой проплыл дракон, она вспомнила: таких видела в саду Ласка. А Рик уже не шел, мчался, задрав голову:
— Там должен быть нарисован глаз! А потом мы окажемся в другом месте!
— Думаешь, Волки пойдут за нами в Лабиринт? — Славка бежал за спиной, не давая отстать Альке.
— Эти-то? Они к лешему в задницу сунутся, не то что сюда! — голос ударялся о стены и почти сразу гас.
Нестись в темноте страшно, споткнешься или налетишь на стену — сразу расшибешься о камень. Вскоре Алька начала задыхаться, сдавило болью виски, замелькали перед глазами огненные пятна. Рисунки над головой сливались в один — словно художник растянул картину на многие переходы вперед. На каждой развилке Рик сбавлял скорость и рассматривал руны. По какому принципу он выбирал дорогу Алька не понимала, да и не особо задумывалась. Отдышаться бы успеть.
Вскоре проход стал шире, а потом свод резко взмыл вверх, и ребята очутились в просторной пещере, противоположный конец которой терялся в темноте. Аля задрала голову, и тут же все поплыло перед глазами.
— Мама! — Алька бежит по огромному залу, скользя по гладкому полу новыми сапожками. На минуту замирает, глядя под ноги на свое отражение. Именно на свое, хотя там виден маленький мальчик с длинными, до плеч, темными волосами. Она показывает отражению язык. Поднимает голову.
Красивая смуглая женщина оглянулась, тихо рассмеялась — словно высыпала на пол горсть хрустальных бусинок, и скрылась за колоннами. Только мелькнул кончик черной косы.
— Ну, мама! — в голосе обида, но не серьезная, а так — ради порядка.
Она точно знает, что за вон той резной колонной женщина остановится и, когда Аля побежит мимо, со смехом вытянет руки, схватит в охапку и скажет: «Что, малыш?»
— Мама! Я бегу!
Эхо отразилось от стен...
Аля открыла глаза. Она лежала на каменном полу, саднило локоть — кажется, основательно им приложилась. В кромешной темноте слышалось дыхание, кто-то шарил ладонями по камням. Брякнула палка, и через несколько мгновений вспыхнул свет. Рик поднял факел и осветил место падения. Прямо перед девочкой сидел Влад и потирал затылок.
— Ну, вот и все, — с облегчением вздохнул Рик. — Степные Волки нас не найдут. Переходы никогда не срабатывают одинаково.
— Это и был переход? А глаз-то где? — поинтересовался Влад.
— А вон он! — раздался Славкин голос, и Аля оглянулась.
Ход, по которому вышли в зал, пропал. Высилась глухая стена, на ней и высек неведомый художник огромный глаз, не человеческий, скорее кошачий, с вертикальным зрачком. Аля посмотрела вперед — пещеры не было, в темноту уходило несколько туннелей.
Рик вернулся, пощупал стену:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
