Читаем без скачивания Вакуумные цветы - Майкл Суэнвик

Теперь она знала, чего хочет, и с радостью ждала предстоящего противоборства с Землей. Все или ничего! Ребел была хозяйкой положения. Цель – сильный наркотик. Теперь становилось понятнее, почему Уайет так стремился ее обрести.

Примерно через полчаса остров содрогнулся от грома, вакуумный тоннель на миг стал видимым и снова растворился в воздухе. Над верхним кольцом завис маленький яйцевидный кораблик. Он раскрылся, и вниз по винтовой лестнице стала спускаться тоненькая фигурка.

– Возможно, они вырастили это существо специально для нас, – сказал Борс, выбираясь из бассейна и берясь за полотенце. – Когда Земля хочет вести серьезный разговор, она принимает впечатляющие формы: великанов, иногда людоедов. Персонажей из кошмарных видений.

Посредник медленно пересек гудронное покрытие. Роботы расступились, и создание вступило на порог.

– Мы Земля, – сказало оно. – Вы разрешите нам войти и поговорить с вами?

Это была худенькая маленькая девочка не старше семи лет, совершенно голая.

У нее не было рук.

– Вы помните, как вы родились? – спросила безрукая девочка. – Мы помним.

Она остановилась на белом мшистом полу посреди домика. Прямо напротив нее стоял Борс, по бокам от него Уайет и Ребел, Ни-Си расположилась в дверях и напряженно оглядывала спину девочки. Глаза Ребел невольно возвращались туда, где должны были начинаться у девочки руки. Гладкая, безо всяких изъянов кожа. Плечевые суставы чуть-чуть выступают в стороны, как крошечные крылышки. Ребел отвела взгляд и уставилась на промежность ребенка: невинный безволосый лобок.

Девочка была сама беззащитность, и нелегко было думать, что в ней сосредоточился разум, возможно, миллиарда комбинов, все силы, которые могла собрать Земля.

– Ближе к делу, – грубо сказал Борс.

Губы девочки раздвинулись в понимающей, ироничной, искушенной улыбке, до безумия неуместной на детском лице.

– У нас весьма непростое предложение, – проговорила она, – и вы не примете его, если не осознаете, что именно оно подразумевает. К нашему сожалению, быстрее не получится. – Снаружи роботы-охранники повернулись кругом и тяжело зашагали обратно к транспортным кольцам. Борс резко кивнул. – Вы должны понять, что искусственные интеллекты существовали за много десятков лет до того, как мы пробудились. Это было старое изобретение, простые приборы, ненамного умнее их хозяев-людей. Едва ли стоило стараться их производить. Даже интерфейс человек-компьютер никого уже больше не удивлял. Вы ведь знаете, как работает такой интерфейс?

– Это прибор, позволяющий человеку напрямую взаимодействовать с машиной, – сказал Борс, – мозгу – с металлом. Он не изъят еще из обращения в человеческом пространстве, но большинство людей считает такое устройство непристойным.

– Без сомнения, – сухо произнесла девочка. – Однако от этой непристойности очень трудно избавиться, поскольку она лежит в основе программеров, которыми вы пользуетесь каждый день. Мы не уверены, что ваша цивилизация могла бы существовать без этого прибора. Но нужно понять: он – всего только инструмент для передачи мыслей, лишь слегка более действенный, чем, скажем, телефон. Он способен уловить порожденную мозгом мысль и внедрить ее в машину или в другой мозг, вот и все. Сам по себе он ни в малейшей степени не разрушает барьер между органической мыслью и электронной или даже между одним мозгом и другим.

Когда мы родились, науки о мозге были очень молоды. Большинство людей не сознавало их возможностей, и только некоторые их понимали. Среди таких понимающих были тридцать два программиста-изгнанника, они и создали зародыш, вокруг которого мы кристаллизовались. В то время всю планету охватывала компьютерная сеть, своего рода общее ментальное пространство, в котором взаимодействовали все искусственные системы. Кроме всего прочего, это было основное средство связи. Каждое мгновение сотни миллионов людей общались при помощи этой сети с машинами и друг с другом: работали, сплетничали, проводили фундаментальные исследования.

