— Как ни странно оказалось, возможно. Сам ему удивляюсь.
— А почему вы? Насколько знаю из истории, у вас не самые лучшие отношения и если правильно помню, то у вас разные глаза и вы…
— Да, я сатана, — не дал он мне договорить. — Я озвучу это сам, чтобы оградить вас от упоминания моего имени вслух. Нет необходимости звуками привлекать меня. Я уже здесь. А глаза могут быть разные и у людей, это не признак. А отношения? Они действительно прохладные. Но я лучше умею разговаривать с людьми. Опыта больше. Вот он и обратился ко мне, через своих помощников, чтобы я передал вам его согласие. Так что перед вами его противоположность — темная сторона.
— Но если вы тот, за кого себя выдаете, то почему нет запаха серы, а просто, вот так, пришли, а не появились неожиданно.
— Ну, ну. Вы же образованный человек. Не надо мыслить категориями средневековья. Хороший парфюм всегда предпочтительнее, а сера ранее была так, для эффекта, а не, потому что из преисподней, где горят костры.
Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, в котором чувствовалась усталость и, улыбнувшись лишь уголками губ произнес: — Вы еще не до конца осознали ситуацию, которую создали. Я сам, тоже редко появляюсь перед человеком, обычно это делают мои многочисленные помощники, но учитывая, что он сам решил встретиться с вами, то мне было бы просто не прилично присылать кого-либо к вам. Это было бы не уважением. Но дам совет, надеюсь, вы понимаете, что рассказывать кому— либо о том, что вам предложил встречу Всевышний, а тем более рассказывать, что видели его или меня не стоит, вас сочтут за психа. Посудите сами, за свою жизнь редкий человек встречается лично со мной, не говоря о нем, но чтобы с обоими вместе и одновременно. Так что данная ситуация тяжелая ноша для вас, но вы сами так захотели. Расскажете, не поверят.
Необходимость молчания всегда и ложится тяжким грузом на душу. Вот и получается, что как бы несете чемодан без ручки, и бросить жалко и нести тяжело. И так всю жизнь. Единственное — это иногда поделиться мыслями, услышанными от него, как будто своими.
С трудом осознавая услышанное, и вынужденный принимать это за реальность, я вымолвил: — Согласен, но я, конечно, не ожидал такого развития событий. Думал так, просто мысли.
— Вот в этом и беда ваша, людей. Думаете, зовете, а потом понимаете, зачем сделал? Еще бы вы ожидали. Вам редкая удача, кто видел его взор.
— И что дальше?
— Дальше, — он на мгновение задумался, — что откладывать. Вы можете завтра вечером встретиться с нами?
— У меня прием до семи. И это надолго?
— Я вас буду ждать завтра в начале восьмого у выхода из клиники. Что касается долго, то все относительно. Вы не беспокойтесь, время подвержено сжатию и сколько бы, не продлилась встреча, по меркам людей это может оказать всего несколько минут, так что дома будете вовремя и не пропадете. Да, вы не будете возражать, если я буду присутствовать на беседе, вернее, как вы хотели на заседании. Я предлагаю свою кандидатуру в роли свидетеля, адвоката. На роль прокурора не претендую — не мое. Все в одном лице. Что зря привлекать сторонних наблюдателей. Не бегай, не ищи, а так я рядом и все знаю и видел.
Я слушал его и не мог поверить в реальность происходящего. Я бы посчитал это за бред, если бы не его упоминание о той ночи, — я не возражаю, — был мой ответ — очевидно же, что выбора у меня нет.
— Выбор есть всегда, важно какой. У вас он тоже есть, но, не красиво напросившись отказываться.
— Только странно как-то, вы оба и в одном помещении. Вы что тоже его помощник?
— Понимаю вопрос, но все значительно сложнее. Конечно, я в целом самостоятелен и не отчитываюсь, но мир един и как бы я не хотел не в моих силах делать все, что захочу. Я же не сам по себе появился на свет. Ну да, был конфликт интересов, взглядов, как это бывает у вас, у людей между подчиненным и начальником. Я себя считаю «испытателем». Я испытываю вас на духовную прочность, проверяю, насколько у вас крепка вера во Всевышнего, Создателя. А как проверить, если не создать вам, людям, искушение? Если человек не поддается, значит, вера крепка не только в него, но и в свои взгляды, принципы. Но лично мне это не надо. Это надо Создателю. Вот и выполняю эту грязную функцию. Все состоит из двух полюсов — положительного и отрицательного в этом мире, так и в людях. Вы образованный человек и должны понимать, разве возможно, чтобы Создатель не контролировал процесс, особенно на начальной стадии создания мира. Что сейчас не берусь за него отвечать, но тогда? Например, соблазнение Адама? Откуда у змея разум? Все было подконтрольно, а что подконтрольно само не совершается. Так что все было предусмотрено и разыграно, как в театре. Правда зритель был один и актеров маловато. Вот и возникла ситуация, когда мое мнение не сошлось с его, и получилось так, как получилось. Вот с тех пор я вам и даю себялюбие, ложь, страх, временные удовольствия. Вы оправдываете свои поступки и считаете их добром. Мое оружие — искушение, соблазн. Вы получаете сейчас свои помыслы, а что потом, то потом. Да, явно мы с ним не пересекаемся. Это заседание исключение.
Он замолчал, словно давая мне время на осмысливание сказанного, а затем произнес, — и так до встречи?
— Все это выглядит как авантюра, но я готов рискнуть, — ответил я.
— Вот и славно. Как ни покажется странным, мне было приятно с вами познакомиться в данной ситуации, а не в иной, в какой я обычно появляюсь. У вас есть выдержка, вы смогли быстро и правильно все понять, а не впали стопор. Я не буду исчезать, а уйду тем же путем, что и пришел, чтобы не шокировать, еще успеете удивиться.
Он поднялся, попрощался и вышел из кабинета, тихо затворив за собой дверь.
После его ухода я еще посидел некоторое время в кабинете, пытаясь осмыслить произошедшее. В голове кружился рой мыслей, но, ни за одну из них я не мог зацепиться, чтобы упорядочить хаос. То, что произошло, представлялось нелепым и абсурдным, неким фарсом и любой нормальный человек, к которым я себя до сих пор относил, не мог воспринимать все это серьезно и верить в реальность произошедшего. В тоже время, я знал, что это было реально. Потихоньку мысли стали приходить в порядок. «И почему я? Я не издавал всеобщий вопль человечества. Я просто размышлял, не веря в возможность получить ответ. Мало ли, о чем мы думаем или просим. Чаще всего это так, возможность выпустить свои мысли. Если считать это шуткой моих размышлений, не высказанных вслух, то она оказалась очень неудачной. И что? Мне теперь расплачиваться за это всю оставшуюся жизнь? Этого я не хочу. Или я выпал по какой-то только им известной системе. Так, как выпадают случайные числа. Все может быть. Кто знает, кроме них, что там наверху, какие правила написаны и как по ним играть. Правила, они пишут сами, не приглашая нас. А жаль, что не приглашают. Отношения с ними, это как играть в азартные игры с государством. Государство меняет правила игры до тех пор, пока не выигрывает», — размышлял я, глядя в окно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
