с кабана: шкура и клык — почему-то один, ещё...
— О! Мясо... Фиалка хочешь я дам тебе...
— Мама? Тётя, вы не видели мою маму?
Послышался сзади плаксивый, жалостливый детский голосок и чьи-то маленькие ручки подёргали меня за штанину.
— Приплыли тапочки к дивану господин Навуходоносор...
Я медленно повернула голову и скосила глазки вниз — примерно догадываясь кого увижу.
Снизу-вверх на меня таращилось чумазое личико девчушки лет пяти. Грязный пальчик во рту, огромные печальные глаза полные слёз и мольбы, босые ножки, совсем непрезентабельное, замызганное платьице — скорее даже длинная майка какая-то, утратившая свой цвет и вид. Немытые, нечёсаные, неприбранные соломенные волосики. Над головой нейтральная надпись — Юленька.
Стоит значит эта Юленька, ненавязчиво так меня за штанину держит — лапки худенькие как у цыплёнка, а хватка железная, между прочим. Метнись я в сторону — либо штанов лишилась бы, либо с места не сдвинулась. Вокруг по-прежнему ни души, лишь что-то, где-то противно скрипит, и это при полном отсутствии ветра.
Пока я в задумчивости размышляла, как бы мне сбежать от этой страшненькой Юленьки — знаю я чем в ужастиках, обычно заканчиваются внезапные встречи с такими вот печальными ангелочками, девчушка принялась активно дёргать меня уже обеими ручками, а потом и вовсе куда-то потащила. В натуре поволокла, прям буксиром, я сама и не думала двигаться с места, но поехала, вынужденно поехала оставляя за собою борозду в дорожной пыли. Пока я прибывала в некотором замешательстве, и размышляла о том, что мне будет, если я этого НПС стукну по голове, меня уже доволокли до какого-то полуразвалившегося дома и затащили внутрь, несмотря на некоторое сопротивление с моей стороны — я за дверной косяк руками зацепилась и застряла в нём. Юленька не смутившись поднажала, хекнула и я въехала в её дом вместе с дверным косяком в руках. И резко осознала, то о чём и так уже догадалась — с такой девочкой лучше не конфликтовать, потом отсюда хрен сбежишь.
Меня протащили через весь дом, и затащили судя по всему в детскую — раз тут везде поломанные детские игрушки разбросаны.
По дороге я постаралась незаметно избавиться от выломанных ранее досок и зацепить освободившимися руками что-то ценное, или хотя бы тяжёлое, раз уж всё равно «пригласили». Ухватилась за какой-то замысловатого вида шкаф — оттуда зазвенела и посыпалась, разбиваясь на осколки всякая посуда, и столовые приборы. Кажется, серебро. Мне там особо один кубок приглянулся. С виду старинный — цены немалой. Но руками я его никак достать не могла, и скомандовала Фиалке — «Достань». Та и достала — проворно запрыгнув на шкаф и принялась жрать всё подряд. Я взвыла и попыталась остановить пета, всё ещё продолжая тащить шкаф за собой, Фиалка что-то радостно булькала мне в ответ, Юленька упорно буксировала куда-то наш натюрморт.
Но всё же мне пришлось бросить этот шкаф — он в нужную комнату не пролез, намертво застряв в дверях.
В детской комнате меня принудительно усадили на пол за кукольный столик розового цвета, на котором стоял игрушечный сервиз и пирог из песка и токсично-яркого пластилина в качестве угощения к чаю. Справа от меня восседал здоровенный, одноглазый, голый, резиновый пупс. Слева плюшевый медведь, с головой набекрень, из шеи которого торчала желтоватая набивная вата. Напротив, села сама маленькая хозяйка, и с деловым видом принялась разливать по пластиковым чашкам невидимый нам чай, приговаривая:
— Сейчас играть будем! Сейчас чай пить будем. Угощайтесь гости дорогие. Осторожнее, чай очень горячий, не обожгитесь.
Мурлыкала она, жмурясь от удовольствия, совсем как маленький котёнок. Мне вдруг стало её так жалко, аж сердце сжалось. Я реально чуть не заплакала.
Фиалка же — бестактное животное, недолго думая потеснила задом пупса, задвинув его подальше и тоже устроилась за столом, с нескрываемым гастрономическим интересом поглядывая на имеющееся «песочное» угощение. Это было так забавно, что отвлекло меня от печальных мыслей.
Я потрясла головой — помнить-помнить о том, что в этой локации все и вся менталом балуется.
Уже трезво и оценивающе посмотрела на НПС — нейтральна.
Для вида взяла в руки пластиковую чашку — изображая воспитанного гостя, приступила к аккуратному допросу очередного свалившегося мне на голову кадра:
— А что малышка, ты тут совсем одна живёшь?
— С мамой и папой.
Пропищала Юленька скармливая моей саламандре кусок сомнительного угощения сразу вместе с блюдцем.
— А где они?
Как можно более беззаботно поинтересовалась я.
— Украли.
Буркнули мне в ответ.
— Кто?
Ещё более беззаботно проворковала я.
— Противная девчонка.
Зло пискнули мне в ответ.
— Какая девчонка? Как её зовут — ты знаешь?
— Знаю — Тана! Противная девчонка, говорила, что моя подруга, что мы будем дружить, а сама украла мою маму и забрала себе.
При этих словах девочка подскочила и молниеносно метнулась под кровать. Пошебаршилась там чуток, и так же стремительно оттуда вынырнула. Подлетела ко мне и буквально впихнула в руки рамку с фотографией. Я вгляделась в изображение — семейное фото. Эффектная молодая женщина с каштановыми волосами, ладной фигуркой сидит на диване — у неё высокая причёска, шляпка, прямая спина. Рядом с ней крупный, крепкий, светловолосый мужчина — на былинного богатыря похожий, он обнимает женщину за плечи. А между ними сидит уже знакомая мне девочка. Ничего такого... только одна деталь — приметная родинка у женщины на шее с левой стороны. И я уже видела точно такую же.
— Тана говоришь... а у неё светлые такие кудряшки и ленты в волосах, голубые глаза, чуть повыше тебя будет и с плюшевым пони ходит и живёт тут недалеко в поместье одном.
Юленька активно закивала головой.
— Ну дела...
Протянула я.
«Вам предложено принять задание от маленькой Юленьки: несчастный ребёнок лишился матери, помогите же их семье воссоединиться.
Всё местное население — это потомки людей, случайно забредших в Третье измерение по своей глупости, или вследствие несчастного случая. Не найдя для себя иного выхода, они были вынуждены приспосабливаться и налаживать свой быт в здешних суровых условиях. Но невзгоды поджидают их на каждом шагу. Обитатели деревни куда-то пропадают и родные ничего не могут с этим поделать.
Выслушайте же рассказ Юленьки о том, что стало с её семьёй и помогите ей. Награда за выполнение задания... Принять?»
— Э-э... ну да..., наверное, принять.
Чего уж теперь — я и так тут таких заданий набрала... Одним меньше — одним больше, уже не суть. Всё равно
