class="p1">— Спрашивайте, — первым я ничего говорить не собирался, неплохо было бы для начала узнать, какими сведениями они вообще располагают.
— Думаю, вы понимаете, что мы уже изучили вашу биографию, чтобы понимать, с кем нам предстоит договариваться? — уточнил он для начала.
— И каков результат? — в том, что они раскопали обо мне абсолютно всё, я нисколечко не сомневался.
— Аналитики пришли к выводу, что с вами можно иметь дело, — ну, уже неплохо, наверное. — У вас была тяжёлая жизнь, вы прошли через многое и даже в какой-то момент сдались, но потом смогли взять себя в руки, что характеризует вас, как человека крайне целеустремлëнного. Вы не боитесь трудностей и умеете решать проблемы. Если бы я принимал вас на работу, то я бы, пожалуй, принял положительное решение по вашей кандидатуре.
— К чему все эти комплименты, товарищ генерал? — я пока не мог понять, к чему он клонит.
— К тому, что наверху сочли вашу персону договороспособной, — «обрадовал» меня генерал.
— Ну и что хотят от меня эти небожители? — последнее слово я произнёс пренебрежительно, что не скрылось от внимания генерала.
— Понимаю ваш скепсис, Роман, но Российской Федерации необходима ваша помощь! — пафосно заявил генерал, — Вы готовы выполнить свой гражданский долг и помочь родной стране?
— Виктор Маркович, давайте без всего вот этого, — я слегка поморщился от его формулировки, — давайте, я сразу я объясню, как обстоят дела, чтобы у вас не складывалось лишних иллюзий? — он кивнул, и я продолжил. — Вы сейчас говорите не с выпускником двадцать восьмого детского дома, а с правителем государства под названием «Лесное королевство», с аристократом из другого мира. Моя страна, как вы выразились, находится очень далеко, и ей никакая помощь на данный момент не требуется. Воззвать к моему патриотизму у вас не получится по вполне очевидным причинам. Однако, я не отказываюсь от переговоров, и даже готов помочь. Только не потому, что я хочу угодить каким-то сомнительным небожителям, а лишь потому, что беспокоюсь за жизни простых людей, которых вы почему-то до сих пор держите в неведении.
Генерал тяжело вздохнул, видимо, понял, что легко ему эти переговоры не дадутся. Но я не собирался давать ему какие-либо поблажки только из-за того, что он работает на правительство.
— Я услышал вашу позицию, Роман, и комментировать я её не буду. Вместо этого я хочу сделать вам небольшой подарок, — он махнул рукой стоящему у двери военному и продолжил, — мне известно, что в один момент в вашей жизни всё пошло наперекосяк, и виной этому послужил один человек, с которым вы больше не встречались. Наверняка, у вас накопились вопросы к этому человеку. Дарю, она ваша. Делайте с ней, что хотите, она полностью в вашем распоряжении.
Не успел я толком удивиться, как двое военных под руки ввели в ресторан девушку с каким-то мешком на голове. Её подвели к нашему столу и стащили мешок. Передо мной предстала та, из-за которой я ещё недавно думал, что моя жизнь кончена. Моя бывшая жена.
Глава 21
Синенькая юбочка,
Ленточка в косе,
Кто не знает Любочку?
Любу знают все.
(Маша и медведи — Любочка)
Песенка сама собой заиграла в голове при виде той, которую я когда-то любил всем сердцем, а последние пару лет проклинал, как только мог, и сейчас она абсолютно не походила на её героиню.
Чрезмерно худая, осунувшаяся женщина лет сорока на вид, а ведь ей нет даже и тридцати, с грязными засаленными волосами, бледной кожей и глазами, которые потеряли свой цвет. Я даже не знаю, от чего удивился больше: от внезапной встречи или от того, как она выглядит.
Где они её взяли вообще, а главное, зачем? Меня задобрить хотели? Или наоборот — оказать давление? Уж не знаю, какого эффекта добивался генерал, но я был полностью обескуражен этой встречей. А может, так и было задумано, и если цель военных заключалась в том, чтобы вывести меня из состояния душевного равновесия, то у них очень даже получилось.
— Рома? — неверяще прошептала моя бывшая жена, когда отошла от первоначального шока. — Но, как?
— И тебе привет, «дорогая», — выдавил я из себя, сделав акцент на последнем слове.
Испытывал ли я что-то к ней в этот момент? Я прислушался к своему внутреннему состоянию и понял, что да, только это не любовь и даже не ненависть. Глядя на неё сейчас, я чувствовал только одно — жалость. Такую, что возникает, если встретить во время проливного дождя мокрую побитую жизнью кошку.
— Виктор Маркович, — я собрался с мыслями и повернулся к генералу, — что всё это значит? Где вы её нашли и зачем привели сюда?
— Разве вы не рады, Роман? — искренне удивился он, — Это человек, из-за которого ваша жизнь пошла под откос. Наш отдел психологии посчитал, что вы захотите ей отомстить, и я был с ним полностью согласен. Ну а где её нашли — это совершенно не важно, подобные задачи — лишь обыкновенная рутина для моих ребят.
— Это как-то неожиданно, знаете ли, — я опять немного потерялся, не зная, что ответить на такое заявление. Психологи у них посчитали, надо же. Гнать таких психологов взашей. Хотя, это с моей стороны так кажется, а генерал, кажется доволен, судя по лёгкой улыбке. — Товарищ генерал, спасибо, конечно, за заботу, но не думаю, что мне есть, о чëм разговаривать с этой женщиной, уж точно не сейчас. Отпустите её, пусть идёт. Если захочет, то сама найдёт способ со мной поговорить.
— Боюсь, что теперь это не так-то и просто, Роман, — кажется, он ожидал от меня любого ответа, кроме подобного.
— Отчего же, позвольте полюбопытствовать? — первоначальное удивление спало, так что я вновь стал говорить спокойным и совершенно ровным голосом.
— Потому что для всего мира Любовь Романова умерла четыре дня назад, — снова ошарашил он меня, — вот, даже свидетельство о смерти есть, и похороны уже прошли, — он махнул солдату, и тот передал мне бумагу. — Как я уже говорил ранее, наш отдел психологии посчитал, что эта женщина послужит отличным средством для нас загладить свою вину перед вами. Так что теперь её официально не существует, она полностью ваша. Делайте с ней, что хотите, никто вам
