— Хорошо, что я не знаю, кто этот неизвестный. Прошло почти семь лет, а мы так ничего и не нашли. Но я чую, просто чую, что это заказное убийство. Тем более отец опасался кого-то из Совета, вёл бесконечные переговоры, часто уезжал на личные встречи и брал с собой самых доверенных. А после смерти я нашёл письмо в его личном сейфе. Вы все его читали. И если бы не оно, я бы и не понял, что их могли заказать. Погоди, их заказали… А ведь этот неизвестный может быть из клана Уваровых. Ведь они пострадали не меньше.
Дядя усмехнулся и ответил:
— Включил, наконец, мозг, глава. Это хорошо, самое время серьёзно обсудить несколько моментов. Во-первых, этот аноним пишет, что скоро найдёт способ с нами связаться так, чтобы это было безопасно. Значит, мы просто подождём этого момента. Во-вторых, он точно знает, кто заказчик. Стоит только внимательно прочитать письмо, уж поверь такому опытному крючкотвору, как я. А если он нам не сообщил, значит, не время, а может, пока не знает безопасного способа. Опять ждём. Что ты ответишь на его предложение об анонимном сотрудничестве?
— Я соглашусь. Он пишет, что положительным ответом будет моё выступление послезавтра на любую тему перед Советом. Я планировал завтра выступить, надоело уже в этом городе сидеть, но я смогу перенести и на день позже. Здесь проблем не будет. Многие спешат оказаться подальше от столицы. Эти лисы как с цепи сорвались, грызутся так, словно кость любимую поделить не могут.
— Вот и я об этом подумал. Слишком много событий произошло в последнее время. Словно кто-то пытается разворошить осиное гнездо. Возможно, этот наш вероятный союзник хочет воспользоваться неразберихой в Совете, и пытается найти союзников, пока различные соглядатаи, что есть в каждом клане, смотрят в другую сторону. А может быть, эти события связаны. Посмотрим.
На пути в Италию, автодом
Алина наслаждалась поездкой с Антоном Павловичем. Они ехали уже четвёртый день, и Алина хоть и устала, но ни за что не отказалась бы и дальше ехать с таким интересным и лёгким в общении собеседником. Да она за полгода в этом мире, наверное, не узнала столько, сколько со своим новым знакомым.
Она свой посредственный итальянский даже смогла потренировать. Ведь тот знал его вполне прилично. А Алина в своё время немного учила его, учитывая, что в Италию ездить любила, в том числе на международные выставки ювелирных и поделочных камней, на ювелирные выставки украшений, частенько проходящие в этой прекрасной стране. Да и магазины Италии любила искренней и незамутнённой любовью.
А вот итальянцы и в этом мире остались такими же: внешне говорливыми, искренними и лёгкими собеседниками, а на самом деле осторожными и очень рациональными людьми. Вот только здесь Италия была в плане морали ещё более консервативна, чем Руссия, в ней ярким цветом цвёл махровый патриархат, а счастьем женщины зачастую становился удачный брак.
И когда Антон Павлович узнал, что Алина едет на остров Капри и будет жить в коттедже, который было велено называть виллой, он заливисто рассмеялся. Но затем посерьёзнел и, внимательно глянув на Алину, всё же предостерёг её:
— Вот и зачем ты мне сказала, куда направляешься?
— Ой, — Алина так расслабилась в разговоре со своим новым знакомым, что непроизвольно ему выложила конечную точку своего маршрута, — Давайте, вы сделаете вид, что я этого не говорила, хорошо?
— Вот уж нет, девочка. Я уже знаю, да и хорошо, что сказала мне. Хоть предупрежу от опрометчивых шагов. А ты смотри следи впредь за языком-то, — покачал тот головой и хмуро глянул на неё.
Алина скорчила виноватое лицо, но тут поняла из слов собеседника, что место её назначения — это не райский остров. Вот что там может быть такого страшного, на юге Италии?
— Там все настолько консервативны, что не любят незамужних беременных девушек? — буркнула наугад Алина. Ей всё ещё было стыдно, что она не сдержала слово, данное Владимиру.
