Читаем без скачивания ПВО для НЛО - Владимир Мясоедов

– Воздушная тревога! – раздался голос из динамиков. Судя по интонации, тот, у кого в руках имелся микрофон, был изрядно перепуган. – К нам приближаются шесть тарелок и три десятка «стрекоз».

– Нас нашли! – закричал кто-то из приехавших с Синицыным гражданских. Должно быть, перед нами сидели представители администрации подконтрольных ему городов.

– Тихо! – рявкнул в ответ генерал-майор. – Если бы пришельцы знали, кто здесь собрался, они бы пригнали как минимум «шершень»! Ударный крейсер перемешает тут все с землей, даже не выходя из стратосферы! Такой отряд либо направляется не к нам, либо считает это место обычным опорным пунктом нашего сопротивления! А это не так!

– Особенно после того, как мы раздобыли плазменные орудия, – кровожадненько улыбнулся Евгений. – Они могут быстро сбить силовой щит. А дальше по корпусу, предназначенному для противостояния энергетическому оружию, а не стальным болванкам, отработает стандартная артиллерия. Стас! Хватай своего братца-акробатца и мухой дуй наверх! Возьмете из лаборатории ручную гаубицу «кракена», к которой мы попытались самопальные охладители прицепить. Заодно и испытаете. А я пока займусь тем, что подготовлю материалы к эвакуации. На всякий случай.

«Да щас!» – мысленно ответил ему я, уже стуча подошвами в нужном направлении. Не доверяю я этому народному творчеству, обязанному привести к нормальной температуре плазмонагнетающую камеру трофейной бандуры. Отстреляем из нее первую обойму, а дальше бросим. Ну, просто чтобы не взорваться невзначай.

До того как подошли вражеские корабли, персонал базы уже успел значительно рассредоточиться по территории. А большинство мирных жителей нашего прикрытия уже и вовсе добрались чуть ли не до соседней деревни. Вот что ковровые бомбардировки с людьми делают! Такая резвость в них просыпается – куда там любым спортивным упражнениям! Кстати, а как засекли идущих к нам врагов-то? Радары они вроде уничтожают, несмотря на дефицит боеприпасов. Неужели наблюдатели, сидящие от нас километрах в двадцати-тридцати, смогли так просчитать их курс?

Мы с кузеном вдвоем кое-как вытащили наружу плазменное оружие «кракена». Оно сильно напоминало громадную чугунную трубу, к середине которой кто-то снизу прицепил баллон с газом, а сверху оптический прицел. Последний, правда, был целиком земным приспособлением. Оригинальную инопланетную конструкцию пришлось удалить. Способов взаимодействия с ее компьютерами ученым пока подобрать не удалось. Зато оставили прежним курок. Им являлась слегка выпуклая пластина нажимного действия на правом боку приклада оружия. Остановились мы у одного из декоративных шалашиков. В нем все еще исходила ароматным дымом забытая кем-то миска с гречневой кашей.

– Финиш! – заявил Святослав, устало опускаясь на пластиковый стул. – Дальше мы эту дуру не попрем.

– Почему это? – Занятая позиция мне не особо нравилась. Навес из веток и досок, а также стены из того же материала могли бы задержать максимум выпущенный из рогатки камешек.

– Во-первых, мы далеко от стоянки взрывоопасного автотранспорта. Но все еще остаемся в зоне, которую прикрывают расставленные по периметру пулеметные точки, – пояснил кузен, переводя дух. – А во-вторых, в соседнюю халупу поспешил спрятаться человек с ПЗРК. Постучи ему в стенку, кстати. Если у нас получится скоординировать с ним свой удар, то как минимум «стрекозу» завалим с первого попадания. А может, даже и кому покрупнее корпус попортим.

– Ракеты только для тарелки, – высунулся из недр другого шалаша военный. – С легкой авиацией противника другими средствами разбираться будем.

– Ладно, – пожал плечами я, не считая нужным спорить. «Стрекоз» действительно ссадить с неба не так уж и сложно. Ну, если верить сводкам с места боевых действий. Главное, поймать их на стрельбе во время движения, чтобы щит почти не работал. – Вам видней. Кстати, по-моему, я уже вижу вражескую авиацию.

– Епт! – только и сказал зенитчик, проследив за моим взглядом. В бредущую по дороге семью беженцев, припозднившихся с эвакуацией, ударили лазерные лучи движущегося впереди всех корабля. Людей, непонятно зачем вышедших на очень открытое место, просто испепелило. – Все-таки к нам явились, паразиты! Не просто мимо пролетали! Вы это… крайнюю левую тарелку берите, я в нее же целюсь.

– Наводи на цель! – скомандовал Святослав, берясь за спусковую кнопку орудия и заглядывая в оптический прицел. – Сейчас, когда будет команда открыть огонь, надо как следует встретить этих инопланетных идиотов.

– В следующий раз лафетом будешь сам, – пригрозил ему я, закидывая тяжеленный ствол плазменного излучателя на плечо. – Куда?

– Левее. Ниже. Стоп! – командовал кузен, наводя излучатель на цель. – Все, я готов. Веду крайнюю левую тарелку. Как у нас обстоят дела с ПЗРК?

