В его речах никогда не было красноречия, но суть их входила в умы, как хороший гвоздь входит в хорошо просушенный сосновый брус.
Вот и Троцкого с Зиновьевым, отсутствующих в зале съезда, как и Каменева, в нем пока еще присутствующего, Сталин разделывал в лучшем виде без «сценических эффектов», а фактами.
Вот так, например:
«Известно, что Ленин, собирая партию, созвал конференцию большевиков в 1912 году в Праге. Известно, что эта конференция имела величайшее значение в истории нашей партии, ибо она положила межу между большевиками и меньшевиками и объединила большевистские организации по всей стране в единую большевистскую партию.
Известно, что в том же 1912 году произошло совещание Августовского блока во главе с Троцким. Известно далее, что это совещание объявило войну большевистской конференции и призвало рабочие организации к ликвидации ленинской партии…
Вот как отзывалось тогда совещание Августовского блока о большевистской конференции в Праге в своем заявлении II Интернационалу:
«Совещание заявляет, что эта конференция является открытой попыткой группы лиц, которые совершенно сознательно вели партию к расколу, узурпировать знамя партии и выражает свое глубокое сожаление по поводу того, что несколько партийных организаций и товарищей… содействовали раскольнической и узурпаторской политике ленинской секты. Совещание высказывает свое убеждение, что все партийные организации… будут протестовать против произведенного государственного переворота…»
Вы видите, что тут есть все: и ленинская секта, и узурпация, и «государственный переворот» в партии. И что же? Прошло несколько лет — и Троцкий… приполз на брюхе к большевистской партии, войдя в нее как один из ее активных членов…
…Другой пример из этой области.
Известно, что в конце 1924 года Троцкий издал брошюру под названием «Уроки Октября». Известно, что в этой брошюре Троцкий квалифицировал Каменева и Зиновьева как правое, полуменьшевистское крыло нашей партии… И что же? Прошло всего около года — и Троцкий отказался от своих взглядов, провозгласив, что Зиновьев и Каменев представляют не правое крыло нашей партии, а ее левое, революционное крыло».
Затем Сталин взялся за непосредственно рекламируемых Троцким «лидеров», взялся так:
«Известно, что Зиновьев и Каменев написали целый ворох брошюр против троцкизма. Известно, что еще в 1925 году Зиновьев и Каменев объявили о несовместимости троцкизма с ленинизмом… И что же? Не прошло и года после этого, как они отреклись от своих взглядов… и провозгласили, что группа Троцкого является подлинно-ленинской и революционной группой в составе нашей партии…
Таковы, товарищи, факты, количество которых можно было бы увеличить при желании…»
Уже из этого видно, что дело было не в стремлении Сталина к власти, а в том, что тяготеющие к Троцкому и не приемлющие Сталина «лидеры» ВКП (б) представляли собой наиболее вздорную часть руководства, да притом еще и заведомо беспринципную, политиканскую часть его.
Антисталинские силы были неспособны дать России устойчивую и конструктивную перспективу, были неспособны практически руководить реализацией этой перспективы. И партия — как массовая организация — это уже понимала.
А разбор речи Каменева Сталин завершил сильной концовкой:
«…Мы переживаем теперь период поворота от восстановления промышленности и сельского хозяйства к реконструкции всего народного хозяйства, к перестройке его на новой технической базе, когда строительство социализма является уже не перспективой только, а живым практическим делом, требующим преодоления серьезнейших трудностей внутреннего и внешнего порядка.
Вы знаете, что этот поворот оказался роковым для лидеров нашей оппозиции, испугавшихся новых трудностей и вознамерившихся повернуть партию в сторону капитулянтства. И если… выпадут из тележки некоторые лидеры…то это только избавит партию от людей, путающихся в ногах и мешающих ей двигаться вперед. Видимо, они серьезно хотят освободиться от нашей партийной тележки. Ну что же, если кое-кто из старых лидеров, превращающихся в хламье, намерены выпасть из тележки, — туда им и дорога!»
После этого весь съезд встал и устроил Сталину овацию.
И спрашивается, — если честно, — разве он ее не заслужил?
