что в условиях боя мой приказ, мягко говоря, трудновыполним, но только компактной группе самолетов я мог чем-то помочь, используя свои возможности точной стрельбы на дальних дистанциях.
Наш с полковником Пе-3 немцы тоже все время пытались атаковать, но короткие очереди моего пулемета быстро отбивали у них энтузиазм — вокруг хватало менее сложных целей.
Во время атаки второй колонны мы потеряли семнадцать самолетов, и потери продолжали расти. Некоторые из уцелевших бомбардировщиков пытались выполнить приказ и сформировать строй вокруг командирского Пе-3, но большинство машин находились слишком далеко, и добраться до нас не могли. Боем, насколько это было возможно, управлял полковник Кудрявцев, а я лихорадочно пытался совместить стрельбу из пулемета с выдачей указаний артиллеристам Цайтиуни и приданного моему корпусу артполка. Когда я откровенно переставал успевать отдавать своевременные команды голосом, мне на помощь приходил вычислитель, передавая данные для стрельбы от моего имени. Передача шла на радиостанции артиллеристов прямо со спутников в режиме телеграфа, а мне оставалось только помечать цели движениями зрачков.
Мессеров становилось все больше. Немцы явно получили приказ не дать нам уйти, но до берега Волхова оставалось уже не так далеко, а там, над нашей территорией, расклады были уже совершенно иными.
* * *
Представитель Ставки Верховного Главнокомандования генерал армии Жуков оторвался от стереотрубы и повернулся к генералам, ожидавшим его решения.
— Ждем, — коротко приказал Жуков.
С наблюдательного пункта командира стрелковой дивизии, занимавшей позиции по берегу Волхова, отлично просматривался противоположный берег реки. В немецких окопах царила нездоровая суета. За спинами солдат противника все время рвались снаряды, причем огонь артиллерии постоянно переносился с участка на участок, и при взгляде со стороны было сложно уловить в этих перемещениях какую-то систему.
— Товарищ генерал армии, — решился высказать свое мнение командующий второй ударной армией, — корпус Нагулина прорвал оборону противника еще ночью. Сейчас он ведет бои в тылу у немцев и явно нуждается в помощи, а мы стоим здесь…
— У генерал-майора Нагулина был приказ открыть дорогу вашим войскам, генерал-лейтенант, — жестко ответил Жуков. — А я вижу перед собой неподавленную оборону противника на центральном участке запланированного прорыва и две узких бреши по его краям, в которые невозможно ввести армию.
— В тылу у немцев идет бой…
— Не вижу боя! Вижу только взрывы снарядов в ближнем тылу противника.
В небе над Волховом одна за другой стали появляться темные точки, быстро превратившиеся в десятки самолетов, крутящихся в карусели воздушного боя. Каждую минуту из этого смертельного хоровода вываливались горящие или исходящие дымом машины, которые либо сразу падали на землю, либо пытались уйти подальше от схватки в сторону своего аэродрома.
— Это полк Кудрявцева возвращается с боевого вылета, — немедленно сообщил представитель ВВС при штабе армии. Мессеры их, похоже, здорово прижали.
— Товарищ генерал армии! — обратился к Жукову генерал Клыков, отрываясь от стереотрубы, — Танки! Наши танки! Из танковых бригад корпуса Нагулина!
Жуков занял место у стереотрубы и несколько секунд внимательно вглядывался в противоположный берег. Немцы лихорадочно пытались организовать оборону фронтом на восток, но серьезных противотанковых средств в передовых окопах практически не имелось. Батареи противотанковых пушек располагались дальше от берега и, видимо, уже были уничтожены, а с одними противотанковыми ружьями и ручными гранатами против тяжелых и средних танков много не навоюешь.
— Вот теперь пора! — с удовлетворением в голосе произнес Жуков. — Генерал-лейтенант, отдайте приказ вашей армии о переходе в наступление.
* * *
Преследовать нас за Волховом немцы не стали. Может, опасались прибытия к нам подкрепления, а скорее у них уже просто заканчивался боезапас и топливо. Я облегченно откинулся на спинку сиденья, и вывел в поле зрения виртуальную карту. От авиаполка Кудрявцева остались слезы. Тянуть к аэродрому продолжали двенадцать истребителей, включая наш Пе-3, и семь бомбардировщиков. Почти все самолеты имели боевые повреждения, и совершенно не факт, что удастся обойтись без потерь при посадке.
Внизу под нами лед Волхова чернел коробочками движущейся техники и россыпью точек бегущих к западному берегу красноармейцев второй ударной армии. Бой на берегу практически стих — немцы не выдержали удара с тыла и частью сдались, а частью погибли под гусеницами танков. Полоса прорыва была очищена от немецких войск — корпус полностью выполнил поставленную командованием задачу.
Кстати, в последние дни немцы применяли очень мало химических снарядов. То ли запасы подошли к концу, то ли опять какую-то гадость готовят в другом месте…
Внезапно мои размышления были грубо прерваны резким сигналом, звук которого я уже почти успел забыть. Тройной писк, переданный напрямую на слуховой нерв, означал, что мне поступило текстовое сообщение по командной сети.
Полковник Кудрявцев уже совершал заход на посадку, а я, забыв обо всем, отдал приказ вычислителю открыть сообщение.
«Лейтенанту Ирсу.
Сообщение сгенерировано искусственным интеллектом центрального вычислителя Лунной базы.
Лейтенант Ирс, автоматический ремонтный комплекс завершил работы по восстановлению основного модуля центрального вычислителя Лунной базы. После перезагрузки ИИ базы провел оценку понесенных личным составом потерь и полученных базой повреждений. По ее результатам в соответствии с Уставом вооруженных сил Шестой Республики, научно-техническими регламентами и пакетом управляющих инструкций вычислителем было сгенерировано данное сообщение.
В данный момент Вы являетесь единственным выжившим офицером из состава научного и военного контингента базы. В соответствии с пунктом семнадцать точка пять Положения о полномочиях сотрудников базы Ваше звание и уровень допуска к секретной информации не позволяют Вам занять пост командующего военным контингентом базы. В соответствии с пунктом семнадцать точка шесть указанной инструкции Ваш статус не позволяет Вам занять пост руководителя научной части базы.
В данных обстоятельствах инструкция предписывает в течение двухсот стандартных суток ожидать прибытия помощи или выхода на связь офицеров более высокого ранга. В настоящее время с момента атаки на базу прошло двести пять стандартных суток, и в силу вступил пункт четырнадцать „О нештатных ситуациях“ приложения к Военно-техническому Регламенту. В соответствии с данным пунктом временные полномочия командующего военным контингентом и руководителя научной части Лунной базы передаются старшему по званию офицеру или научному сотруднику с наивысшим статусом из числа выживших и сохранивших дееспособность вне зависимости от его звания и уровня допуска.
Лейтенант Ирс, с момента подтверждения получения Вами данного сообщения Вы временно наделяетесь полномочиями командующего Лунной базой. Ваши полномочия будут немедленно прекращены в случае появления на базе или в зоне досягаемости ее систем связи офицера или научного сотрудника, удовлетворяющего критериям пунктов семнадцать точка пять и семнадцать точка шесть Положения».
Пе-3, подпрыгивая, покатился по утрамбованному снегу, а я все еще всматривался в текст
