так звезды сошлись! У Жана бабушка русская, из наших дворян, бежавших от революции. Между прочим, из рода Шереметевых. Она его русскому учила с рождения.
Выяснилось, что бабуля с детства внушала своему любимчику, что надо жениться до тридцати и что из русских девушек получаются самые лучшие жены. Жан слушал, на ус мотал, но к браку особой тяги не испытывал. Получил хорошее образование, работал архитектором, а в свободное от проектирования время гонял по Европе на мотоцикле в компании таких же золотых мальчиков из благородных французских семей. И все были счастливы, пока бабуля не собралась помирать и не выкатила ультиматум: либо единственный внук женится в кратчайшие сроки, либо бабка отписывает все наследство, включая фамильный замок, в благотворительный фонд защиты тюленей. Еще и маман Жана, до одури боящаяся двухколесных коней породы «Harley Davidson», захандрила и полностью поддержала данный шантаж. Видимо, угрозы женщин были вполне серьезными, потому что парень вздохнул и обратился в брачное агентство с просьбой подобрать ему невесту в России.
А надо сказать, что Жан имел не только титул графа, но еще был очень недурен собой. Я аж ахнула на фото, которое в телефоне подсунул мне Вадик. С фотографии, сделанной на яхте, на меня смело смотрел высокий загорелый брюнет. С фигурой Аполлона и внешностью молодого Алена Делона. Бывают же такие мужики-то, однако! Просто модель с показа Гуччи. И это сейчас. А каким же он был пятнадцать лет назад? Когда ему исполнилось двадцать девять лет и он решил жениться в угоду бабушке и маме?
Видимо, с виду он был самый настоящий принц, ведь претендентки на его руку и сердце выстроились в многокилометровую очередь.
И выбрали ему из этой толпы десять самых умниц и раскрасавиц. Всех с высшим образованием и кулинарными талантами.
В описываемое время Жан как раз и прилетел в Москву знакомиться с отобранными невестами, а в промежутках между свиданиями в составе тургруппы мотался по экскурсиям, изучая достопримечательности своей исторической родины. И вот, когда выбор уже был сделан (а пал он, разумеется, на самую красивую и умную, из семьи дипломатов, говорящую на пяти языках и отличающую «Бордо» урожая 1974 года от «Шато» урожая 1985); когда все было обговорено, кольцо подарено и второй билет на невесту куплен; когда дочка дипломата, искря от счастья, паковала чемоданы – какая-то нелегкая занесла Жана на ту самую злополучную экскурсию на киностудию. И вот там, вися в метре над землей, принц забыл про все, что было раньше. Он понял, что наконец нашел свою настоящую принцессу. Ради которой, собственно, и приехал в эту загадочную и непонятную Россию. Похоже, он влюбился в разъяренную и заплаканную фурию. Ольга ничего не понимала, но взгляд попавшегося ей под руку парня гипнотизировал до состояния зомби. Принцесса тут же забыла про свои неудачи на экзаменах. И уже было все равно, что происходило ДО этих глаз.
В тот же день Жан довез свою любовь до Люберец. Не забыл зайти в гости и повосхищаться «живописью», а заодно попросить у родителей Оли ее руки. Ошарашенные напором и иностранным акцентом очаровательного парня, те одновременно кивнули головами. Дальше все было быстро. Звонки маме и бабушке с радостными воплями: «Я нашел!» Отбой дочке дипломата. Билет на новую фамилию. И уже через несколько дней слабо соображающая, что происходит, Ольга пила шампанское в бизнес-классе самолета, вылетающего в Париж. За руку, украшенную крупным бриллиантом, ее нежно держал красивый и заботливый жених.
Вадим обвел торжествующим взглядом лица слушателей. Откуда-то из-за спин доносились сдавленные женские всхлипы. Насладившись произведенным эффектом, друг продолжил.
Мама и бабушка приняли русскую невесту хорошо. Через месяц сыграли пышную свадьбу. Ну а когда все обрадовались известию о беременности, то и родители Ольги перебрались во Францию. Олин отец помог с ремонтом уже совсем обветшавшего замка, мама разбила огород на задах – выращивать для ребенка экологически чистые кабачки. Заскучавшая в декрете Ольга организовала экскурсии по фамильной недвижимости, благо от желающих отбоя не было. Ну и родители, чтоб не сидеть на шее зятя, попутно решили замутить свой маленький бизнес и вложились в открытие ресторанчика с вкусной и полезной кухней, где кормили группы туристов, приезжающих в долину Луары полюбоваться на замки и прочие достопримечательности аристократической Франции.
– Так почему же ты к ним так и не уехал? – не выдержала я.
– Да хотел после армии годик в МГУ позаниматься и французский подучить. А потом уже рвануть. Но как закрутилось… Некогда все было. Ну и могилка твоя в России. Как бы я ездил ухаживать?
Я снова поперхнулась.
– Но ничего! Видишь, как все сложилось. Однокурсник предложил бизнес замутить. Сначала жвачкой и сникерсами торговали. Брали оптом на базе и по палаткам развозили. Потом партия сапог женских подвернулась. Поднялись немного. А тут еще Жан подсобил. Познакомил со своими друзьями, которые винодельни на Луаре имеют. И знаешь – как-то хорошо пошло. Стали в Россию вина французские поставлять. Потом Италией и Германией занялись. Сейчас наша компания – крупнейшая на рынке. Обороты больше ста миллионов долларов в год. Вот, и эта наша. – Вадик взял со стола еще не разбитую официантом бутылку красного и ткнул пальцем в этикетку на обороте.
Окружившая нас толпа поскучнела и начала насмешливо переглядываться.
– Ха, сто миллионов, миллионы. Да если б у меня родич во Франции был да бабло дал, я б тоже еще и не то замутил! С бабками-то каждый может.
Повара и официанты мужского пола начали отодвигаться ближе к кухне.
– Да ладно, Романыч… Какие миллионы? Че, повелся? Сказочник он, как Шарль Перро. Глянь, весь в самопале. У меня майка такая же. Да и видел его на пятачке с маршруточниками. Небось раз в год берет у какого-нибудь другана крутую тачку и едет к нам в ресторан. Попонтоваться. Чтоб, значит, мы себя последним дерьмом почувствовали. Пойдем отсюда! Пусть он бабам байки заливает.
Женская же часть персонала, наоборот, плотнее скучковалась возле нашего стола и смотрела на раздухарившегося Вадима голодными глазами.
Мне же слова поваров показались не лишенными смысла. С учетом того, что я увидела и услышала за день, версия про Шарля Перро казалась вполне здравой. Еще раз критическим взглядом осмотрела «миллионера». Да вот черт его знает! И поло «Ralph Lauren», и джинсы «Levis», и часы «Омега» вполне могли быть как из бутика, так и купленные на вещевом рынке. Загадка века! Однако стрижка, средиземноморский загар и ухоженная кожа все же выдавали в нем скорее пассажира бизнес-класса,
