ему исполнилось только 60. Надеюсь, что будут здоровы мои дети и внуки. Надеюсь, что и мне судьба даст силы как можно дольше быть с ними, рядом с мужем, помогая ему и разделяя каждый удар сердца.
В нашей жизни было все – радости и горести, огромный труд и колоссальное нервное напряжение, успехи и поражения, нужда, голод и материальное благополучие. Мы прошли с ним через все это, сохранив первозданную основу наших отношений и преданность нашим представлениям и идеалам. Я верю: крепость духа, мужество, твердость помогут мужу выдержать сегодня небывалые испытания тяжелейшего этапа нашей жизни.
Я – надеюсь.
декабрь 1990 – апрель 1991
г. Москва
Эти дни были ужасны
Из Дневника жены Президента
Форос: 73 часа под арестом
19–21 августа 1991 года – трагические дни в истории нашего государства, Перестройки. 18–21 августа – дни заточения, интернирования Президента СССР и его семьи в Форосе.
…20 августа 1937 года тройка управления НКВД Западно-Сибирского края постановила расстрелять моего деда, человека, единственным жизненным занятием которого был труд земледельца. Предъявленное обвинение: контрреволюционная агитация, направленная на разложение колхозной дисциплины, дискредитацию политики партии и правительства, стахановского движения, оборонного займа. Обвиняемый, гражданин Порада Петр Степанович – как явствует из протокола допроса, – виновным себя не признал: трудовую дисциплину нигде и никогда не разваливал, ни в каких бандах, контрреволюционных организациях, восстаниях не участвовал, агитацию против советской власти не вел. Она – советская власть – ему ведь землю дала. Правда, уже в 1932 году все и отняла: и дом, и землю, и семью…
Решение «тройки» приведено в исполнение, а через десятилетия – реабилитация.
…В сентябре, на встрече с группой редакторов газет, Михаил Сергеевич, отвечая на вопросы, упомянул о моей записной книжке. Да, она была со мной в Форосе.
Но, откровенно говоря, это не дневник, не тщательные, делающиеся изо дня в день записи. Что я веду – это беглые, небольшие, краткие пометки, сделанные в разное время, по разным поводам.
Исключение лишь 18, 19, 20, 21 августа, когда я вела более подробные записи. Форосские пометки трижды уже приходили мне на помощь: когда я давала свои интервью газете «Труд» и программе «Время» и когда как свидетель давала показания следователям прокуратуры.
Сейчас я думаю о том, что эти пометки в записной книжке, может быть, представляют определенный интерес в воссоздании общей картины августовских событий.
3 августа, суббота
Все-таки мы едем в отпуск. Михаил Сергеевич принял решение: пока Союзный договор готовится к подписанию, сходить в отпуск. Если сейчас не получится, то неизвестно когда. А отдых нужен!
С Ириной собираем вещи. Но радости не испытываю. На душе как-то тревожно. Все время чего-то жду…
В 19.00 вернулся с работы Михаил Сергеевич. Подтвердил – завтра летим в Крым. Добавил: «На сколько получится…»
4 августа, воскресенье
Отлетали из Внуково-II. В павильоне аэропорта собрались все, кто обычно провожал. Последними – уже после нас – подъехали Болдин и Павлов. Разговор шел главным образом о предстоящем подписании Союзного договора. Михаил Сергеевич сказал, что обязательно будет участвовать в его подписании.
Ирина и я обратили внимание: у Янаева на руках экзема. Среди наших близких есть человек, кто очень длительное время страдал такого рода болезнью и вылечился быстро, совершенно неожиданно средствами народной медицины. В самолете договорились: как только вернемся из отпуска, поговорю с Янаевым, дам адрес этого человека, посоветую обратиться к нему за помощью.
Посадка в небольшом военном аэропорту под Севастополем. Встречало руководство Украины, Крыма. Пригласили пообедать. Традиционная встреча. Но на сей раз – в ней много новых «деталей», конечно, не случайных. Встречающие, исключая военных и чекистов, в летних рубашках с коротким рукавом. Прежде встречали официально: только в костюмах.
За столом: обычно первые слова произносил Гиренко – секретарь ЦК Компартии Украины, на сей раз – Кравчук.
Вместо приветствия и пожелания доброго отдыха Леонид Макарович очень пространно говорил о месте Президента СССР в стране, отношении к нему левых и правых. В заключение последовали рекомендации Президенту. За столом установилась тишина…
Потом разговор переключился на положение в Крыму, на Украине, в партии. Всегда уверенный Гиренко был заметно угнетен, не мог скрыть внутреннего раздражения.
Командующий Черноморским флотом адмирал Хронопуло громко и жизнерадостно произнес тост за здоровье Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами Советского Союза и заверил сидящих за столом в готовности «в любой час, любую минуту выполнить все его приказы».
И как-то неожиданно: молодой, недавно избранный секретарь Крымского комитета партии Л. И. Грач произнес добрые, теплые слова о нашей семье, обо мне. Естественное напоминание, что Президент приехал в отпуск, отдыхать…
5 августа, понедельник
Жарко. Температура воздуха 30°, вода в море – 25°. Деревья – сосенки, туя, можжевельник, березки – замерли, застыли. Цветы тоже. Признаки засухи. Линия гор в дымке. Над морем, на пирсе, пляже – чайки. Настенка обращает внимание взрослых: «Какое оно «Черное море»? Море синее… разве вы не видите?»
Утвердили режим дня: утром – гимнастика, купание, медицинские процедуры. Днем – Михаил Сергеевич работает. Вечером – часовая ходьба, снова купание в море. Еще час-два – по обстоятельствам – работа и культурная программа: кинофильм, телевизор, прогулка или встречи. Высший приоритет сну.
У Ирины, Анатолия, Ксении, Анастасии – своя программа, как они сказали, «свободная», менее творческая, но более полезная для отдыха.
Прочитала статью А. Латыниной в «Литературной газете». Михаил Сергеевич читает книгу Авреха «П. А. Столыпин и судьбы реформ в России».
6 августа, вторник
Чуть прохладнее. Облачно. Мы на прогулке. Идти легко и приятно. «Буду писать, – говорит Михаил Сергеевич, – книжку или статью, что получится. Нужна ли была перестройка? Идем ли мы к катастрофе? Продался ли я американскому империализму? Думаю, получится…»
И еще: «В стране нарастает напряжение. Меня это беспокоит. Надо быстрее двигать реформы – не получается. Антикризисная программа буксует. Паралич власти. Надеюсь на Союзный договор. Разговор в прессе о «сильной руке» находит отклик в обществе – очень серьезный симптом. Хочу в статье обо всем этом написать».
Потом: «Видимо, 19-го буду вылетать в Москву для подписания Союзного договора и проведения Совета Федерации… Звонил сегодня Дементей. Высказал пожелание, чтобы Белоруссия участвовала в подписании 20 августа».
7 августа, среда
Отдыхающих, приезжих нынче в Крыму значительно меньше, чем в обычные годы в это время. В Ялте трудно с мясными продуктами. Мало овощей и фруктов – и это в сезон для них. На