— В правильную сторону мыслишь, Алина. Вот только это ещё не всё. Одна ты жить там не будешь, а то я не знаю тех мест. Не бывает на Капри маленьких и ничейных коттеджей. А зная Владимира, будешь ты жить под опекой сильной семьи. У итальянцев нет кланов, только семьи. Бывают маленькие, большие, а бывают такие, как у нас кланы: богатые и влиятельные. Вот такие влиятельные семьи в основном и живут на острове. Туристов там много, домиков для сдачи, уютных отелей. Вот только тебя явно возьмёт под опеку семья, уж я-то своего друга знаю. И правила этих мест тебе придётся соблюдать, чтобы не опозорить себя и того, кто за тебя просил. Но думается мне, что тот, кто тебя встретит, посвятит тебя в курс дела. Вот только о нюансах внутренней жизни этих семей никто рассказывать не будет, так что слушай сейчас, и слушай внимательно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 58
Они ехали по Германскому Княжеству, а Алина всё обдумывала слова своего спутника.
Начавшись, история южных семей Италии приобрела вполне пикантный привкус, если не сказать крайне раздражающий для девушки двадцать первого века, где женщины приобретали столько же власти, что и мужчины. Они совершенно не хотели быть только матерями, жёнами и хранительницами домашнего очага. Они стремились быть свободными, выстраивать свою жизнь так, чтобы реализовать себя.
И первые же слова Антона Павловича привели её в ступор:
— Вот ты жаловалась, что в Руссии женщинам сложно реализоваться в профессии, так как само отношение к ним даёт им возможность не напрягаться. Поздравляю, на юге Италии, на тебя, работающую, если у тебя есть средства, вообще будут косо смотреть. А, учитывая, что ты едешь на стажировку, надеюсь, что Владимир обо всём договорился с принимающей тебя стороной.
— Да я и контактировать не буду с семьёй этой. Зачем мне их напрягать. Просто буду снимать у них домик, то есть это Владимир договорился с владельцами, а я всю информацию на месте получу, — и глянула на спутника, явно показывая, что лишнее больше ему не скажет, — главное, что я буду жить обособленно, не напрягая хозяев, да и им, думаю, чужачка совсем будет не интересна.
— Наивная ты душа. Нет, Алина всё будет совсем не так. Семья не позволит тебе жить совсем самостоятельно. Запомни, на их территории, а на Капри у семей большей частью поместья с небольшими территориями, всё-таки местность гористая, ты будешь жить по правилам, установленным в этой семье. И советую соблюдать их неукоснительно, — он глянул на неё, приподняв бровь, — ты меня услышали?
Та вздохнула, подумав: «Ну вот, начинается-продолжается, теперь ещё и контроля добавится, что ли?»
— А что за правила, не знаете? Или в каждой семье свои? — ей хотелось заранее узнать, а вдруг её спутник хоть что-то знает.
— Не переживай, уж о правилах тебе расскажут всенепременно. Но ни в коем случае не подписывай никаких бумаг. С правилами ознакомься, устно, или письменно. Соглашайся жить по правилам дома, с главой не спорь, ведь эта семья будет отвечать за твою безопасность на территории их земли. Совершая любой поступок, знай, что по результату отвечать можешь не только ты, но и семья, что тебя приютила. Так уж у них принято.
— Необычно, но вполне логично. А как я пойму, что мне рассказали обо всём. Может, почитать где-то можно об этих правилах?
— Внимательно слушай того человека, что встретит тебя. А если дать общие советы, то тебя обязательно представят главе семьи, и советую быть максимально почтительной к нему, итальянских донов учат контролю, как и всех глав семей, но больно уж характер у южных альф взрывной. Кивай, будь вежлива, со своим мнением не лезь, жизнь у них веками устоявшаяся, и ещё, один нюанс, — Антон Павлович замялся, словно не был уверен, говорить ли ей, или нет.
Алина решительно подтолкнула того:
— Говорите, лучше не оставлять меня в неведении.
— На юг страны слетается много охотниц до богатых оборотней и просто туристов, а на Капри есть очень дорогие отели и частные виллы для отдыха самой взыскательной публики. Да и развлечений там хватает. И мужчины там слегка обнаглели, как я считаю. А у многих оборотней принято держать в семье не только жену, но и официальную любовницу.
