— Возможно, что ее может привлечь военный, — продолжал я, стараясь тщательно формулировать свои мысли, — но поскольку война — это ряд кратких боев, перемежающихся периодами затишья неопределенной длительности, я полагаю, что предсказать ее появление в пылу боя невозможно, просто потому что невозможно предугадать время и место самого боя. Я также допускаю, что тот же подход верен в отношении служащих правоохранительных органов, и любых других, занятых наведением общественного порядка.
— Согласен.
— Таким образом, хотя она и в самом деле может в следующий раз появиться в компании военного, полицейского или охотника за беглецами, мы должны искать в другой области, если хотим получить реальный шанс определить, где она в конце концов появится.
Я опять подождал, не скажет ли компьютер, в чем я ошибаюсь, но он хранил молчание.
— Поэтому я предлагаю искать человека, который не служит в армии и не занят наведением общественного порядка, но тем не менее занят такой работой, что регулярно подвергает свою жизнь опасности.
— Противоречие. Это исключает всех, кто подвергает свою жизнь опасности не по долгу службы, а по иным причинам.
— Очень интересная идея, — сказал я. — Действительно, человек, глядящий в лицо смерти, не надеясь на финансовое вознаграждение, вполне может быть более привлекателен для Черной Леди, чем, скажем, циркач-сорвиголова. Вы согласны?
— У меня нет своей точки зрения. Черная Леди — ваше гипотетическое создание.
— Тогда давайте примем, как данное, что она может счесть такого человека более привлекательным.
Я помолчал.
— Рассмотрим далее, какие категории относятся к этой группе:
Альпинисты, спортсмены-любители, занимающиеся военными искусствами… — я удрученно вздохнул, представив дюжины подобных увлечений и хобби. — Список бесконечен.
— Оба примера, приведенных вами — профессии, — заметил компьютер. — Согласно вашему определению, необходимо также включить ментально и эмоционально неустойчивые личности с навязчивой идеей смерти.
— Нет, — возразил я. — Такие люди не по собственной воле создают себе опасные для жизни ситуации. Они психологически вынуждены так поступать.
— Разве не все, кто добровольно создает себе опасные для жизни ситуации, поступают так по психологическому побуждению? — спросил компьютер.
— Возможно, — признал я. — Однако где-то надо подвести черту. Я предлагаю рассматривать лишь тех, кто клинически здоров.
— Принято, — сказал компьютер. — Есть ли у вас причина для выбора этого критерия?
— Я не верю, чтобы Черную Леди, существо в здравом уме, мог привлечь сумасшедший.
Компьютер не возражал, и я с растущим волнением осознал, что сделал еще один шаг, пусть незначительный, к определению человека, которого ищу.
— Итак, мы значительно сузили сферу поиска до психически здоровых людей, которые добровольно рискуют жизнью, не думая о вознаграждении, — продолжал я. — Далее для таких людей, которых могут быть сотни миллионов, возможна большая или меньшая степень риска. В конце концов, отец, входящий в комнату ребенка с заразным заболеванием, добровольно рискует жизнью, не думая о материальном вознаграждении, но сам поступок менее рискован, чем охота с примитивным оружием на опасных зверей из любви к спорту и сильным ощущениям. Вы способны уловить разницу?
— Для этого требуется большее количество данных, чем могут предоставить все доступные мне источники.
— Включая Центральное бюро Переписи на Делуросе VIII? — спросил я.
— Совершенно верно.
— Хорошо, — сказал я. — Вы помните, как я однажды спросил у вас, что общего у разных художников, изображавших объект, известный, как Черная Леди?
— У них не было ничего общего, — сказал компьютер.
— Но у них есть общий личностный профиль, не так ли?
— Да, — отозвался компьютер. — Это очень широкий профиль, но он существует.
— Тогда исключим всех людей, которые не попадают в данный профиль.
— Принято.
— Далее, исключим всех, кто употребляет наркотики. Они почти наверняка рискуют жизнью каждый раз, предаваясь наркомании, но неспособны осознать риск, которому подвергаются, или, по крайней мере, не считают этот риск опасным для жизни.
— Принято.
Оставались еще десятки миллионов возможных кандидатов… но начинал я с миллиардов. Сделан еще один шаг.
— Далее, — продолжал я. — Черная Леди, насколько мне известно, ни разу не являлась ребенку, так что примем произвольное ограничение возраста, минимум 16 лет.
— Принято.
— И человек должен вести активную жизнь.
— Мне неясно последнее замечание, — сказал компьютер. — Он должен быть физически дееспособным, или активно искать смертельную опасность?
— Какая разница?
— Человек в инвалидной коляске может рискнуть своей жизнью, равно как и здоровый человек может решить больше не рисковать.
— Он должен регулярно ставить себя в опасные для жизни ситуации, — ответил я.
— Принято.
— Он может быть некрасив и непривлекателен физически, — добавил я, — потому что многие из мужчин, знавших ее, не могли считаться привлекательными ни по одному из известных стандартов.
— Принято.
— Она не принимает материальные формы для тех, кто рискует жизнью всего раз или два, так что давайте примем далее, что искомый человек подвергал свою жизнь опасности в течение значительного периода времени.
— Значительный период времени — слишком неточное определение, — произнес компьютер.
Я попытался представить, как долго мог пробыть вне закона Малыш, один из самых молодых ее сожителей.
— Скажем, минимум пять лет, — предложил я, надеясь, что не преувеличиваю срок его преступной деятельности.
— Принято.
Я попытался придумать еще какие-нибудь ограничивающие критерии, но в голову ничего не приходило, и в итоге я просто спросил:
— Сколько человек обладают требуемыми характеристиками, на основании предложенных мною данных?
— Для ответа на ваш вопрос я должен связаться с Бюро переписи на Делуросе VIII.
— Будьте любезны, свяжитесь.
— Доступ к данным за пределами планеты требует оплаты. На чье имя предъявить счет?
Вопрос был сложным. Конечно, я не мог отослать счет ни Клейборну, ни Аберкромби, потому что это их никак не касалось. С другой стороны, сам я не мог заплатить, потому что весь мой заработок переводился в Дом Крстхъонн.
— Пожалуйста, предъявите счет Рубену Венциа, — ответил я, немного подумав.
— Нет разрешения на предъявление счета. Будьте добры подождать, пока я свяжусь с его личным компьютером.
После минутного молчания:
— Рубен Венциа согласен оплатить все расходы. Связываюсь с Делуросом VIII. Предполагаю, что смогу закончить поиск за 30—40 минут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
