- Так, погодите! – Владу не терпелось больше всех, поэтому он сделал шаг вперед, подойдя к врачу поближе. – Давайте, как просил Макс, для тупых. То есть кто-то под действием гипноза стер Алене память, я вас правильно понимаю? – парень замолчал, не отводя пристального взгляда от врача.
- Регулярные внушения, гипноз, комплекс сильно действующих препаратов, - врач кивал после каждого слова, а Влад все больше и больше офигевал. – И результат налицо, как видите.
- Я не верю, - замотал парень головой из стороны в сторону. – Забыть обо всем? Не помнить, кто твои родители, друзья. Но зачем?
- Видимо, цель какую-то эти умники все же преследовали, - психиатр пожал плечами. – Это вы у них спросите, я лишь могу констатировать факт, что девочку заставили забыть свое прошлое. Я с ней беседовал, у нее полный провал в воспоминаниях приблизительно на год, может, чуть больше. Видимо, этого хватило, чтобы она ничего не помнила. Точнее, помнила только то, что хотят они.
Голова у мужчин шла кругом, так как поверить в подобное сложно. Практически невозможно. Если бы собственными глазами не видели, как Снежана в Германа стреляла.
После того как Андрей ей отдал приказ.
Вот же урод!
- Непонятно только одно, - Герман влез, все это время просто наблюдая за Снежаной. Ее плачевное состояние не давало ему покоя, поэтому мужчина не сводил с девушки пристального взгляда. – Как она могла добровольно на это согласиться?
И три пары мужских глаз, за исключением психиатра, уставились на девушку…
- Я не помню, - девчонка замотала головой из стороны в сторону. – Хоть убейте меня, но я не знаю!
- Вы, главное, не нервничайте, - врач дотронулся до руки Снежаны, но она резко ее одернула. Как будто обожглась.
Маленькая, запуганная, беззащитная – кто бы знал, как рвало в тот момент Германа изнутри. А еще сильнее хотелось избить Андрея до полусмерти. Чтобы кровью своей захлебнулся.
А после отдать на растерзание шакалам…
- Меня все считают сумасшедшей, - Снежана по очереди смотрела на братьев, но те в ответ молчали. Взгляды не отводили, но и слов нужных пока подобрать не могли.
- Ты нахрена на это согласилась? – влез младший, но Герман тут же шикнул:
- Влад!
- Ладно, я больше не буду, - парень поднял руки вверх, вроде как “сдаюсь”, и тут же отступил назад.
Поближе к братьям. И подальше от психиатра. А то не ровен час еще и его психом считать начнут за несдержанность.
Но как же его бесила в данный момент вся эта непонятная ситуация!
- Вряд ли она согласилась добровольно, - доктор все же вернулся к вопросу Германа. – В подобных ситуациях играют на чувствах людей. Ну, например, - психиатр запнулся, прикусил нижнюю губу, подумал и снова выдал: - В программу набирали тех, у кого было обостренное чувство справедливости. Или тех, кто разочаровался в жизни и готов был умереть за свою родину.
- Патриоты, блин! – фыркнул Влад, но под грозным взглядом Германа снова поник. – Ну она ж вроде в жизни не разочаровывалась, тогда как попалась?
- Снежана, - врач снова повернулся к девушке. – Вспомните, что последнее вам говорил Андрей в больнице.
- Что мой ребенок погиб, - спокойно произнесла девчонка. – И что Герман убил моего отца. Я его ненавидела…
- Отец? – Макс округлил глаза, поворачиваясь лицом к старшему брату.
- Ребенок? – Влад повторил за ним.
- Ну вот, - влез доктор, пока Герман стоял молча, не обращая внимания на реплики братьев. – Сыграли на ненависти. Поверьте, если каждый день внушать, что она его ненавидит, то рано или поздно они добьются своего результата.
В комнате повисла тишина, которая напрягала. Теперь хоть более-менее понятно, что с девчонкой сделал этот недоумок хирург. Вряд ли один, скорее всего, кто-то помогал.
Непонятным оставался один факт…
- Ну и нафига ему это надо было? – вопрос, который терзал всех, озвучил Влад.
