В последние годы царствования Иоанна IV Русские территории на востоке расширились за счет новых приобретений: Донские казаки под предводительством Ермака завоевали Сибирское царство.
Сибирь в то время не была той обширной землей, пространству и непроходимым лесам которой, вы, верно, удивляетесь теперь, милые друзья, смотря во время урока географии на карту Азии. Нет, тогда известна была под именем Сибири только средняя часть Тобольских земель. Ею управляли Монгольские князья, потомки Батыева брата, Шибана. Русские больше ничего не знали о Сибири, но после покорения Казанского и Астраханского царств приехали в Москву два посла от Сибирского князя Едигера с поздравлением царю по случаю его побед и с просьбой защитить Едигера от других Татарских князей, разорявших его землю. Едигер обещал царю за это платить богатую дань: по соболю и по белке с каждого человека в год. По его словам, в Сибири тогда было 30 700 жителей.
Вот как возвысилась Россия в царствование Иоанна IV! Кто бы из наших предков, с таким страхом отправлявшихся на суд в Золотую Орду, поверил, что настанет время, когда потомки жестоких и гордых их притеснителей будут искать чести быть подданными Русских царей! Но не думайте, друзья мои, что только одни необразованные Татары показывали такое уважение Иоанну; нет, слава о нем долетела даже до Англии, не имевшей прежде никакого понятия о нашем Отечестве: в августе 1553 года Английский корабль вошел в Двинский залив Белого моря и пристал к берегу, где был монастырь святого Николая и где потом был построен город Архангельск. Русские рыбаки, увидевшие в первый раз большой корабль, испугались и хотели уплыть в своей лодке подальше от невиданного чуда, но капитан корабля Ченслер остановил их и сказал, что он приехал из Англии с письмами к их государю от своего короля, который желает завести с Русскими торговлю. Начальники Двинской земли тотчас дали знать об этом Иоанну, который, понимая, как выгодна может быть для его народа торговля с Англичанами, уже тогда славившимися своими морскими путешествиями и богатым купечеством, приказал Английскому послу приехать в Москву и принял его и всех бывших с ним Англичан так милостиво и так ласково, что они не могли не написать об этом в Лондон с особым чувством благодарности. С того времени начались торговые отношения Русских с Англичанами и дружба их государей и продолжались в течение всего царствования Иоанна.
Русский корабль в Ледовитом океане. Голландская гравюра 1598 г.Жители Русского севера — поморы были славными мореходами. Они строили небольшие корабли и ходили далеко по водам Ледовитого океана, достигая острова Шпицберген.
Но глубоко уважаемый правителями из самых отдаленных государств, он не чувствовал такого же отношения своих близких соседей и постоянно должен был бояться нападений то Шведского короля Густава Вазы, то Польского короля Августа, то Крымского хана Девлет-Гирея. Все они боялись возрастающего могущества России и старались всеми силами вредить ей. Густава Вазу, который тогда был уже очень стар, скоро усмирили храбрые Русские полки; Крымского хана прогоняли от наших границ стрельцы и Днепровские или Литовские Казаки, перешедшие тогда в подданство России со своим атаманом, князем Вишневецким.
Что же касается Польского и Литовского короля Августа, то главной причиной его разногласий с Русским царем была Ливония. Иоанн жестоко мстил ей за то, что она, стараясь помешать просвещению России, не пропускала в нее выписанных им ученых и художников. К тому же он считал Ливонию землей, давно принадлежавшей России, потому что еще великий князь Ярослав I, названный в святом крещении Юрием, завоевал ее и в 1030 году основал в ней город, названный по его имени Юрьевым, а потом Дерптом; построил там греческие церкви и наложил дань на всю землю, которая с того времени считалась Русской и только в 1210 году была отнята у нас Ливонскими рыцарями.
А.Д. Литовченко. Царь Иоанн Грозный показывает свои сокровища английскому послу Джерому Горсею. 1875 г.В первые годы правления Иоанна Грозного Россия возобновила торговлю с Англией. Позднее были установлены и дипломатические отношения между странами. В 1583 г. Иоанн решил жениться на Английской королеве Елизавете. Он даже отправил в Англию специального посланника за невестой. Королева предложила в жены Русскому царю свою племянницу.
Однако, напуганная рассказами о тяжелом характере жениха, королева изменила свое решение. Об этом Иоанну сообщил посол Англии.
