Вернулась она не скоро. При каждом звуке Дел вздрагивал и оборачивался, но ее все не было — проходили какие-то другие люди, бросали на него короткие безразличные взгляды и шли дальше. В конце концов он пересел так, чтобы видеть коридор, но появилась Лори совсем с другой стороны.
Что-то в выражении ее лица заставило Дела вскочить и схватить ее за плечи:
— Что? Что с ней?
— Там... кровотечение — и они никак не могут с ним справиться. Вроде сначала все шло хорошо, пулю вынули — и тут пошла кровь. Давление падает, и... — она всхлипнула.
— Она умирает? — спросил Дел — ему казалось, что сам он молчит и этот спокойный хриплый голос звучит откуда-то со стороны.
Лори отчаянно замотала головой.
— Нет, нет... не надо так говорить. Сердце пока работает, и они пытаются что-то сделать, только... плохо все очень... плохо...
Она повторила это еще раз, жалобно, словно ища у него утешения — но Дел отпустил ее и на негнущихся ногах, почти механически, пошел по коридору. Добрался до туалета, пустил воду на полную мощность и внезапно, с неподвижным лицом, словно выполняя какую-то скучную работу, ударился головой о кафельную стенку — раз, другой, третий. Потом, так же спокойно, сунул голову под воду, постоял пару минут и, не вытираясь, вышел обратно в холл.
Лори сидела на диване. Увидев его, попыталась что-то сказать — он махнул рукой.
— П-пожалуйста... я сейчас не могу... — прошел в угол, сел и закрыл глаза.
Он сидел неподвижно, лишь губы беззвучно шевелились — со стороны казалось, что он спит или молится. Может, Дел и молился бы, если бы верил в Бога...
«Ну что ты, девочка, не смей! Соберись — и постарайся, ради меня, ну пожалуйста! Ты же у меня сильная, только я знаю, какая ты сильная и храбрая. Не дай им победить себя, соберись и дыши, пожалуйста. Ты сможешь, я знаю, что ты сможешь. Ты не смеешь умирать, тебе еще рано, мы с тобой еще только-только начали жить...»
Перед его закрытыми глазами, как живое, вставало лицо Карен — непривычно серьезное, без обычной улыбки. И еще лица — толстого старика с пронзительными черными глазами, которого похоронили три дня назад, и маленького мальчика с такими же, как у Карен, льняными волосами, и, почему-то, его матери, которая умерла, пока Дел был в плену, и так и не успела узнать, что он жив — и еще многие другие, живые и ушедшие.
«...Томми, ну скажи ей, хоть ты скажи ей, что она не имеет права умирать, скажи ей — она тебя слушается! Ты же знаешь, как я люблю ее... Ты единственный, кто про нас все знает, ну скажи ей... Карен, детка, пожалуйста, живи, я не могу без тебя — мы все не можем
Услышав легкий шум, Дел открыл глаза — Лори встала с места и, поймав его напряженный немигающий взгляд, сказала:
— Уже час прошел. — Увидев, что он не понимает, объяснила: — Если бы там... что-то случилось, нам бы сообщили... почти сразу. А уже целый час прошел...
Он снова закрыл глаза и стал ждать, прислушиваясь к частым ударам собственного сердца, как к тиканью часов. Сто ударов — минута, еще сто — еще минута...
На этот раз вернулась Лори почти сразу — на пятой минуте. Дел услышал шаги в коридоре, хотел вскочить с места — и не смог, только вцепился сильнее в подлокотники. Она выскочила из-за угла и крикнула через весь холл:
— Дел! — Закивала головой, не в силах больше произнести ни слова. Лишь подбежав вплотную, сумела сказать: — Им удалось остановить кровотечение! — и снова закивала, улыбаясь.
Он схватил ее за руку, вгляделся ей в лицо, словно ища подтверждение этим словам, и медленно опустил голову. Облегчение оказалось острым — сродни боли — и его тоже надо было пережить сейчас, слушая голос, доносящийся откуда-то издалека и не способный заглушить барабанный бой крови в ушах.
— ...Пока говорить, что все позади, рано, но давление стабилизируется, и если снова не откроется кровотечение, то где-то через полчаса они закончат, а потом перевезут ее в реанимацию. Эй, что с тобой, ты меня слышишь?
— Слышу... — выдохнул Дел и выпрямился, — все слышу! — На самом деле ему хотелось сейчас заорать, расколотить что-нибудь — но он только усмехнулся и сказал: — Я же говорил, что все будет хорошо...
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
По прогнозам Лори, ждать до конца операции нужно было еще не меньше получаса, поэтому внезапное появление девицы в белом халате — той самой, которая заполняла анкету — заставило Дела вздрогнуть и напрячься. Подойдя вплотную, девица сообщила:
— Вас просили позвонить на работу. Очень срочно, — окинула его удивленным взглядом и удалилась, цокая каблучками.
Он только сейчас понял, насколько странно выглядит: в мокрой, заляпанной сбоку кровью, слишком большой для него рубашке и с влажными, торчащими в разные стороны волосами.
Линк, до которого удалось дозвониться сразу, доложил, что на заводе все в порядке, и звонит он, собственно, чтобы узнать, что с Карен, и предупредить, что в больницу сейчас приедут чины из безопасности — снимать показания.
На вопрос, что именно в порядке на заводе, объяснил, что Рики уже, слава богу, забрали и увезли. Саперы приехали, нашли что-то в машине Рики — той самой красной «Альфа-Ромео» — и теперь ищут взрывные устройства — говорят, что их несколько. На заводе полно чужих — и из посольства, и из ЦРУ, и из местной службы безопасности и полиции. В конце он с усмешкой добавил:
— Эта твоя... ходит, задрав нос, как будто это все ее заслуга, и накляузничала на меня начальству, что я ее на место происшествия, видите ли, не пускал.
— А ты что — не пускал? — не понял Дел.
— Я приказал охранникам ее не пропускать, пока санитарная машина не уедет — не стоило ей там перед глазами у Карен маячить, — несколько смущенно пояснил Линк.
— Спасибо... — больше сказать на это было нечего.
«Чины из безопасности» — на самом деле, всего один, но в сопровождении Крейга — подъехали минут через двадцать. За это время Лори успела еще раз сбегать на разведку и узнать, что операция фактически уже закончилась — осталось только наложить швы. После этого, очевидно, будет возможность поговорить с врачом и узнать у него более подробно о состоянии Карен и о прогнозах на ближайшие несколько дней.
Но вместо хирурга в холле появился Крейг, державшийся так, словно Дел был по меньшей мере его любимым племянником — пожал руку, похлопал по спине, сделал сочувствующий вид, пробормотав:
— Я понимаю, что тебе сейчас не до нас, — еще раз похлопал по спине, — но, ты понимаешь, служба...
Пригласил — «на минутку, простая формальность» — пройти за ним, в чей-то кабинет на втором этаже, где уже сидел «чин из безопасности», представившийся как капитан Чезаре Вальеха. Он и спрашивал — Крейг сидел рядом, делая вид, что он всего лишь наблюдатель, но Дел не сомневался, что список основных вопросов был заранее ими согласован.
