Лейтенант Гриффин поднялся и протянул ей руку. Скай пожала ее с некоторой настороженностью, но участливый взгляд полицейского тронул ее.
— Благодарю вас, мисс Дилани. Разумеется, мы не забываем, что действия преступника едва не стоили вам и мистеру Джаггеру жизни. Понимаем мы и то, что в результате этих действий вы на шесть недель оказались оторваны от цивилизации. Однако же, если вспомните что-нибудь еще, прошу вас немедленно связаться с нами.
— Да, разумеется.
Лейтенант снова улыбнулся и крепко сжал ей руку.
— Ну что ж, всяческих вам благ, мисс Дилани. Ах да, наверняка вас сразу, как только вернетесь, атакуют журналисты. Честно говоря, не хотелось, чтобы эта история с золотом попала в газеты.
Скай кивнула, подумав про себя, что и некоторые другие подробности ее приключения тоже не для газет.
— Всегда будем рады видеть вас в Австралии.
— Спасибо. — Ну разумеется, она вернется, Австралия стала для нее второй родиной, а этот чистенький домик в Сиднее…
Кайл проводил лейтенанта Гриффина и сержанта Мензиса на палубу. До Скай донеслись его слова, сказанные в ответ на замечание одного из них:
— Да-да, буду примерно через неделю.
Похоже, она оправдана. Похоже также, Кайл не меньше лейтенанта заинтересован в поимке этого негодяя.
— Еще кофе, Скай? — послышался участливый голос Майкла.
— Да неплохо бы. — Скай подняла глаза. До чего же он похож на брата, только черты лица помягче.
— Майкл?
— Да?
— А что, Кайл должен туда лететь? Или просто хочет?
— Если им удастся поймать этого типа, — немного замялся Майкл, — без Кайла не обойтись. Ведь это его самолет разбился.
— Да, но можно ли с уверенностью утверждать, что разбился он именно потому, что подложили какое-то взрывное устройство?
Майкл налил себе кофе и уселся напротив Скай. Рэй по-прежнему возился у стойки.
— Скажите-ка, Скай, разве вам не хочется, чтобы этого мерзавца отыскали?
— Конечно, хочется, только… — Она знакома с Майклом всего лишь один день. А с Кайлом ее формально ничто не связывает. Так может ли она, есть ли у нее право говорить о нем с братом? «Есть, — уверенно подумала Скай, — есть, потому что я люблю Кайла». — Я просто беспокоюсь… — Она посмотрела прямо в зеленые глаза, так похожие на те, что она любит. — Он… ну, словом, просто с цепи срывается, когда речь заходит об этой истории. Так что я боюсь… Боюсь, что Кайл сам найдет этого человека, и тогда.
— Даст волю чувствам? Убьет подонка?
— Ну да, — с несчастным видом ответила Скай.
— Не беспокойтесь, — рассудительно заговорил Майкл, — Кайл правосудию не помешает, а помимо того, испытает свое самообладание. Он умеет держать себя в руках, иначе никогда бы не достиг нынешнего своего положения.
— Но как они найдут этого человека? А вдруг никто и не хватится этого ящика?
— Ничего, найдут.
Вот теперь он точно был похож на брата — голос абсолютно такой же.
Впрочем, тут же Майкл улыбнулся.
— Допивайте свой кофе, боюсь, мы даже не сможем накормить вас завтраком.
— Да, а что так? — удивилась Скай.
— Надеюсь, вы будете рады услышать, что с минуты на минуту нас подберет гидроплан. Через пару часов будем на Игуа.
Ей так и не удалось поговорить с Кайлом, а жаль — хотелось отругать его как следует за то, что заставил выдержать этот чертов полицейский допрос, сказать, что нужно поговорить, сказать, что любит…
Стоило им покинуть борт «Бон-Бри», как Кайл вновь сделался чужаком, а Скай снова указали на дверь: свободна.
Так любит она его в конце концов или нет? Иногда просто ненавидит — особенно когда взгляд у него делается жестким и неподвижным, а лицо приобретает медальные очертания.
Она ненавидела его за то, что, любовник пылкий и страстный, он по-настоящему в ней не нуждается, а она в нем — еще как.
В гидроплане не поговоришь. Рэй, правда, остался на «Бон-Бри», но Майкл здесь, а помимо того — летчик. Да даже и будь они одни на борту, все равно слишком шумно, чтобы толком услышать друг друга.
Внизу колыхался Тихий океан. Удивительно, но Скай было ничуть не страшно подняться на борт. И в воздухе она, как ни странно, не боялась. Может, все дело в статистике — бомба в одно и то же место два раза не падает?
Скай посмотрела вниз. Вокруг расстилался бесконечный океан, усеянный крохотными точками островов — порой разделенных многими милями, порой буквально наползающих друг на друга. Чудо, между прочим, что Майклу удалось отыскать их в таких условиях.
Скай неожиданно вздрогнула. Запросто ведь могли и сгинуть.
Что-то заставило ее перевести взгляд вперед, где в кабине рядом с пилотом сидел Кайл. Точно — глаз с нее не сводит. Но ничего в них не читается — взгляд холодный, оценивающий, даже тяжелый. Чем она его заслужила? И как это ему удается — ночью один, сейчас совсем другой?
— Эй, Скай, — воскликнул сидевший рядом Майкл, — смотрите — Игуа.
Действительно, впереди показался берег — сплошной белый песок. Единственное отличие от того островка, где только вчера еще они были с Кайлом, — цепочка красивых домов сразу за пляжем, гавань, взлетная полоса, посадочная площадка.
Люди.
Люди, именно их ждущие, догадалась Скай, когда самолет пошел на посадку.
— Майкл, — с трудом проговорила, почти прохрипела Скай, — а откуда, собственно, известно, что нас нашли?
— О черт, боюсь, из-за всей этой свистопляски утром мы забыли вам сказать. Дело в том, что австралийцы передумали. Все равно, говорят, ваши радиопереговоры могли быть перехвачены. Ну вот и сообщили семьям — нашей и вашей.
«Так-так, — грустно подумала Скай, — австралийцы получили свою отсрочку, а я — нет».
Не успели еще остановиться лопасти винтов, как люди кинулись к самолету. Скай бросила быстрый взгляд на Кайла, но он смотрел в сторону. На людей. И стремительно прошагал к выходу. Поглядев через его плечо, Скай поняла, почему он так спешит. Вот он обнимает мальчика… мужчину… симпатичного молодого человека, почти с него самого ростом, только много стройнее, раздаться в плечах ему еще предстоит. Волосы черные — вороново крыло, глаза тоже темные, откровенно светятся счастьем встречи. У Скай болезненно сжалось сердце.
— Крис, — прошептал Майкл прямо ей в ухо, и она кивнула, а уже в следующий момент застыла, словно ее холодной водой обдали. На месте молодого человека теперь стояли две женщины. Одна — миловидная, пожилая, с резкими чертами и зелеными глазами, по ним нетрудно угадать в ней мать братьев Джаггер; и другая — неотразимо прекрасная, высокая, с превосходной фигурой, волосы светлые, почти серебристые; как влитой сидит на ней костюм небесно-голубого цвета.
