Читаем без скачивания Магма - Олег Синицын

– Лоуренс, дай телефон!

Он набрал номер своей телефонной трубки. Никакого результата. Трубку никто не брал.

– Сколько у нас пристаней? – спросил Уолкер.

Женя сидел, прижавшись спиной к холодной стене Руки его были скованы наручниками Кузнецов испытывал смесь страха и неопределенности. Этот подвал очень походил на подвал в доме графа Бисбрука, только пыли здесь было больше, а драгоценности отсутствовали.

Они очень долго спускались по лестнице. Женя подозревал, что подземелье находится ниже дна Гудзона. Спигги шел впереди, освещая путь мощным фонарем, предназначенным для подводного плавания. Следом за ним спускался Кузнецов со скованными за спиной руками. Замыкал шествие тяжело дышащий Мдраг.

Спуск закончился небольшой комнатой, стены которой были сплошь выложены огромными булыжниками, скрепленными раствором. Кроме лестницы наверх, в комнате была дверь. Кузнецова Спигги приковал к мощной чугунной петле, основание которой было вмуровано в стену. Только после этого он прислонил к противоположной стене свой меч.

– Смотри не трогай мой меч! – пошутил он, обращаясь к Кузнецову.

– Обязательно потрогаю! Вот только достану ключ и отстегну наручники. Спигги засмеялся.

– Довольно! – рявкнул Мдраг.

Вместе со Спигги они покинули комнату через единственную дверь, оставив Кузнецова в одиночестве. Какое-то время было тихо. Затем снаружи донесся звук гудящего пламени. Мощная чугунная дверь заглушала звуки, но рев пламени Женя определил точно. Словно работала паровозная топка. Женя ни разу в жизни не видел настоящей паровозной топки, только в фильмах.

Прошло около часа. Кузнецову было холодно, он устал сидеть с заломленными за спину руками. Приступы страха то усиливались, заставляя Кузнецова часто дышать, то слегка ослабевали. Шум за дверью сделался громче. Послышался металлический лязг каких-то засовов. Металлический скрип, от которого мурашки побежали по коже. Потом раздался громкий удар. Женя вздрогнул от неожиданности. Словно упала на асфальт крышка канализационного люка. Потом снова лязг. И все утихло.

Женя сидел ни жив ни мертв. Пот тек с него ручьями. Стало жарко. А ведь поначалу он мерз!

Его взгляд упал на меч, прислоненный к противоположной стене. Меч был в ножнах. Полоска света выбивалась из-под двери и освещала его красным светом. Меч казался загадочным и волшебным. Взять бы его.

«Обязательно потрогаю. Вот только достану ключ и отстегну наручники».

Женя замер. А ведь у него действительно есть ключ от наручников! Как же он сразу про него не вспомнил! Это был ключ, который остался на память от Жан-Люка Перье Только где он? Ключ Кузнецов повесил на связку с остальными ключами. Носил связку в пиджаке Жан-Люка Перье. Затем пиджак сгорел в подвале Бисбрука. Ключи он переложил в брюки. Надев новый костюм, Женя отстегнул ключ от связки и положил его во внутренний карман. Это там же, где лежало «солнце».

Но там ли он? Женя падал с восьмого этажа, горел в огне, купался в бассейне. Во время всех этих событий ключ мог вывалиться.

Дотянуться до внутреннего кармана и проверить Женя не мог. Руки были скованы за спиной, а цепь наручников продета сквозь чугунное кольцо в стене.

Носом Кузнецов приподнял отворот пиджака и попытался заглянуть в карман. Ничего. Чернота. В подземелье не хватало света, чтобы разглядеть внутренности собственного кармана. Кузнецов начал двигать плечами, чтобы стянуть пиджак. Ничего не получилось. Пиджак был застегнут на все три пуговицы, и те ни за что не хотели отрываться.

Женя остановился и отдышался. Так! Необходимо оторвать пуговицы.

Он вывернул руки, прикованные к петле, и развернулся грудью к стене. Упершись в булыжники, Женя начал тереться о них пуговицами. Пуговицы скрипели. Женя остановился, передохнул и вновь начал отдирать их. Первой не выдержали нитки верхней. За ней, лопнув пополам, отлетела следующая. Оставшаяся пуговица расстегнулась сама, когда Кузнецов, ухватившись сзади, потянул руками за пиджак.

За дверью что-то хлопнуло. Кузнецов замер. Капли пота заливали глаза. Не хватало еще, чтобы Спигги появился, когда Кузнецов будет снимать наручники. Надо быть осторожнее.

Минут пятнадцать Женя не решался продолжить. Из-за двери по-прежнему доносился только гул пламени.

Кузнецов скинул пиджак с плеч. Тот упал на скованные руки. Женя лихорадочно начал ощупывать карманы. В этот момент открылась дверь и в подземелье вернулся Спигги.

