вкусу Мазари, и он благосклонно кивнул.
– Похоже, твои таланты, скорее, в области дипломатии, чем войны, – хмыкнул он.
– О, в этом я готов признаться с превеликим удовольствием! – горячо кивнул Том. – Если есть способ избежать войны, я готов сделать что угодно, чтобы не допустить её.
Он вспомнил Давида и вздохнул, подумав, что тогда, возможно, усилия были не достаточны. Энди понял, о чем подумал Том и сжал его руку, чтобы он не зацикливался на этом.
– Ты делаешь достаточно, – заверил он его.
Да и сеньор Мазари дураком не был и кивнул, подтверждая слова Энди.
– То, что мы все имеем сейчас, без преуменьшения, в значительной степени твоя заслуга.
Тем временем, праздник продолжался, гостей ещё раз приглашали в столовую, угоститься сладостями, но уже в фуршетном формате.
Расходились все даже не поздней ночью, а ранним утром.
Том был ужасно уставшим и объевшимся, на сиденье рядом стояла большая деревянная лакированная коробка с деликатесами, обещанными детям.
– У них будет роскошный завтрак, – улыбнулся Том, передавая гостинцы Линг, которая уже встала, а сами они с Энди направились спать.
Пожалуй, этот праздник сблизил Тома и Энди с господином Ли, поэтому его визиты стали почти регулярными, примерно раз в неделю, с неизменными угощениями для детей и взрослых.
Поэтому никто не удивился, когда мартовским вечером, когда весна уже отвоевывала природу, его машина подъехала к воротам.
– Пельмешки! – завопил Тео, увидев его в окно.
– Тедди, веди себя прилично, – напомнила ему Китти, хотя и сама пристрастилась к китайской кухне. А вот Том, выйдя встретить гостя, сразу понял – что-то не так. Хоть господин Ли, как всегда, поприветствовал детей и отдал им на растерзания лакомства, он сразу попросил о разговоре в кабинете. Том и Энди сразу же проводили его туда и закрыли двери.
– Что-то случилось? – Том ощутил это сразу.
– Хотел бы я иметь хоть какой-то шанс вас обнадежить, – было видно, что господину Ли очень неприятно сообщать эти новости. – Я чувствую себя обманщиком за то, что обещал вам помощь, но не в моих силах ее оказать… час назад мне сообщили, что полковник Фэй Вонг погиб.
– О господи, – Том ощутил себя так, словно его ударили под дых. – Как? Что случилось? Это были боевые действия?
– Особенно ужасно то, что это, видимо, была какая-то совершенно необъяснимая случайность, локальный конфликт, – стал рассказывать Ли. – Официально Китай и Япония еще не находятся в состоянии войны, поэтому информации об инциденте у меня минимум. Но военные действия разной степени интенсивности в Северном Китае происходят постоянно. Гоминьдан давно уже сдал Японии эту территорию, – с болью в сердце и голосе сказал он.
Том опустился на кресло, с которого вскочил и закрыл лицо руками. Все было кончено, дети полковника Фэя стали круглыми сиротами на его попечении.
– Я не знаю, как им это сообщить, – признался он через некоторое время.
Энди обнимал его за плечи, гладил по спине, тоже чувствуя опустошенность.
– Мэй недавно спрашивала, когда можно будет написать Пасхальному Кролику, чтобы папа побыстрее вернулся, – сглотнув, прошептал он.
– Я так виноват перед вами, – господин Ли пересел поближе и взял руки Тома в свои. – Я не исполнил свое обещание. Но клянусь вам, я сделаю даже невозможное, чтобы помочь вам в воспитании этих детей.
– Господин Ли, вы все же не Господь Бог, чтобы делать невозможное, – сказал Том. – Вы сделали все, что смогли. Нам нужно было обратиться к вам раньше, было бы больше времени… и шансов, – добавил он.
– А мне следовало действовать более решительно, – Ли совершенно не собирался снимать с себя ответственность. – Я навеки ваш должник, господа.
– Ну что вы, это совсем не так, – покачал головой Том. – Вы наш друг, а не должник, господин Ли.
– Это большая честь для меня, – совершенно искренне ответил он, – быть вашим другом и считать вас своими друзьями.
– Я предлагаю пока ничего не сообщать детям, – принял волевое решение Том, когда Линг принесла им чай, и они немного успокоились. – Придет официальная информация, посмертная награда, что угодно. Тогда скажем, – предложил он.
– Я согласен, – поддержал его Энди, и господин Ли тоже согласно кивнул.
– Может быть, найдется способ как-то сгладить эту информацию, – он мало в это верил, но позволял себе надеяться.
Но пока такого способа не находилось. Тому и Энди приходилось врать Мэй и Дэмину, приходилось писать с ними письма Пасхальному чертовому кролику, ведь до Пасхи оставалось всего ничего. Весна в Нью-Йорк пришла быстро и бурно, вроде только с залива дул ледяной ветер, как вдруг весь их сад зацвел и зазеленел. Линг тут же занялась обустройством их небольшого зеленого огорода, и активно привлекала к процессу детей. Неожиданно для всех таланты садовода обнаружились у Китти.
– В чертовом поместье было решительно нечего делать, я выращивала розы, – призналась она, когда Том спросил ее об этом. – И, наверное, фермерские корни никуда не деть. Мне нравится возиться с землей.
– Мы будем только рады, если благодаря тебе и Линг наш сад зацветет, – Том хватался за любую возможность найти радость в жизни, но это было непросто.
За эти годы Вонг стал ему добрым надёжным другом, поверить в утрату которого было совсем непросто. Из-за этого, к тому же, он испытывал чувство вины перед Энди, боясь, что тот будет ревновать к его грусти. Но к счастью, Энди понимал, что полковник был фактически единственным настоящим другом Тома в Шанхае и не комментировал его скорбь по нему.
23.
Господин Ли, в свою очередь, явно не мог ничего поделать с чувством вины. Иначе объяснить его рвение в помощи с решением вопросов при открытии чайного дома было невозможно.
– Я нашел для вас прекрасное помещение, не хотите приехать посмотреть? – предложил он, позвонив Тому в первый день Страстной Недели.
– Да, мы приедем с Энди, диктуйте адрес, – согласился Том, которому нужно было на что-то отвлечься. К тому же ему было немного одиноко в пустом доме – Энди уехал заниматься поручениями дона Мазари, а Китти и Линг повели детей в Метрополитен-музей.
Помещение было расположено идеально – на Бродвее, – в доме, который еще относился к Чайнатауну, и куда распространялось влияние господина Ли, но в то же время мимо проходило больше американцев. Это означало, что свои пойдут туда в любом случае, но немало может быть и просто любопытствующих.
– Когда вам удобно будет приехать? – уточнил господин Ли.
– Через пару часов подойдет? – спросил Том, прикинув, что ему понадобится отыскать Энди, если тот не в клубе.
– Как вам будет удобно, Том, –
