Курт почувствовал, как закололо в затылке, но продолжал смотреть на Ларса.
— До свидания, Ларс, — пробормотал он, поворачиваясь, чтобы уйти.
— Тебе не нужно было заводить ей собаку, — крикнул Ларс, и от доказательства того, что Ларс следил за Кэди, стало еще хуже. За ним и за Кэди.
Но Курт не остановился и продолжал идти к двери.
— Я бы не причинил вреда милой Кэди. Нет, братан. Я бы заставил милую глупышку Кэди жить в мире без тебя, это как если бы я трахнул ее в зад. Она покончит с собой, если такое случится. И мне не придется пользоваться членом.
При слове «член» дверь захлопнулась, но Курт даже не обернулся на последний выстрел Ларса.
Но это не означало, что он не почувствовал вкус желчи, подступившей к горлу.
Курт возвращался домой после того, как Ларс Педерсен уютно устроился в своей камере, и ему подтвердили, что для отправки его задницы в Колорадо на следующий день все готово.
Он посмотрел на телефон и увидел, что там высвечивается «Звонит Кэди».
Покалывание в затылке вернулось.
Он не ответил на звонок.
На следующий день Курт сидел за своим столом, разбираясь с бумагами Ларса Педерсена, когда просигналил сотовый.
Он посмотрел на него.
Сообщение от Кэди.
«Мы можем поговорить?»
Он оставил все как есть и ответил только через несколько часов.
«Занят. Извини. Много дел».
Она ответила: «ОК. Поняла. Может, позже. Надеюсь, ты в порядке».
Курт не ответил на сообщение.
Спустя два дня после этого Курт после работы направлялся к пикапу, и на его телефон пришло сообщение.
Он вытащил телефон и посмотрел.
Оно было от Кэди.
«У тебя есть время выпить?»
Он подождал, пока не подъехал к дому Ким, прежде чем ответить.
«С сегодняшнего вечера Джейни у меня».
Он выключил звонок и выбрался из пикапа.
— Папочка!
Курт присел на корточки и улыбнулся, когда Джейни подбежала к нему. Он поднял ее на руки и после того, как она сильно поцеловала его в челюсть, улыбнулся ей.
— Привет, кексик.
— Привет, папочка. Я готова! — воскликнула она.
— Хорошо. — Его взгляд скользнул к Ким, потом снова к своей девочке. — Но не могла бы ты оказать мне большую услугу? Мне нужно срочно поговорить с мамой. Можешь сбегать к себе в комнату и немного порисовать? Мы позовем тебя, когда закончим. Ладно?
Она посмотрела на него, на маму, снова на него и кивнула.
Он опустил ее на пол и сказал:
— Иди, детка. Но когда будешь возвращаться, убедитесь, что Шнуки с тобой.
— Обязательно! — сказала она, одарила его улыбкой, говорящей «я-совсем-не-волнуюсь», направила ее же матери, а затем выбежала из комнаты.
Курт посмотрел на Ким, та выглядела испуганной.
— Тот парень, которого ты поймал, там все в порядке? — спросила она.
— Там все в порядке, Ким. Нам нужно поговорить.
Она побледнела.
Из-за него.
Возможно, она и заслужила это, но это не значит, что он должен был продолжать так на нее действовать.
— У тебя есть время? — спросил он.
— Я... ну, — она заметно сглотнула, — конечно.
Он отошел от двери и приблизился к ней, но не слишком близко.
— Хотел поблагодарить тебя за то, что держала себя в руках, пока все это дело с Педерсеном близилось к завершению. Ты не испугалась. Не напугала Джейни. Знаю, ты волновалась и боялась, но держала себя в руках и не давала мне повода для беспокойства, и ты должна знать, что я ценю это.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она смотрела на него так, словно видела впервые.
— Это было круто с твоей стороны, Ким. И говорит о многом. О тебе, о том, как ты воспринимаешь, что отец твоего ребенка — шериф, и о том, какая ты хорошая мама.
— Я, эм... вау, Курт, — прошептала она. — Спасибо.
— Не надо благодарить меня за свою собранность.
