так же тихо и медленно говорила Сильвия.
– Я с семи лет сидел у тебя на шеи, пора и самому хоть что-то сделать, – твёрдо решил Севастьян. – Охота это всё, что у меня получается, и закончим на этом.
– Знаешь же ведь, что в трактире нет секретов? – серьёзно заговорила Сильвия, убрав голову с плеча Севастьяна. – Многие твои согильдийцы отдыхают здесь и все как один говорят, что лес стал слишком опасен. Бывалые или нет, всё больше охотников бесследно пропадают… я не хочу, чтобы ты к ним присоединился.
– Вот значит, как ты в меня веришь. Так или иначе, я справлюсь, другого выхода нет, – всё ещё сдерживался молодой охотник.
– Выход есть всегда, ты просто не хочешь его видеть. Я в тебя верила и буду верить, но сейчас не самое лучшее время идти в лес. Я лично вчера слышала, как охотники из твоей гильдии сказали, что лучше уж сразу умрут, чем снова пойдут на задание в чёрный лес.
– Это обычные трусы, – злобно произнёс Севастьян и встал с кровати. – Я тренировался не для того, чтобы в последний момент сбежать.
– Пожалуйста, Севастьян, хоть раз послушай меня.
– Мне уже пора, извини, – словно не слушая, направился Севастьян к выходу.
– Мы ещё не договорили! – глядя, как Севастьян уходит, не сдержалась Сильвия.
– Я договорил… – спокойным тоном произнёс Севастьян.
– Если сейчас просто уйдёшь… я… я тебе этого не прощу. Останься и хотя бы дослушай меня. У меня есть идея, выслушай… пожалуйста, – стояла на своём Сильвия.
– Останусь, и будет только хуже, – проговорил Севастьян напоследок, а затем перешагнул порог. – Мне жаль, но я уже пообещал Агеону…
– А до меня тебе нет дела!? – тоном, словно вот-вот заплачет, крикнула Сильвия, но ответа так и не дождалась.
После ухода Севастьяна, Сильвия яростно захлопнула дверь, а затем неожиданно даже для себя, пнула стену и начала тихо плакать. Она вроде бы знала, что рано или поздно Севастьян уйдёт в чёрный лес и его уже ничто не остановит, но даже так, всё равно не могла этого принять. К ней постоянно возвращался вопрос: а что если он не вернётся? И ответ на этот вопрос был страшнее, чем любые её кошмары.
В то время как Сильвия могла лишь беспомощно рыдать, Севастьян наоборот пытался обуздать свою злобу. Он торопливо спустился по ступенькам и, дожидаясь Эстина, сел рядом со стойкой. В этот момент его злила не столько ссора с самым близким человеком на свете, сколько тот факт, что она была единственная, которая всегда верила и поддерживала. И теперь, когда Севастьяну действительно необходима эта вера и поддержка, Сильвия просто отвернулась. Захлопнула дверь и даже не заметила как Севастьян, от страха едва сдерживал дрожь в голосе.
– Что-то вы быстро, – удивился Эстин. – Поссорились?
– Бесплатный эль ещё в силе? – опустошенно ответил охотник.
– Конечно. Тебе побольше или поменьше?
– А ты как думаешь?
– Понял… сильно поссорились значит, – наливая эль в большой кружку, проговорил Эстин.
– Угораздило же прямо перед моим первым заданием…
– Не принимай близко к сердцу, женщины уж больно эмоциональны, они никогда не поймут мужские поступки. Никогда не поймут, какую важную роль в жизни мужчины играет риск для жизни и постоянная опасность. В этом наше главное отличие, их учили избегать опасности, а нас, идти прямо к ней навстречу. И если мужик испугается, не пойдёт – значит, он всего лишь слабак.
– Я думал, она это поймёт… она ведь всегда понимала и поддерживала.
– Или… пыталась понять, – внезапно проговорил Эстин, поставив кружку на стол. – Пока тебя не было, она тут всех твоих согильдийцев расспрашивала. Как бы невзначай, но я то видел её упорство. Скорее всего, она пыталась найти повод не волноваться, пыталась убедить себя, что стезя охотника не опасна и естественно у неё этого не получилось. Тебе ведь самому всё известно, не трудно догадаться, что они наговорили.
– Да, пожалуй… – задумался Севастьян.
– Эй, трактирщик, ну где там мой эль!? – крикнул кто-то из зала.
– Как бы там ни было, ты настоящий мужик Севастьян и сделал всё правильно, – уходя, добавил Эстин.
– Наверно мне всё-таки следовало остаться и поговорить с Сильвией. Теперь, если вернусь, то она точно пошлёт куда подальше… – задумался Севастьян. – Она не раз говорила, что после потери Елеазара и Ноланда ей страшно потерять и меня, но с другой стороны, не сдувать же теперь с меня пылинки. Несмотря на то, что Эстин помешан на слове мужик, он всё правильно сказал: я могу хоть сто раз говорить, что не боюсь, однако слова без действий – удел слабых.
Елеазар, орден незримой тени.
Пробираясь к ордену, тень готовился ко всему что угодно; все эти письма, двойные шпионы… это означало только одно – Назар начал действовать. И, несмотря на то, что Елеазар знал лишь самую малость, всё встало на свои места, как только он увидел тлеющий после пожара магистрат и десятки трупов.
– Ну нихрена себе… – удивлённо проговорил Елеазар потерянно шагая по ордену и по пути проверяя пульс бывших «собратьев».
Только теперь Елеазар начал понимать цели учителя; все эти годы он готовился не к возрождению клана, а к уничтожению ордена. Причем, судя по всему, Назар хочет вырвать этот сорняк с корнем, чтобы уж точно избавиться от этой проблемы, навсегда.
– Ладно, пора за дело, – направившись к дому Назара, мысленно проговорил тень. – Скоро прибудут люди главмагистра, надо тут всё закончить до их прихода.
Несмотря на то, что орден выглядел как после апокалипсиса, в доме мастера так ничего и не изменилось. Маленькая кровать, маленький столик, маленький шкаф, четыре тесные стены, и ко всему прочему огромный чёрный портрет, без какого-либо рисунка. Однажды Назар сказал, что этот портрет символизирует взгляд предков; они настойчиво смотрят нам в спину, и гадают, как же их сыновья воспользуются наследием.
– Пожалуй, мне только сейчас стало понятно, что ты тогда имел в виду, Назар, – подумал Елеазар, глядя на портрет. – Дело не в чёрном портрете и даже не в предках… дело в том, как мы относимся к их наследию. Ты хотел сказать, что нужно помнить и уважать их вклад в будущее, ведь всё что мы имели с рождения, когда-то создавалось тяжким трудом. Вот только одно интересно, мне ты это сказал просто так или с какой-то целью?
Задумавшись, тень едва заметил, как к дому тихо подобрались два человека, пытаясь устроить засаду. Кем они были – догадаться нетрудно, эти шпионы следовали за Елеазаром от самой столицы и, судя по всему, им