Кузнецов едва не умер от испуга, сердце готово было разорваться. Он представил себя – испуганного, пристегнутого к стене, с пиджаком, повисшим на скованных за­пястьях.

– Ты уже разделся! – воскликнул Спигги.

– Жарко стало, – промямлил Кузнецов. Господи, он попался!

– Так я тебе помогу!

Спигги наклонился и поднял свой самурайский меч. Скинул ножны. Лезвие блеснуло красным огнем в отблесках из-под двери. Кузнецов сжался. Мама родная, как ему хотелось, чтобы все это оказалось сном! Хорошо бы проснуться! Почему он ввязался во все это?

Спигги медленно приближался. Глаза его издевательски светились. Кузнецов не отрывал взгляд от лезвия меча.

– Вообще-то я по натуре человек жалостливый, – произнес агент. Он переложил меч в левую руку, а правую опустил в карман. Он недолго шарил в кармане, а затем быстро вытащил руку. От резкого движения Кузнецов вздрогнул.

Спигги поднял руку с зажатым в ней ключом от наруч­ников. Он прислонил меч к стене и разомкнул один браслет на запястье Евгения. Кузнецов с недоумением взирал на Спигги.

– Ну, – произнес Спигги. – Стаскивай пиджак!

Женя послушно освободил один рукав. Спигги замкнул наручник на запястье и освободил второе, чтобы Кузнецов мог снять другой рукав. Однако вместо того чтобы стаскивать пиджак, Кузнецов проделал нечто другое.

В детстве он играл в футбольной команде «Вымпел». Он не обладал блестящей техникой или скоростью, но было у него одно качество, из-за которого тренеры держали его в команде. Кузнецов великолепно выполнял угловые и штрафные удары. Более того, его штрафные удары обладали недюжинной силой. Такие мячи вратари обычно не могли удержать руками. Иногда Кузнецов замечал, как игроки,

стоящие в стенке, стараются увернуться от мяча, когда он выполняет штрафной удар.

Женя увидел, что, отстегивая второй наручник, Спигги потерял бдительность и его пах оказался незащищен.

Футбольным ударом Кузнецов врезал Спигги ногой в пах. Он представил, что бьет по мячу, и вложил в удар всю свою силу и злость. Подъем ноги лег точно туда, куда метил Евгений.

Спигги подбросило ударом. При этом он не проронил ни звука. Только после того, как агент свалился на пыльный пол, из уст его вырвался непроизвольный стон.

Женя свободной рукой вынул ключ из браслета наруч­ников и освободил другую руку. Спигги не двигался. Женя быстро надел пиджак и взял в руки самурайский меч, направив острие на Спигги. Но тот по-прежнему лежал без движения. Спигги потерял сознание от сильнейшего болевого шока. Женя этого не знал и около минуты ожидал, когда агент начнет шевелиться. Но этого так и не произошло.

Поняв бессмысленность своих ожиданий, Кузнецов осторожно приблизился к телу Спигги, взял его за руку и подтащил к стене. Он приковал руки Спигги наручниками к петле, а ключ бросил в темный угол подземелья. Из кармана агента Женя вытащил «солнце».

Только теперь он позволил себе вздохнуть свободно. Женя сунул руку во внутренний карман и удивленно воскликнул:

– А ведь моего ключа в кармане нет!

Видимо, ключ выпал из кармана. Ну и ладно! Он положил туда золотой диск «солнца».

Что теперь? Можно покинуть подземелье и обо всем доложить Уолкеру. Но Кузнецову было любопытно: что же находится за дверью?

Он приблизился к ней. Литая ручка оказалась горячей, но все-таки не такой, что до нее невозможно было дотронуться. Женя распахнул дверь.

Комната, в которой он очутился, являлась копией комнаты в подземелье графа Бисбрука. Той, в которой находился котел. Здесь тоже была установлена доменная печь с трубами и топками, но жар стоял гораздо меньший. Посредине стоял котел с откинутой крышкой. Из котла по комнате разливался огненный свет. Содержимого котла Кузнецов не видел. Мдрага в комнате не было.

Осторожно ступая по горячим камням пола, Женя приблизился к котлу. Тело покрылось потом, но Женя подходил ближе. И содержимое котла открылось ему. Красная светящаяся масса плавно покачивалась в котле. Масса была похожа на лаву. Женя не раз наблюдал извержения вулканов, поэтому он мог сравнить светящуюся массу с лавой

Небольшая рябь прошла по поверхности. Женя завороженно следил за массой. Неожиданно из нее начала образовываться огненная сфера размером с голову человека. Сфера поднялась над поверхностью, своим основанием касаясь светящейся массы. Два ослепительных блика, похожих на глаза, сверкнули из нее. Кузнецов отпрянул.