— Пойдешь со мной? — спросил он Ройан, сидевшую напротив.
Они отправились вверх по течению к подвесному мосту. Там Николас собрал удочку и наживил муху на крючок.
— Искусственные мухи. — Он показал наживку. — Рыба всего мира обожает их, от Патагонии до Аляски. Скоро мы узнаем, так ли они популярны в Эфиопии.
Ройан устроилась над обрывом и смотрела, как Харпер закинул удочку, крутанув, чтобы леска с невесомой мухой упала почти посередине реки и поплыла по поверхности. Со второй попытки под наживкой забурлила вода, удочка изогнулась, спиннинг заскрежетал, и Николас издал радостный вопль.
— Поймал, моя красавица!
Ройан снисходительно продолжала наблюдать за ним — радостным возбуждением Харпер напоминал маленького мальчика. Она улыбнулась, заметив, что раны почти волшебным образом исцелились, и англичанин больше не хромал, бегая туда-сюда вдоль берега. Через некоторое время он вытащил рыбу, блестящую, как свежеотчеканенный золотой, длиной с его руку. Добыча принялась биться на берегу.
— Желтая рыба, — триумфально заявил Николас. — Чудесно. Завтрак на следующее утро.
Он поднялся наверх и сел на траву рядом с ней.
— Конечно, рыбная ловля только предлог скрыться от Бориса. Я привел тебя сюда, чтобы рассказать, что обнаружил вчера.
Харпер указал на арку розового камня над мостом. Ройан внимательно слушала своего спутника.
— Разумеется, я не могу точно сказать, имеет ли это отношение к нашим поискам, но кто-то там хорошо поработал. — Николас описал ниши, вырезанные в стене. — Они тянутся от обрыва до воды. Те, которые находятся ниже максимального уровня, сильно разрушены потоком. До тех, что повыше, я не смог дотянуться, но, судя по всему, от ветра и дождя их защитили смыкающиеся своды. Кажется, они неплохо сохранились в отличие от более низких.
— И какой вывод мы сделаем? — спросила Ройан.
— Что они очень древние, — отозвался Харпер. — Ведь базальт весьма твердый, и воде понадобилось очень много лет, чтобы довести их до такого состояния.
— А для чего они были нужны?
— Понятия не имею, — признался он.
— Может быть, это опоры для установки каких-нибудь лесов? — предположила Ройан, и Николас восхитился.
— Хорошая идея. Очень может быть, — согласился он.
— У тебя есть другие мысли?
— Ритуальные изображения. Религиозные мотивы. — Николас улыбнулся ее скепсису. — Да, верно, не слишком убедительно.
— Хорошо, тогда примем версию лесов. Зачем понадобилось сооружать леса в таком месте? — Она откинулась на спину, сунула в рот травинку и принялась ее покусывать.
— Чтобы сделать лестницу или подъемник, — пожал он плечами, — и спуститься на дно ущелья?
— А еще зачем?
— Больше ничего не приходит в голову.
— И мне. — Она выплюнула травинку. — Если это и есть мотивы строителей, то они были весьма целеустремленны. Судя по твоему описанию, это очень прочное сооружение, пригодное, чтобы выдержать много людей или строительных материалов.
— В Северной Америке индейцы строили платформы для ловли рыбы и таскали из рек лосося.
— Разве здесь происходит нерест рыбы? — спросила Ройан, и Николас опять пожал плечами.
— Неизвестно. Может быть, много лет назад? Кто знает?
— Больше ты ничего там не видел?
— Высоко на стене, ровно посередине между рядами ниш находилось что-то напоминающее барельеф.
Она резко села и посмотрела на Харпера.
— Ты его хорошо рассмотрел? Была ли на нем надпись или рисунок? И какого стиля?
— Увы, такой удачи мне не выпало. Он располагался слишком высоко, а внутри было чересчур темно. Я даже не уверен, что это не естественная выбоина в камне.
Ройан выглядела явно разочарованной.
— А что-нибудь еще там было?
— Да, — улыбнулся Николас. — Очень много быстро текущей воды.
— И что мы будем делать с твоим предполагаемым барельефом?
— Эта идея не слишком привлекательна, но мне придется снова спуститься и посмотреть.
— Когда?
— Завтра Тимкат. Наш единственный шанс проникнуть в макдас собора. После этого мы займемся исследованием ущелья.
— Время на исходе, Ники. И как раз тогда, когда начинается самое интересное.
— Можешь еще раз повторить это, — прошептал он. Дыхание Харпера коснулось ее губ, поскольку их лица почти касались друг друга, как у тайных любовников. Осознав, что ее слова имеют двойной смысл, Ройан вскочила на ноги и отряхнула пыль со штанов.
— У тебя пока что одна рыба, чтобы накормить многих. Или ты о себе слишком высокого мнения, или пора продолжить рыбалку.
Два дебтера, специально посланных аббатом для сопровождения путешественников, попытались проложить путь сквозь толпу. Однако не прошло и пары минут, как эскорт сам растворился в море людей. Николас и Ройан стали постепенно отделяться и от своих спутников.
— Держись поближе ко мне, — велел англичанин, твердо сжав ее руку и раздвигая плечом людей впереди. Конечно, он специально потерял Бориса и Тессэ в давке, так что пока все шло согласно плану.
В конце концов они добрались до места, где Николас смог прислониться спиной к колонне и таким образом частично отгородиться от толпы. Кроме того, отсюда был хороший обзор террасы собора. Ройан не хватало роста, чтобы смотреть поверх людей впереди. Поэтому Николас поставил ее на балюстраду лестницы, тоже прислонив к колонне. Ройан держалась за своего спутника, потому что за спиной у нее начинался обрыв.
Верующие непрерывно распевали низкий монотонный гимн, группы музыкантов били в барабаны и бренчали на цитрах. У каждого оркестра был свой глава, одетый в роскошные одежды и укрывшийся под огромным ярким зонтом.
Атмосфера радостного возбуждения, царящая вокруг, была ничуть не слабее жары и вони от немытых тел. Напряжение постепенно нарастало, и когда пение стало громче, толпа начала раскачиваться из стороны в сторону как единый организм, невероятная амеба, полная жизни.
Неожиданно рядом с собором зазвонили медные колокола, и им ответили сотни рожков и труб. Наверху лестницы раздались выстрелы — телохранители вождей принялись палить в воздух.
Некоторые были вооружены автоматическим оружием, и грохот огня «АК-47» смешался с громом древних мушкетов, заряжаемых с дула. Над собранием повисли голубые клубы порохового дыма, а пули рикошетили от скал и улетали на другую сторону ущелья. Женщины довольно жутко закричали и завизжали. Лица людей горели огнем религиозного рвения. Они упали на колени и молитвенно сложили руки, распевая гимны и прося Господа о благословении. Женщины поднимали кверху детей, по темным щекам струились слезы экстаза.
Из ворот подземной церкви вышла процессия священников и монахов. Впереди шли дебтеры, за ними следовали послушники, которых собирались крестить в воде. Ройан узнала Тамре — его голова возвышалась над окружающими мальчиками. Она помахала, он заметил ее и робко улыбнулся, перед тем как последовать за дебтерами по тропе к реке.