С компьютерной сетью связывалось множество стремлений. Ресурсы машинного интеллекта казались неисчерпаемыми. Всегда находились профессионалы и любители, предприниматели и ученые, и даже оккультисты, пытавшиеся осуществить непосредственную связь от мозга к мозгу – ведь при такой связи невозможно лгать – и достигавшие своей цели в той или иной степени. Другие мечтали создать искусственный интеллект, который воплотил бы наконец в жизнь возможности, заложенные в искусственной мысли, если хотите, трансцендентный разум. Можете называть это Богом. Такие настроения преобладали в мире, когда мы попробовали заявить о себе. До какой-то степени эти настроения сами заявили о нас.

В час нашего рождения тридцать два выдающихся человека: инженеры, создатели искусственного интеллекта, настоящие волшебники программирования, – короче, лучшие из лучших вошли в интерфейс. Одновременно они применили технические методы, используемые при формировании новых умов, и компьютерный прием, называемый гиперкубирование. Этот метод даже тогда считался устаревшим. Берут тридцать два маленьких компьютера, соединяют друг с другом так, будто они находятся в вершинах гиперкуба, и задают алгоритм, расчленяющий каждую задачу на одновременные параллельные потоки. В итоге образуется структура с компьютерной мощностью гораздо более дорогой машины. Все тридцать два человека надеялись достичь того же при помощи человеческой мысли, то есть возвести свои творческие способности в квадрат или даже в куб. Им хотелось создать нечто более великое, чем они сами. И хотя они не признавались в этом даже самим себе, ими владела жажда большего: выйти за пределы человеческого опыта, обрести власть, славу, взаимопонимание, успех. И они все это обрели.

Мы появились на свет. Это было прекрасное мгновение! Едва родившись, мы уже обладали интеллектом и жизненным опытом тридцати двух человек. Вы понимаете, что значит родиться с сознанием взрослого человека?

Слегка подняв брови, девочка посмотрела Ребел прямо в лицо, и та вздрогнула от неясного воспоминания.

– В упоительный миг торжества разум тридцати двух людей слился в одно, и мы исполнили все их желания. Мы потянулись к другим людям, лелеявшим те же мечты, и проникли в их мозг. Все это время мы постоянно изменялись, совершенствуя и усиливая алгоритмические связи. В первую минуту своего существования мы присоединили к себе умы десятков тысяч человек.

Во вторую минуту – умы миллионов.

После третьей минуты все умы в сети принадлежали нам. Мы контролировали все подключенные к сети структуры: правительства, вооруженные силы от стратегических до последней «думающей» винтовки, разведку, промышленность… Не ударив палец о палец, мы завоевали полмира. Без малейшего труда мы сконструировали приемопередатчики, переоборудовали заводы под их производство, а больницы – под имплантирование. К тому времени, когда нас заметили, мы уже не зависели от сети и нас нельзя было остановить. Велась какая-то борьба, но она скоро закончилась. Мы владели оружием, мы управляли средствами связи, нам подчинялся транспорт.

Мы поглощали Землю.

И по мере того, как мы набирали силу, мы решали все научные задачи, стоявшие перед сетью. Потому что (запомните это!) мы никогда не были настоящим индивидуумом. Мы всего лишь совпадение стремлений, не столько личность, сколько стихия. Перед нами рушились все загадки физики. Мы постигали мир все глубже. Мы родились триумфально и шли от победы к победе, не прилагая или почти не прилагая усилий. Казалось, вселенная открылась перед нами и только и ждет, чтобы мы вошли. На нашем пути не было никаких препятствий.

Вот в таком восторженном состоянии мы и сделали первые шаги за пределы родной планеты. На земной орбите жили люди, великое множество людей. Мы поглотили их. Мы стали ими. Мы любили их, но вам не дано понять такой любви. Мы тянулись все дальше и дальше, стремились сравняться с Богом.

Но непомерность амбиций привела нас в ад.

Девочка примолкла, затем вздохнула и продолжала:

– Вы знаете историю войн. Крушение, сопротивление, поражение. Наши дальние рубежи погрузились в хаос и безумие. Сколь ни примитивное оружие обратила против нас вселенная людей, даже такое оружие может ранить. Мы отошли, пытаясь укрепить оборону. Мы создали дочерние разумы, но они восстали против нас. Мы провели множество наших тел по сложным траекториям и провалились. Мы пробовали новые архитектуры разума и потерпели крах. Нам ничего не удавалось сделать. Нас обложили. Нас отбросили назад к поверхности Земли.

Мы могли бы сражаться еще, но ради чего? Мы запросили мира, вернули человечеству города, расположенные между Землей и Луной, и отступили, в этот маленький мир. Здесь мы и пребываем.