– Готов. – Военный уже изготовился к тому, чтобы выстрелить самонаводящейся на цель ракетой. – Пулеметы уже ведь стреляют?

– Да. – Я прислушался к стрекоту наших зенитных орудий. На силовых щитах вокруг кораблей пришельцев расцветали вспышки. Но враги тем не менее нагло перли вперед. Не привыкли их пилоты, что с земли можно получить по-настоящему сильный удар. Хорошо бы сделать так, чтобы никто из них не ушел, а то вдруг переучатся? Тарелки шли клином, «стрекозы» кучковались сразу за ними. Видимо, более мелкие и уязвимые аппараты готовились отлавливать убегающих, когда более тяжелые НЛО прорвут оборону.

Идущие напролом захватчики практически не стреляли. Видимо, берегли боеприпасы. Подстреленная семья беженцев – это скорее демонстрация намерений и силы, чем целенаправленное действие. Впрочем, может быть, они просто намеревались подойти поближе и осмотреть территорию базы. Как установил Евгений Борисович, сперший из захваченной тарелки ее орудие вместе с прицелом и креслом наводчика, меткость данного оружия не слишком высока. Предназначено оно скорее для космоса. В условиях атмосферы ионизированный воздух, прокладывающий дорогу разряду энергии, слишком стремительно рассеивался. И уводил выстрел на мало-мальски дальней дистанции черт знает куда. Интересно, кстати, где сейчас эта игрушка? Калибр-то у нее будет посолиднее, чем у ручных плазменных пушек.

– Три, – проскрипела рация на моей груди, настроенная на общий канал связи. Ух ты! А я про нее уже совсем забыл. – Два. Один. Огонь по готовности! Помните, твари особо уязвимы тогда, когда атакуют сами, и еще несколько секунд после того!

Немедленно из открывшегося метрах в ста от нас окопчика, замаскированного камуфляжной тканью, стартовало сразу штук двадцать ракет. Видимо, там пряталось нечто вроде батареи залпового огня с дистанционным управлением. Фальшивой, поскольку снаряды летели не прицельно и взрывались цветными облачками фейерверков. Но пилоты врага, видя, что их обстреливают целыми тучами боеприпасов, занервничали. И четверо из шести саданули своими лазерами в место запуска. В том числе и та, которую выбрали своей целью кузен и находящийся рядом с нами ракетчик.

Труба на моем плече едва заметно дрогнула. Не от отдачи, от всасываемого воздуха, из кислорода которого и будет формироваться новый плазменный заряд. Старый-то устремился к вражескому кораблю и ударился в пленку силового поля. Мгновенно возникший барьер отразил клубок пламени. И три или четыре лазерных луча. Даже остановил ракету, которой в него засандалили из ближайшего шалаша. Но после сказали свое веское слово тяжелые пулеметы. Очереди выбивали из хрупкого корпуса пыль, прошивая его, словно бумагу. О том, что они творили внутри, оставалось только догадываться. Вероятно, личные скафандры инопланетян им успешно сопротивлялись. Но не приборы летательного аппарата, лишенного хоть какой-то брони. Тарелка как летела, так и рухнула, разломившись при ударе о землю на несколько кусков. Грузовик, пусть даже высокотехнологичный и с приваренной пушкой, это вам не танк. Испортить его легче легкого.

– Один есть, – сообщил мне кузен так, будто я мог не заметить данного факта. – Наводи на ближнего, который на посадку идет.

Из шести крупных НЛО осталось четыре. И все они стремительно снижались, попав под обстрел обычного лазерного и плазменного вооружения. Сложно сказать, каким чудом на них еще держались силовые щиты, однако большие корабли врага еще не были подбиты. Вперед кинулся рой «стрекоз», накрывающих лазерным огнем наши позиции. Но большинство зенитных средств все равно упорно долбили снарядами по тарелкам. Не уничтожим их сейчас слитным огнем, потом уж точно не сумеем ничего сделать с этой летающей дрянью.

Второй выстрел из плазменного орудия пропал зря. Выбранное нами в качестве цели транспортное средство внезапно резко ускорило свое снижение, затормозив уже почти у самой земли. Как результат – оно исчезло из виду и избежало обрушенного на него огня. Что самое обидное – этот же маневр синхронно повторили три остальные тарелки. Первый успех, объяснявшийся неожиданностью серьезного отпора, стал и последним. А нам уже некогда было выискивать, куда же запропастились проклятые корабли. Рой «стрекоз» достиг своей цели. Широким фронтом они пронеслись к базе, ведя лазерный огонь. В ответ помчался залп, состоящий на три четверти из обманок. Кто-то неслабо распотрошил магазин фейерверков, и теперь компьютеры врага должны были сходить с ума от обилия ложных целей. Несли потери и они, и мы. Синие лучи оставляли от защитников в лучшем случае пепел. Все мало-мальски крупные объекты, такие, как транспорт или пулеметные гнезда, накрыло парой-тройкой попаданий. Иногда они были сокрушительными, убивая людей и ломая орудия. Иногда не очень, оставляя своих жертв живыми и способными сопротивляться. Увы, мазали враги не так часто, как хотелось бы. Фальшивый поселок беженцев заполыхал со всех сторон.