около метра. В мутной жидкости беззвучно плавало распухшее и почерневшее тело – лицом вниз, с раскинутыми руками и ногами.
Он присел на край ванны и несколько минут с интересом рассматривал его, затем взял из угла железный крюк, подцепил им шею и потянул на себя.
Тело, пропитанное раствором формалина, казалось необычайно тяжелым, и с большим трудом получилось перекинуть его через бортик. Казалось, это усилило в нем гнев, и, пыхтя, он пнул тело. От удара голова дернулась в сторону, и мокрые волосы подняли брызги.
Он прислонился к стене, чтобы перевести дух, затем подошел к кровати, взял одну из цепей, висевших на спинке, и вернулся к телу.
Раствор с трупа тек по полу, тускло поблескивая на свету. На теле виднелись крупные раны, а в некоторых местах даже проглядывали желтовато-белые кости.
Он выпрямился, его глаза сверкнули, а лицо исказилось от возбуждения.
«Бах!»
Тяжелая цепь ударила по спине трупа с такой силой, что на вздувшейся коже сразу же образовалась дыра, но вместо крови показалась лишь белая мышечная ткань.
Повреждение на теле, казалось, возбудило его еще больше, и цепь в руке с каждым ударом стала хлестать все сильнее.
Бескровное тело неподвижно лежало на полу, содрогаясь от ударов. Резкий запах вновь распространился и, сопровождаемый глухими звуками ударов, закружил по тайной комнате.
* * *
Рано утром Ми Нань позвонила Фан Му и попросила приехать в отделение. Тот в спешке прибыл, однако неожиданно встретил перед лабораторией Ян Сюэу. Коллега, немного смущенный его появлением, торопливо спрятал правую руку за спину. В ней был завтрак из «Кей-эф-си».
Фан Му отвел взгляд и постучал в дверь, небрежно спросив:
– Не успел позавтракать?
– Купил для Ми Нань, – откровенно признался Ян Сюэу. – Она работала всю ночь, не знал?
Договорив, он толкнул дверь и решительно вошел внутрь.
Ми Нань ничуть не удивилась их совместному появлению. Она взяла завтрак из рук Ян Сюэу и жестом указала Фан Му на несколько документов на столе, давая понять, чтобы тот посмотрел.
На листах были беспорядочные рисунки с цифрами и размерами. Внимательно рассмотрев их, Фан Му обнаружил, что некоторые напоминают неполный след, обнаруженный на месте убийства в жилом комплексе «Фуминь». Однако узор в виде иероглифа «большой» без выступа над горизонтальной чертой был гораздо меньше и сильно искажен.
Несколько разочарованный, он спросил:
– Что это дает?
Ми Нань быстро запихнула в рот остатки бургера и, едва начав говорить, подавилась и принялась стучать себя по груди. Ян Сюэу торопливо протянул ей соевое молоко и недовольно обратился к Фан Му:
– Она работала всю ночь. Будь повежливее, ладно?
Фан Му тоже почувствовал, что немного перегнул палку. Глядя на то, как Ян Сюэу стучит Ми Нань по спине, он ощутил печаль в сердце. Пару раз тоже хотел подойти и помочь, но сдержался.
Ми Нань, однако, почувствовала себя неловко и, после нескольких постукиваний, уклонилась. Когда ее дыхание немного восстановилось, она вкратце описала ситуацию.
С двух передних колес микроавтобуса Ми Нань извлекла кусочки земли, а после очистки и распознания обнаружила несколько иероглифов «большой». Эти кусочки были вкраплены в продольные и поперечные рисунки протектора, и после смятия и раздавливания узор в виде иероглифа «большой» деформировался; имелся только один кусок, прилипший к боковой поверхности колеса, с относительно четким узором.
Такая работа по очистке и распознаванию, безусловно, потребовала много времени и усилий, а также значительного терпения и аккуратности. Размышляя об этом, Фан Му все больше понимал, что был несправедлив. Поэтому, максимально расслабив мышцы лица, он кивнул Ми Нань и произнес:
– Большое тебе спасибо за помощь.
– Я знаю, ты думаешь о том, что эти следы даже не являются частичными отпечатками ног и их нельзя использовать в качестве улик… Я и сама не надеялась найти что-то существенное, – слегка улыбнувшись, проговорила Ми Нань.
– Тогда зачем проделала столько работы? – непонимающе спросил Фан Му.
Улыбка исчезла с ее лица, и девушка с серьезным видом ответила:
– Чтобы подтвердить свое предположение.
– Что? Выкладывай! – одновременно заинтересовались Фан Му и Ян Сюэу.
– Думаю, на местах преступлений был еще один человек.
* * *
По мнению Ми Нань, предыдущие полицейские заключения были основаны на идее, что убийца совершал преступления в одиночку. В то же время на местах преступлений практически не было следов, что говорит о том, что убийца – крайне осторожный и осмотрительный человек с ясным мышлением и хорошими навыками противодействия расследованию. Однако частичный след, обнаруженный на месте происшествия в средней школе Д., вызвал подозрение, что убийца в момент совершения преступления был обут в пару кед, напоминающих (возможно, имитирующих) марку «Конверс». И это не похоже на его характер. Предположим, в первый раз он допустил промах, однако на местах следующих убийств также были обнаружены следы с похожим рисунком подошвы. Учитывая его постоянно совершенствующиеся криминальные навыки, маловероятно, что он оставил бы следы снова. Разве это не наталкивает на мысль: действительно ли на местах преступлений был только один человек?
– Ты думаешь… – Ян Сюэу на мгновение задумался и продолжил: – Два человека действовали сообща?
– Нет, – Ми Нань покачала головой. – Будь ты на его месте, выбрал бы такого небрежного сообщника?
– Тогда странно… – Ян Сюэу развел руками. – Два человека поочередно оказались на местах преступлений и не знают друг друга… Как думаешь, такое возможно?
Ми Нань слегка покраснела и, опустив глаза, сказала:
– Я тоже не могу этого объяснить, поэтому это всего лишь моя догадка. Впрочем, я не думаю, что человек, писавший на фарах, был убийцей.
– Почему? – одновременно спросили Фан Му и Ян Сюэу.
– Микроавтобус завели ключом У Чжаогуана, что позволяет предположить, что убийца сначала проник в дом и обездвижил жертву, а затем забрал ключ. Маловероятно, что он возвращался несколько раз, потому что это увеличило бы риск быть замеченным. Поэтому он, должно быть, спустился вниз после поджога и припарковал микроавтобус на пожарной полосе. В то время огонь уже полыхал, и он должен был уйти как можно скорее. Если ему было необходимо оставить эти символы, почему он просто не написал их в салоне, вместо того чтобы выходить из машины и писать на фарах? Кроме того, мы подозреваем, что убийца был в бахилах, и поэтому следов в салоне нет, но на земле перед машиной они были… Думаете, он снял бахилы, вышел из машины и написал все это?
Ян Сюэу энергично закивал. Фан Му тоже считал, что анализ Ми Нань не лишен смысла, но вывод был слишком невероятным. Два человека поочередно прибыли на
