Харви усмехнулся.
— Можете сразу оставить машину здесь или пригнать ее завтра — как хотите. Я открываюсь в семь утра.
— Мы ее оставляем, — без колебаний сказал Мэтт. — А ты не порекомендуешь нам какой-нибудь отель, где можно остановиться на несколько дней?
— В городе есть пара гостиниц «В&В»[10], если вас устроит простое жилье. Еще есть отель-усадьба на краю утеса, довольно дорогой, — добавил механик, но Кэрри видела, что он не сомневается в их платежеспособности.
— Вот это подойдет, — заявил Мэтт так уверенно, что у Кэрри подогнулись колени.
Харви опять усмехнулся.
— Отлично. Если хотите, я могу вас туда подбросить. Я езжу домой той же дорогой.
Через двадцать минут они выскочили из автофургона Харви — шоколадно-коричневой модели по имени Деннис — на гравийный дворик перед отелем «Хартленд-Мэнор», внушительным гранитным зданием, увешанным табличками с обозначением его звездного статуса и перечислением наград.
— Вам лучше взять номер в кредит, — посоветовал Харви, оставив Мэтта и Кэрри стоять перед каменной лестницей, ведущей к входной двери.
Кэрри была в шортах и короткой майке, а вечернее солнце скрылось за облаком. Мэтт, ни секунды не медля, обнял Кэрри и нежно поцеловал. Она положила голову ему на грудь, чувствуя щекой тепло его хлопчатобумажной футболки и сильное ровное биение его сердца.
— Я уже не встречаюсь с Наташей, — сказал он. Кэрри подняла голову и посмотрела ему в лицо. — Мы с ней давно знакомы и с самого начала знали, что наши отношения несерьезны, — добавил он, глядя на Кэрри сверху вниз.
— Я рада, что ты мне это сказал, — откликнулась Кэрри. Она могла бы добавить, что сожалеет, но не хотела так откровенно лгать.
Значит, тогда, на яхте, интуиция ее не обманула. И все же Кэрри сомневалась, что Наташа разделяет мнение Мэтта.
— Она сказала, что встречается с одним парнем с работы, но я все равно положил бы конец нашим отношениям. Я обманывал и себя, и ее, — сказал Мэтт, поглаживая Кэрри по голове.
— И меня, — прошептала Кэрри, все еще не веря, что она в объятиях Мэтта и что они скоро будут заниматься любовью.
Его красивое лицо дышало чувственностью, зрачки блестели в вечернем свете.
— Иди вперед, а я понесу сумки.
У стойки администратора Мэтт настойчиво позвонил в звонок. Кэрри чуть не приплясывала от нетерпения. Женщина в строгом платье, сидевшая в огромном кожаном кресле, неодобрительно взглянула на них поверх стильных очков. Пожилой мужчина в блейзере опустил газету и плотоядно покосился на Кэрри.
— Вам с двумя односпальными кроватями или с одной двуспальной? — спросила администраторша.
— С одной двуспальной, — без колебаний ответил Мэтт.
Администраторша отвернулась, чтобы найти ключ, и Кэрри почувствовала руку Мэтта на своих бедрах.
— Хорошо, что ты разбила Долли, — шепнул он ей. — Мне бы не хотелось, чтобы наша первая ночь прошла в автофургоне.
— Это ты заставил меня ее разбить, — пошутила Кэрри, чуть не лопаясь от предвкушения.
— Ты будешь со мной спорить, Кэролайн?
Она хихикнула.
— А если и буду, что ты со мной сделаешь?
— Скоро увидишь, — весело отозвался Мэтт, хлопнув ее по попке.
— Ой!
Старичок поспешно уткнулся в газету, а женщина громко зацокала языком. Администраторша обернулась, ее лукавый взгляд говорил о том, что она все слышала.
— Ваши ключи, сэр, — сказала она Мэтту. — Желаю приятного отдыха.
Затем она поманила его рукой и, когда он нагнулся, что-то тихо проговорила ему на ухо, многозначительно поглядывая на Кэрри.
— Я чувствую себя героиней Джулии Роберте из «Красотки», — прошептала Кэрри, когда Мэтт повел ее по дубовой лестнице наверх, в номера.
— Что ты имеешь в виду?
— Я одета совсем не так, как подобает одеваться благородной даме из замка.
— На мой взгляд, ты выглядишь чертовски сексуально.
— Вряд ли чертовски сексуальный вид подходит для «Хартленд-Мэнора». Я чувствую себя проституткой.
— Это просто замечательно, — одобрил Мэтт и, ускорив шаг, потащил ее за руку по коридору.
Они остановились перед самой дальней дверью, и Мэтт вставил ключ в замок. Кэрри тихо охнула от удивления.
— Прости, но выбора не было, — сказал он, поворачивая ключ в замочной скважине. — Отель полон. Это все, что у них осталось.
— Какая ирония, — пробормотала Кэрри, оторвав взгляд от медной таблички у двери с надписью «Номер для новобрачных».
Внутреннее убранство комнаты превзошло все ожидания. Деревенский стиль был дополнен большим мягким диваном с высокой спинкой и совершенно традиционной (и совершенно чудесной) кроватью на четырех столбиках, застеленной ситцевым покрывалом.
Мэтт удивленно хмыкнул:
— Хм-м. Этот отель явно придерживается традиций старой школы. Хочешь, я перенесу тебя через порог? — предложил он.
Кэрри едва держалась на ногах и решила, что это неплохая идея, однако не удержалась от шутки:
— Я не хочу, чтобы ты заработал грыжу.
Он засмеялся:
— Думаю, я ее заслужил. Не знаю, как ты, но я больше не могу ждать.
Кэрри и сама не понимала, как у нее хватило сил так долго ждать — не часами, а неделями. Он такой красивый, такой сексуальный, такой уверенный в себе мужчина! Ей безумно хотелось поскорее лечь с ним в постель. Дрожащими руками Кэрри начала его раздевать, наотрез отказавшись от помощи. Он покорно поднял руки, и Кэрри стянула с него майку, а потом провела языком по его обнаженной груди. Он втянул живот. Кэрри сгорала от нетерпения, но желала сполна насладиться минутами близости. Возбужденная и натянутая как пружина, она испытывала восхитительное томление, потребность задержаться на каждой мышце, на каждом дюйме его тела.
Она опустилась на пол, ощутив под коленями бархатисто-мягкий ковер, расстегнула металлическую пуговицу на его джинсах, потом «молнию». Он откинул голову назад и приоткрыл от удовольствия рот. Кэрри ликовала, чувствуя себя всесильной и хрупкой одновременно. Она стянула вниз его брюки и трусы, оставив их у колен. Его член, очень твердый и очень большой, оказался прямо у ее лица. Она закрыла глаза и поцеловала его, благоговейно и нежно. Лола, конечно, имела в виду не это, но она совершенно права: Мэтт, в самом деле, великолепен.
— Прекрати, — простонал он.
— Тебе не нравится?
Он покачал головой, как будто не мог подобрать слова, потом сказал:
— Это выше моих сил.
Нагнувшись, он помог Кэрри встать, потом откинул в сторону свои брюки и трусы, снял с нее футболку и медленно провел теплыми руками по обнаженной спине, затем расстегнул бюстгальтер и высвободил груди. Так же проворно расправившись с ее шортами и трусиками, он схватил Кэрри в охапку, и они упали на кровать. Она догадывалась, что их первое соитие будет слишком бурным и торопливым, но это ее нисколько не огорчало. У них впереди много времени для неспешных ласк, исследований и открытий, а в распоряжении — большая кровать, на которой можно всем этим заняться.