— Ладно, хорошо, — пробормотала она, больше не выглядя бледной, но все еще выглядя испуганной, а теперь еще и смущенной.
— Нам нужно поговорить еще кое о чем.
Она переступила с места на место, и, поняв, что делает, остановилась и медленно ответила:
— Ладно.
Он бросился вперед.
— Не так давно ты пыталась быть со мной дружелюбной, а я плюнул тебе в лицо. Это было совершенно не круто. Что бы ни случилось, даже если это было неправильно, в результате у нас появилась Джейни. Я много о чем думал, и пришел к выводу: что сделано, то сделано. Я должен оставить это позади и быть хорошим отцом. А быть хорошим отцом — значит ладить с мамой моего ребенка.
— Ясно, — прошептала она, не сводя с него широко раскрытых глаз.
— В общем, скоро День Благодарения, и мы с Джейни уже все это обсудили. Но, думаю, поскольку я забираю ее утром, а ты забираешь ее к своей семье днем, вместо этого тебе следует пойти с нами утром. Я приготовлю завтрак. Мы съедим его вместе и посмотрим парад. Я спрошу, но я уверен, они будут не против, но после этого, поскольку я буду праздновать День благодарения с ними, мы все пойдем к Джейку и Джози и посмотрим там футбол. А когда придет время, ты сможешь отвезти ее к своей маме.
— Я... я... было бы здорово, Курт, — быстро согласилась она.
— Если мы так сделаем, то нужно, чтобы Джейни не запуталась, — предупредил он. — Мама с папой не сходятся вместе. Мама с папой просто ладят друг с другом и будут для нее мамой и папой во все времена, важные и не очень. Так что мы будем порознь, но оставаясь с ней вместе, особенно в важные моменты.
Он пристально наблюдал за ней, и хотя ее лицо вытянулось, когда он сказал, что они больше не будут вместе, она быстро скрыла это и слегка расправила плечи, показывая, что держит себя в руках.
— Для Джейни так было бы хорошо, — заявила она.
— Так и будет. Мы можем сделать то же самое на Рождество. Ты проведешь с ней время утром, я — после обеда. Утром я приду распаковать подарки и позавтракать, а потом оставлю вас. После обеда ты можешь привести ее ко мне.
— Можешь остаться в канун Рождества, — быстро сказала она. — Поспишь на диване. — Она понизила голос. — Ты же знаешь, Джейни встает рано, и было бы здорово, если бы ты помог мне изобразить Санту.
На диване или нет, но это может создать у Джейни неверное впечатление. Она была слишком мала, чтобы понять это, мужчина и женщина никогда не делали этого при ней, но достаточно взрослая, чтобы сложить два и два. Она подумает, что мама и папа снова вместе, и может неправильно это воспринять.
Но все равно было бы чертовски здорово оказаться здесь рождественским утром, когда проснется его малышка. С тех пор, как она начала понимать, что такое Рождество, это были лучшие несколько часов в году, и было хреново пропускать хотя бы один из них.
— Я подумаю об этом, — ответил он.
Она, казалось, собиралась двинуться к нему, но остановилась и сказала:
— Мне кажется, это хорошо, Курт. Действительно хорошо. И я думаю, что все получится.
— Думаю, мы должны это сделать, Ким, но я также думаю, что ты права. Мы можем это сделать. Ради Джейни. Если в жизни наступят перемены и у тебя появится мужчина, мы обсудим, как нам нужно будет все изменить. Но, по крайней мере, сейчас у нее будем мы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она кивнула и сказала:
— Так же будет, если у тебя появится, ну, понимаешь... женщина.
— Верно, — буркнул он.
Она неуверенно ему улыбнулась.
— Хорошо... я... ладно, Курт. Я действительно думаю, что это будет потрясающе, и я правда рада, что ты обо всем подумал, потому что я считаю, это сделает Джейни очень счастливой.
— Такова цель.
Она продолжала улыбаться.
Он попытался, и это сработало, поэтому он улыбнулся в ответ.
Она втянула в себя воздух, на секунду показалось, что она вот-вот заплачет, потом она посмотрела на дверь, шмыгнула и снова поймала его взгляд.
