Читаем без скачивания Четвёртый круг - Зоран Живкович

— Я вас не понимаю. Как вы себе это представляете — «в будущем»? Не хотите же вы сказать…

— Именно так. Да. Но не требуйте от меня никаких объяснений. У меня их, конечно, нет. И для меня это полная загадка. Вероятно, нужно было немедленно, как только книга попала ко мне в руки, посетить мистера Холмса. Может быть, тогда он еще мог что-нибудь предпринять…

— Конечно, нужно было сделать так. Я уверен, что Холмс нашел бы какую-нибудь… естественную… разгадку всего дела. Вы сами упомянули возможность чьей-нибудь неуместной шутки, не так ли?

— В шутку не вкладывают столько труда, мистер Ватсон. Написать целую книгу — причем отличную книгу, — чтобы подшутить над кем-то… Нет, это невероятно. Между прочим, именно из-за содержания книги я и не мог посетить Холмса. Я не упоминал ее названия?

— Нет, думаю. Не так ли, миссис Симпсон?

Я поднял глаза на хозяйку Холмса. Если существуют лица, явно выражающие состояние души, то это было ее лицо. Страх, смятение, недоверие, желание убежать — все это ясно читалось в мелких морщинах вокруг глаз и легкого подрагивания уголков губ. Старушка покачала головой.

— Это из-за волнения, мистер Ватсон. Я в таком состоянии часто пропускаю нечто важное. Книга называлась «Приключения Шерлока Холмса».

3. Исчезновение

— «Приключения Шерлока Холмса», — тупо повторил я, не придумав ничего более умного. Бывают случаи, когда человек чувствует, что должен что-то сказать, но при этом понимает, что все сказанное прозвучит глупо.

— Именно так, — ответил Дойл. — Прекрасно понимаю ваше изумление, мистер Ватсон. Можете себе представить, что я почувствовал, когда в моих руках оказалась книга, якобы написанная мной и повествующая о приключениях человека, которого я хорошо знаю. Не могу сказать, что мы близкие друзья, но мистер Холмс часто посещал нашу библиотеку, и я всегда был готов ему служить, поэтому со временем между нами установились отношения более тесные, чем простое знакомство.

Он замолчал, как это делают люди, погружаясь в воспоминания. Тишину нарушало лишь слабое звяканье фарфора. Прошло несколько секунд, прежде чем я сообразил, что это у меня дрожат руки, в которых я держал блюдце и чашку с чаем.

— Невероятно, — выдавил я наконец, поспешно поставив чашку на стол. — Вы утверждаете, что эта ваша книга о Шерлоке Холмсе непонятным образом появилась в отделе старинных и редких книг библиотеки Британского музея, и она по всем признакам происходит из будущего.

— И это еще не все, мистер Ватсон, — прервал меня Дойл. — Точно, что год выхода в свет загадочной книги еще должен наступить, но речь идет не о первом издании этого произведения. Изучив титульный лист более тщательно, я установил, что это повторное издание книги, впервые появившейся именно в нынешнем году!

— В нынешнем году? Но тогда вам легко проследить ее. Насколько я знаю, по одному экземпляру всего, что выходит в свет в Соединенном Королевстве, обязательно поступает в библиотеку Британского музея, не так ли?

— Конечно, конечно, — ответил Дойл. — Но такую книгу никто не издавал в этом году, поэтому ее нет в нашем фонде.

— Год еще не закончился, — попытался я рассуждать логически. — Еще есть два с половиной месяца, и может быть…

— Ничего не произойдет за оставшиеся месяцы этого года, мистер Ватсон, — самоуверенно возразил Дойл. — В качестве первоиздателя обозначена фирма, которая также не существует, но есть и еще кое-что более важное. Сзади на обложке издания из будущего дана краткая биография писателя. А именно, сэра Артура Конан Дойла. Можете предположить, кто он по профессии?

— Мне кажется, что он не управляющий библиотеки Британского музея.

— Правильно. Нет. Он врач.

— Но тогда это не вы?

Дойл с подозрением посмотрел на меня. Таким взглядом меня одаривал Холмс, когда какое-нибудь мое замечание казалось ему бестактным. Кто знает, почему… К счастью, последующая реакция Дойля была гораздо умереннее, чем некогда реакция Холмса.

— Похоже на то, — ответил он мягким голосом. — Впрочем, биографическая заметка снабжена фотографией. Мы абсолютно непохожи.

— Не узнали ли вы того… другого… мистера Дойла? — внезапно спросила миссис Симпсон. Голос ее звучал тихо, словно из отдаления. Дойл, очевидно, совсем забыл о ней, поэтому слегка вздрогнул, когда она заговорила.