- Бабло! – Герман наконец-то ожил. – Он хотел на ней жениться, - кивнул в сторону девушки, - чтобы присвоить бабки ее папаши.
- Врешь! – прошептала Снежана, закрывая глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- И на сделку с Вольским пошел, чтобы опять бабла хапнуть, - продолжал Герман, игнорируя выпад Снежаны.
Она даже не представляла, как ее слова больно ранили Полонского-старшего. Как будто ножом полоснули по сердцу, разрезая его на две части.
- Там должно быть много… - начала было Влад, но старший брат его перебил:
- Вот и спроси, - посмотрел на младшего, а после и на Влада. - Даю зеленый свет на Вольского.
- Ну наконец-то! - прорычал Макс и направился к двери, на ходу закатывая рукава. – А то я уж не надеялся…
Снежана широко раскрыла глаза и уставилась на Германа. В голове полный сумбур, но намек она поняла отчетливо. Убить Вольского! Наверное, еще и Андрею достанется!
Только девушка также поняла, что все это из-за нее.
И дальше с этим жить она просто не сможет…
- Заканчивайте, доктор, мы подождем внизу, - бросил Герман напоследок и тоже направился к выходу, слыша, как Влад движется следом.
На сегодня достаточно эмоций – в глазах Снежаны сейчас Герман увидел ненависть. Самую настоящую. И дальше сдерживать себя уже не сможет.
- Твою мать! – ударил кулаком в стену, когда зашел в кабинет. – Да какого ж хера! – кулак то и дело соприкасался с каменной поверхностью, оставляя кровавые следы на светлых обоях. – Как же я их всех ненавижу!
- Гера, тормози! – Влад влез между стеной и братом, упираясь тому ладонями в грудь. – Хватит!
- Зачем ты его сюда притащил? Зачем? – орал в лицо Владу, хватая его за плечи. – Что ты пытался доказать и кому, а?
- Извини, - парень печально вздохнул, вызывая у старшего брата протяжный стон.
- Это ты извини, - Герман обнял Влада и похлопал того по спине. – Что-то я погорячился.
- Я думал, что хотят подставить тебя…
- Правильно думал, - кивнул Герман и отошел к окну. – Все хотят срубить бабла по-легкому, - выдал, тяжело вздыхая. – Схемы придумывают, киллеров нанимают.
- Хирург…
- Давай с ним завтра разберемся, - Герман повернул голову в сторону младшего брата. – На сегодня уже достаточно впечатлений, - запнулся, глядя Владу прямо в лицо. – Присмотри за ней, а я хочу остаться один.
И снова отвернулся к окну. Слышал шаги парня, затем скрип закрывающейся двери, а после и биение своего сердца, отдающегося в висках. Настал переломный момент для Германа – или отпустить, или все же побороться за свое призрачное счастье.
“Мой ребенок погиб…”
“Герман убил моего отца…”
“Я его ненавидела…”
Полуправда-полуложь вместе с ритмом сердца била по оголенным нервам. Слишком резко и слишком больно, чтобы ее игнорировать.
Снежана не простит. И не поймет. Даже слушать не станет его оправданья, так как все уже решила за них двоих. Ее глаза громко кричали:
“Убийца!”
И вряд ли девчонка поверит, что никого Герман не убивал… Кроме собственного ребенка, но с этим уже он живет четыре года. Даже врагу не пожелает испытать ту боль и отчаяние, которое выпало на долю Германа.
Он готов измениться. Ради нее. Исправить все то, что тогда натворил.
Только вот захочет ли она снова рискнуть? И забыть о прошлом…
Глава 66
*******
Андрей сидел на бетонном полу в каком-то темном подвале, привалившись спиной к стене. Рука пристегнута наручниками к трубе, глаза у мужчины закрыты, и куча свободного времени, пока никто не пришел. Можно подумать, собраться с мыслями, только вот ни черта не получалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В каком месте он прокололся? Как безупречный, по мнению Андрея, план, продуманный до мелочей, провалился? Ведь он попался. Как нашкодивший мальчишка. И теперь Полонский спросит по полной программе.
“Придется отвечать!” – вспомнил он последние слова Германа, прежде чем тот унес на руках бесчувственную Снежану на второй этаж, а Беседина приказал запереть в подвале.