XV СЪЕЗД признал троцкизм несовместимым с членством в ВКП (б), и 75 активных оппозиционеров во главе с Каменевым и Зиновьевым были исключены из партии. Среди исключенных были деятели троцкистско-зиновьевского блока Раковский, Радек, Преображенский, Каспарова, Серебряков, Иван Смирнов, Лифшиц, Мдивани, Саркис, Лашевич, Муралов, Пятаков, Смилга, вся группа «демократического централизма» — Сапронов, Василий Смирнов, Богуславский, Дробнис и другие…
Троцкий в январе 1928 года был выслан в Алма-Ату, где внешне вел жизнь частную, а на деле продолжал руководить теперь уже подпольной антисталинской и антипартийной работой оппозиции.
В 1929 году он был выслан из СССР через Одессу в Турцию, а в 1932 году лишен советского гражданства.
С 1933 года Троцкий жил во Франции, с 1935 года — в Норвегии, с 1937 года — в Мексике, где и был убит в 1940 году Рамоном Меркадером в результате операции НКВД СССР.
Как я понимаю, Сталин дал указание о ликвидации Троцкого не из-за опасений, что Троцкий может быть некой политической альтернативой ему в случае войны. Как потенциальный глава СССР, Троцкий никогда не имел реальных шансов — у него для этого и близко не было требующихся качеств. Кроме самого Троцкого и его сторонников, это знали все.
Другое дело, что Троцкий, несмотря на все чистки, сохранил в СССР ценную агентуру, а сам был умелым демагогом и как фактор подрывной работы в СССР оказался бы в случае войны значительным.
Да, к 1940 году Троцкий объективно стал злейшим врагом СССР, и только поэтому он был злейшим врагом Сталина. Живой Троцкий в условиях агрессии против СССР мог стать причиной дополнительных
осложнений и дополнительных как минимум десятков тысяч смертей на фронте и в тылу.
Так можно ли было накануне решительных мировых событий оставлять Троцкого в живых?
Думаю, любой честный человек, минимально знающий, что это такое — ответственность, даст на последний вопрос однозначно отрицательный ответ.
На этом Троцкий из моей книги уходит, И хотя к теме троцкизма нам еще придется вернуться, относительно лично Троцкого мне остается сказать здесь немногое…
Темная фигура Троцкого (за ним в период его вынужденной эмиграции числят контакты с многими западными спецслужбами, включая СД Третьего рейха) лично для меня с годами постепенно проясняется, И проясняется как крайне зловещая фигура выдающегося агента влияния Мировой Золотой Элиты, Но Троцкий не был заурядной марионеткой, он имел «идеи», собственные амбиции и собственный кураж… И поэтому антисоветские силы его не столько использовали, сколько поддерживали, поскольку это было в их интересах.
Ленин, конечно же, не представлял себе ясно эту тайную ипостась Троцкого, иначе его отношение к Троцкому было бы иным, Однако Ленин недаром назвал Троцкого — дело было, правда, до революции — «Иудушкой»…
А в ходе революции вышло так, что в сложных политических условиях лета 1917 года, когда большевики оказались партией гонимой, Троцкий (да не сам, а с несколькими тысячами сотоварищей) пришел к большевикам.
Могли ли они тогда отвергнуть «межрайонцев» и их лидера?
Нет, конечно!
И Троцкий стал вместе с большевиками набирать авторитет, а поскольку был блестящим оратором (во время революций качество ценное), то его популярность росла. И хотя действия Троцкого нередко шли во вред советской власти, их списывали на сложность момента и невольные ошибки — кто тогда не ошибался! Ошибался даже Ленин — как вот в «польскую» войну…
Но по мере превращения лидеров большевиков из революционеров в государственных деятелей Ленин все чаще опирался на Сталина, хотя не пренебрегал и возможностями Троцкого. Что интересно — пока Ленин был здоров, он все более сближался со Сталиным, Лишь болезнь Ленина, усугубленная «грузинским делом», стала отдалять Ильича от Сталина и сближать с Троцким. Когда я это понял, нездоровый смысл Троцкого, его болезнетворность стали для меня еще очевиднее!
Антипартийная суть Троцкого окончательно выявилась уже после смерти Ленина, но его антисоветская, антигосударственная сущность стала окончательно проявляться лишь после выдворения Троцкого из СССР. Сталин давно понимал, говоря словами Ленина, «небольшевизм» Троцкого, но и Сталин в 20-е годы все рассматривал через призму идейных разногласий внутри большевизма.
Лишь высылка Троцкого привела к четкому пониманию того, что Троцкий работает против России как таковой, что ему не нужна могучая Россия не только потому, что это будет Россия Сталина, но ему вообще не нужна могучая Россия.