— Нет. Он мне совершенно незнаком, — ответил он после секундного колебания, повернувшись к женщине.

— Я подумала, может быть, это какой-нибудь ваш родственник. Родственники, знаете, порой способны на разные подлости из зависти… или ревности… Они даже хуже, чем совершенно чужие люди. Безжалостнее. Вот, например, у меня есть племянник в Девоншире…

— Но как это возможно? — спросил я в полном смятении, не позволив миссис Симпсон разойтись. — Вы же сказали, что не существует второго сэра Артура Конан Дойла…

Дойл ответил не сразу. Он опустил взгляд к наполовину выпитой чашке чая, задумчиво мешая в ней ложечкой. Он делал это машинально, издавая однообразный приглушенный звук. Когда Дойл мне ответил, его голос стал как-то глубже и тише.

— Действительно, не существует. По крайней мере в этом Лондоне…

— В «этом» Лондоне? — повторил я, не понимая уже ничего. — Насколько мне известно, не существует больше никакого другого Лондона. Были, правда, предложения какое-то место в колониях назвать так же, с добавлением «новый», но…

— Я говорю не о колониях, мистер Ватсон, — прервал меня Дойл нетерпеливо. Это у него уже превращалось в привычку — неприятную привычку. Он все больше усваивал манеры Холмса. — Я имею в виду другой Лондон… в другой Англии… на другой Земле…

Дойл замолчал, оставив меня в недоумении — закончил он фразу или нет, во всяком случае, мысль не была завершена. Какой «другой» Лондон? «Другая» Англия? Что может означать эта «другая Земля»? Нет ничего «другого». И Лондон, и Англия, и тем более Земля — единственны.

— Что это за бессмыслица, мистер Дойл? — спросил я наконец, пытаясь придать голосу некоторую мужественность, однако прозвучал мой вопрос как-то пискляво и слегка испуганно. — О каких «других» местах вы говорите? Нет никакого другого Лондона, и тем более другой Англии… и, Боже сохрани, другой Земли.

Ответа не последовало, по крайней мере немедленно. Дойл продолжал крутить ложечкой в чашке с чаем, то в одну, то в другую сторону; это движение явно действовало на него гипнотически, придавая ему несколько отсутствующий вид. Было очевидно, что ему тяжело продолжать, что он борется с демонами противоречия внутри себя. Ручеек на шее продолжал блестеть, хотя лицо уже давно было не столь разгоряченным, как поначалу.

Первой молчание нарушила миссис Симпсон:

— Мистер Дойл… сэр… Может быть, вы поедите чего-нибудь? Вы, должно быть, голодны… Наверняка давно не ели. Я могла бы вам быстро приготовить что-нибудь вкусное. Например, хорошую яичницу-болтунью…

Вновь обернувшись, Дойл посмотрел на нее быстрым, пустым взглядом, словно до него дошел только звук ее голоса, но не смысл слов.

— Как вы не понимаете? — сказал он наконец, опять повернувшись ко мне. — Другого объяснения просто не существует. По крайней мере, я не вижу.

— О, существует, — бодро сказал я, как человек, которого только что осенило. — И совершенно очевидное. Бритва Оккама!

— Бритва Оккама?

— Да. При расследовании запутанных дел Холмс часто руководствовался мудрым напутствием Вильяма из Оккама, доминиканского богослова пятнадцатого века. «Когда предположения умножаются, выбери самое простое». А о самом простом решении я уже упоминал — все дело сводится к тому, что над вами кто-то подшутил. Не очень умно. Вы сказали, что ни один нормальный человек не стал бы вкладывать столько труда, писать целую книгу, чтобы просто пошутить. Это верно. Но кто говорит, что речь идет о нормальном человеке? Если допустить, что я приобрел какой-то опыт из многолетнего общения с Холмсом, то это — проделки извращенного ума, способного на любые усилия ради осуществления своего замысла. Здесь мы явно имеем дело с умом именно такого рода. У кого-то на вас зуб, мистер Дойл, у кого-то странного, но очень трудолюбивого, а кроме того, обладающего явным литературным талантом, как вы сами говорите. Он написал книгу о Холмсе (чего тот в любом случае заслуживает, кстати сказать, удивительно, что никому это раньше не пришло в голову, по крайней мере, мне бы хотелось эту книгу прочитать), а потом отдал напечатать с ложными, смущающими данными на титульном листе… маленькие типографии в Ист-Энде сделают это за соответствующую плату, несмотря на то что подобные подлоги строго наказываются… и нашел способ подбросить ее в ваш отдел старинных и редких книг. Хотя это все требует неимоверных усилий, но все же не в пример проще, чем ваши предположения о… другом Лондоне на другой Земле… не так ли?