Иоанн IV, помня все это и еще более помня последнюю дерзость Ливонцев, непременно решил возвратить России прежние владения ее и уже взял Нарву, Нейшлот, Адеж, Нейгауз, Дерпт и много других городов, а король Польский, не меньше Ливонцев желая вредить Русским, уговаривал рыцарей не терять бодрости и с радостью обещал им свою помощь и покровительство, когда магистр Ливонского ордена со всеми рыцарями и дворянством присягнул ему в верности и просил защиты против Иоанна. Ливонцы считали, что лучше зависеть от Польши, чем от России. После этого надо было ожидать настоящей войны с Литвой и Польшей. Ливонская война продолжалась уже два года, и все это время Русское войско не переставало побеждать. Из воевод Иоанновых более всех отличились в этой войне князья: Андрей Курбский, Иван Мстиславский, Петр Шуйский, Василий Серебряный и Даниил Адашев, брат Алексея. Несчастная Ливония почти вся была разорена и выжжена; слабые рыцари несмотря на всю храбрость своего магистра, молодого Кетлера, везде уступали; между тем Русские, гордясь необыкновенными достоинствами своего царя, его славой, его неизменным счастьем и своими победами, надеялись уже скоро поздравить друг друга с усмирением Ливонии и Польши, но вдруг разнеслась горестная весть о неожиданном несчастье и остановила надежду на их победу, остановила все радости народа, все мечты о счастье самого Иоанна!
Пуговицы с Русских царских одеждЭтой ужасной вестью была кончина кроткого ангела прекрасной царицы Анастасии. В июле 1560 года она вдруг занемогла и, больная, испугалась сильного пожара, случившегося в Москве. Испуг усилил болезнь, и несмотря на все искусство врачей Анастасия скончалась 7 августа. Как описать то, что происходило тогда в Москве? Государь был в совершенном отчаянии: этот твердый, мужественный, великий Иоанн плакал и рвался, как слабая женщина! Бояре, окружавшие его, и даже брат его, князь Юрий Васильевич, боялись утешать его; один митрополит иногда осмеливался подходить к нему и напоминать о том, что христианин должен быть покорен Богу. Народ неутешно рыдал; бедные, идучи за гробом доброй благодетельницы своей, называли ее всеми нежнейшими именами, и в глубокой, нелицемерной горести даже отказывались принимать милостыню. Одним словом, все как будто предчувствовали, что вместе с прекрасной душой Анастасии отлетят на небо и добродетели царя, и счастье его народа! Они угадали: слава Иоанна добродетельного кончилась с жизнью его супруги, и, оплакивая первую, незабвенную свою царицу, наши предки готовились к тем горьким слезам, которые проливали они потом из-за жестокостей уже не великого, но грозного и страшного своими пороками Иоанна!
Встреча голландских моряков с русскими на севере России. Гравюра 1598 г.Главным торговым портом Московской Руси был город Архангельск, расположенный в устье Северной Двины у Белого моря. Сюда приплывали корабли иностранных купцов, отсюда же заморские купцы со своим товаром отправлялись по городам России.
Опричники и слобода Александровская от 1560 до 1569 года
Мы дошли теперь до ужасного периода в нашей истории, милые читатели. До сих пор вы видели, что Русские государи всегда любили свой народ, всегда заботились о нем с отеческой нежностью, и если в старину, во времена междоусобий, были в их числе жестокие князья, безжалостно разорявшие свои области, то это были князья-враги, которые мстили за нанесенные им обиды и, примирясь друг с другом, старались вознаградить народ за несчастья, причиненные их разногласиями. Но теперь наши бедные предки видели перед собой государя, который был жесток не к врагам, а к своим верным подданным, который с удовольствием мог смотреть на мучение умирающих, который иногда даже собственными руками отрезал в шутку уши у своих любимцев или убивал их за одно неосторожное слово! Вы пугаетесь и, конечно, едва верите тому, что я рассказываю. Друзья мои, нам трудно поверить в жестокости прошедших времен, но и наши предки, видевшие их собственными глазами, едва верили в это и говорили, что эти жестокости идут не от сердца царя, а по воле Божьей, наказывающей их за грехи. Эта мысль помогала им переносить без малейшего ропота свои страдания, а нам поможет выслушать рассказ об ужасных делах Иоанна IV, еще совсем недавно доброго и великого.
