на него с такой ненавистью, что Яне реально стало страшно.
«Да, сильные чувства она испытывает к своему “отчиму”. Если девушка будет и действовать в таком же духе, то Гертруду он не убьет, просто не успеет…»
Яна улыбнулась официанту:
– Поскольку мой коньяк забрали для того, чтобы отметить проводы любви, то принесите мне тоже такой же.
– А вы, Яночка, что хотите отметить? – Антон светился счастьем и краем глаза посматривал на ее рубин.
– Может быть, встречу новой любви! – с вызовом в голосе заявила она.
– Я – за! В смысле – присоединяюсь! И мне коньяку! – крикнул он вслед официанту.
«Да мы прямо старые добрые друзья», – хмыкнула Яна.
– Не рано ли думать о новой любви? – вмешалась в их разговор Настя. – Маму-то совсем недавно схоронили.
– Настенька, милая моя, ты же знаешь, как я относился к твоей маме. Я всегда буду ее помнить. Я всегда буду скорбеть о ней, но жизнь продолжается…
– Так у вас тоже горе?! – округлила глаза Яна, переключая внимание на себя, на глупую блондинку.
– И горе, и радость. Всё, как у всех. – Он придвинулся к ней, облизывая толстые губы.
«Только бы меня не стошнило прямо тут. Это не придаст романтизма нашим отношениям». – Яна прикоснулась своими красными ноготками к его дорогим часам:
– Антон, мы в первый раз встретились с вами в ювелирной галерее?
– Да, именно там.
– А что вы там делали? Кто для вас Гертруда? Она так командовала… – обиженно надула губки Яна.
– Она для меня ничего не значит, честное слово! Это моя хозяйка, то есть – мой босс. Я работаю на ее фирму, вот и все! – успокоил ее Антон. – А вы, Яночка? Чем занимаетесь вы? Такая эффектная женщина может быть только центральной жемчужиной в самом дорогом, отборном колье.
– Ой, как приятно! Мне никто никогда такое не говорил! – смутилась Яна. – А вы – проказник, Антон!
– Отчего же? – Масло просто стекало с его лица.
«Неужели женщины действительно клюют на такие дешевые артикуляции? – удивлялась Яна. – Это же до какой степени отчаяния и одиночества надо дойти, чтобы повестись на такого типа?»
– Вы, Антоша, правы в том, что я создана для украшения! Я всю жизнь жила с богатыми мужчинами, с моими тремя мужьями. Конечно, по очереди, – пренеприятнейше захихикала она, так, как ей казалось, должны смеяться глупые и доступные девицы. – Все время находилась у них на содержании.
– Они окучивали такой цветочек! – хохотнул Антон.
– Чего они меня? Сам – дурак! Никто меня не кучил!! – снова сделала недовольную физиономию Яна. – Они меня носили на руках, задаривали украшениями, возили за границу. У меня коттедж, три квартиры и гора украшений – и все от любимых мужчин! – вошла в раж Яна.
Лицо Антона лоснилось все больше.
Яне больно было смотреть на Настю. Та глазами ела Гришу: «Зачем ты привел сюда эту противную белобрысую тетку?! Я пристукну ее прямо сейчас!»
Наконец девочка не выдержала терзавших ее мук:
– Я же совсем забыла! Мне надо бежать в институт, готовиться к перезачету! Я покидаю вас, «папа», но оставляю не одного, а в надежных и цепких руках!
«Папа» от этого известия не очень расстроился – он не отводил алчущего взгляда от Яны и ее золотых украшений, которыми она была обвешана, как новогодняя елка.
Принесли коньяк, и Гриша, необычно молчаливый и мрачный, разлил его по трем бокалам.
– За любовь! – приблизился к Яне Антон.
– За нее! – Она невольно отодвинулась от него.
Они выпили, потом снова выпили и опять выпили. Яне уже было все равно, какой интерьер вокруг, еще немного – и она бы прямо в лоб спросила Антона: отправлял ли он на тот свет свою жену.
– Я так рад нашему знакомству, Яночка, и так хочу, чтобы оно продолжилось.
– Я не знаю, я еще не решила, – жеманничала Яна. – Я такая капризная!
– А если я очень постараюсь?
– Старайтесь! Ой, я такая пьяная, зачем я столько выпила? Ха-ха! Ик! Ой! Я отойду припудрить носик.
– Я провожу! – вызвался Антон.
– В туалет? Вы что? – несколько остудила его пыл Цветкова.
– А я боюсь, что вы… В прошлый раз из галереи вы исчезли так же внезапно, по-английски, так сказать…
– Нет уж, на этот раз, Антоша, я так не исчезну. Знаете – почему? Потому, что рядом с вами нет этой злобной тетки, которая нагнала на меня тоску. А ты пойдешь? – спросила она Гришу.
– Пойду… припудрить носик… Мы такие противные!
– Я жду вас, друзья! – И Антон, дабы скрасить горечь ожидания, налил себе коньячку.
Яна с Григорием вышли в зеркальный вестибюль.
– Яна, я не совсем понял твой замысел, чего ты добиваешься своей игрой? Хочешь соблазнить его? Но для этого тебе изображать из себя никого не надо – он уже готов, причем давно.
– Спасибо за совет! Но сейчас от тебя нужно другое…
– А что именно? Но учти – Антон не в моем вкусе, да и я не в его.
– Не смейся! Мне срочно нужны богатый коттедж и куча украшений!
– Всего-то? Многие, однако, за всю свою жизнь не могут приобрести ничего подобного, а тебе подавай прямо сейчас.
– Гриша, выйди из образа пе…
– Я давно не в образе!
– Значит, ты сам по себе такой вредный?
– Яна, ты что хочешь? Вынудить его отравить тебя? Боюсь, что для этого тебе придется выйти за него замуж, прожить минимум полгода, отписать на его имя все свое имущество и дом, которого, как я понимаю, нет, и только тогда… Но и в этом случае остается шанс на то, что он – честный гражданин. Не забыла?
– Я не выдержу
