И вот перед мужчинами и пленницами стоит целая старуха, но если вы думаете, что она похорошела и стала похожа на бабушка Красной Шапочки, то ошибаетесь. Истлевшая одежда рассыпалась в пыль, и Тиран заботливо набросил на уродливое старое тело свою мантию — На редкость уродливая бабуся получилась, — отмерла Элька.
Цыц! — приказал Лордор. — Здравствуй, Великая Мать!
— Сын? Мой сын? — глухо спросила старуха. — Ты вернулся?
— Нет, я — твой внук, Даркус — мой отец. Теперь, когда ты с нами, мы сможем быстрее его вернуть. У нас с тобой еще будет время поговорить, бабушка. А сейчас посмотри, кого я приготовил тебе в подарок. Они помогут вернуть тебе силы. Только прошу тебя, в жертву принеси только блондинку. Вторую я хочу оставить отцу. Ты только посмотри на нее, бабушка!
Бабка, похоже, туго пока соображала после многовекового пребывания на том свете. А может не очень-то впечатлилась встречей с внучком. Наконец, до нее доперло.
Не надо меня учить, молодой человек! Я помогала своему сыну, когда тебя еще и в помине не было. Я сама знаю, что мне делать, уж поопытнее тебя буду. Уходите оба, вы мне только помешаете!
— Хорошо, мы оставляем тебя. Пошли, Тиран. Бабушка, мы пока совершим групповую ме-дитацию, чтобы…
Идите, идите, — затряслась в нетерпении бабка. — На всякий случай заприте дверь!
Хотете верьте, хотите нет, но проходя мимо Ланы, Тиран посмотрел на нее каким-то странным, сожалеющим взглядом, и ей даже показалось, что в уголке его молочно-серого глаза блеснула слеза.
Дверь захлопнулась, и мать Даркуса торжествующе уставилась на пленниц.
— Так-так-так… Диавона и Белиора… — мерзко захихикала старая карга.
— Элеонора и Милана! — огрызнулась Элька.
— В тебе ее душа, значит ты Диавона! — завижжала старуха. — = Ты отвергла моего сына, и я видела, как он день ото дня страдает. А потом я сына лишилась. А сегодня ты будешь смотреть на мучения родного человека. Твоя сестра будет умирать медленно-медленно…
Карга, скаля свои наполовину изъеденные зубы, сделала такие движения руками, будто затягивала что-то. Цепи, сковывающие сестер, впились в нежную кожу, сдавили грудные клетки. Дыхание перехватило, глаза заволокло туманом. А старая ведьма взяла с одного из столов кинжал и нетвердой старческой походкой направилась к пленницам, бормоча себе под нос какие-то непонятные слова.
Почти потерявшей сознание Эльке внезапно стало так обидно. Она спасует перед старой рухлядью? Нет, даже не так. ОНА спасует? ОНА? Закрыв глаза, она еще раз призвала Дей-вора. Следующее решение пришло, как всегда, спонтанно. Она представила, что сковываю-щие ее цепи не из металла, а всего лишь полоски жевательного мармелада., и упругая мас-са размягчается от жара ее тела. Почти не напрягая мышцы, используя лишь силу мысли, находчивая женщина заставила цепи лопнуть.
Бабка перепугалась и отпрянула, а Элька, воспользовавшись ее замешательством, провела блестящий хук справа. Мамуся Даркуса рухнула, как срубленное дерево и затихла.
— Вот так-то! У нас, у дареных коней, своя гордость: посмотрел в зубы — получи копытом! — удовлетворенно сказала драчунья и совершила грубейшую ошибку: вместо того, чтобы рас-правиться с бабкой окончательно, она кинулась на помощь к сестре, которая, как ей показа-лось, потеряла сознание.
Этого времени хватило, чтобы стойкая старуха пришла в себя, встала и бросилась в атаку, пытаясь дотянуться до своей врагини кинжалом. Элька увернулась, карга снова сделала выпад. Так они и развлекались: ловкая молодая женщина уворачивалась, а старая упорно размахивала своим кинжалом и, кажется, даже не собиралась уставать.
— Вот старая обезьяна! — рассвирепела Элька, которой все это уже порядком обрыдло, и ногой ухитрилась выбить у воскресшей Бабы-Яги кинжал.
Но та, не желая сдаваться, прыгнула на противницу, и обе женщины покатились по полу, шипя и плюясь как разъяренные кошки. Конечно, молодая, сильная и тренированная Элька взяла бы верх нед многовековой ветошью, хотя та и не собиралась сдаваться.
Но этого ждать не пришлось. Старая кляча вдруг, явно преодолевая собственное сопротив-ление, потянулась левой рукой к своему горлу. Рука тряслась, то останавливалась, то снова тянулась к цели, но, в конце концов, все-таки сомкнулась на тощей морщинистой шее. Левой рукой бабка Лордора душила себя, а правой, с кинжалом, распорола себе живот.
— Фууу! — поморщилась Элька, обернулась и увидела, что Лана тяжело дышит, ей явно не хватает воздуха. Оказывается, она вовсе не теряла сознание, как думала ее сестра, а просто закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Потом стала, не моргая смотреть на старуху, представляя себя ею и, сначала начала себя душить, а потом воображаемым ножом выпустила себе воображаемые кишки. Как вы понимаете, мерзкая бабка дублировала ее действия, ну и…
— Сестренка, ты молодец! — с жаром похвалила Элька Лану, хотя обычно от нее похвалы не дождешься — Ну давай, избавляйся от цепей…
— Да не могу, сил нет, — слабым голосом пожаловалась та. — Убийство старушек, знаешь, ли, здорово выматывает.
— Ну Ланочка, ну попробуй! — принялась уговаривать ее сестра. — = Возьми в руки себя и свой мозг, а не бабкину шею. Представь, что цепи сделаны из чего-то непрочного: из паутинки, теста, чего там еще? Мне, например, они представлялись мармеладными, как медвежуйки. Ну не знаю, представь, что Кей привязал тебя к кровати шелковыми шарфами, и они рвутся…
Лана рассмеялась и избавилась от цепей.
— Знаешь, если мы думаем о сексе в такой ситуации, то мы будем жить вечно! — продолжая смеяться, она встала. — Ладно, давай выбираться отсюда.
— Нет уж, с этим подождем, — вдруг уперлась рогом Элька. — Мы явились сюда за пластиной, вот ее и поищем. Смотри, сколько здесь всего навалено. Мне показалось, что это самое надежное место: сюда никто не ходил, судя по грязи, пыли и паутине, это бабкин склеп. Лично я спрятала бы артефакт только здесь.
— Да фиг бы с этой пластиной! Эль, надо скорее делать отсюда ноги. Не знаю, правда, как отсюда выбраться, но попытаться надо. Представь только, как рассвирепеет Лордор, когда заявится сюда и увидит, что бабулек снова помер!
— Так он же сказал, что групповой сеанс медитации будет многочасовой. Блин, групповой сеанс! Да им всем психиатр срочно нужен. Лан, у нас есть время. Ищем пластину!
Сколько времени прошло в лихорадочных поисках, сестры не заметили. Страшный грохот заставил их вскрикнуть и подскочить на месте. Тяжелая дверь слетела с петель. В дверном проеме высился грозный Дейвор с пылающим взглядом.
— Привет, солнышко! Ты немного не во время, мама работает, — весло приветствовала его Элька.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
