Затем он повернулся к толпе и громко произнес по-латыни: «О ingrata patria, veluti Abdera Democrito!» («О отечество, неблагодарное ко мне, как Абдера к Демокриту!»; согласно преданию, глупые жители греческого города Абдеры изгнали своего великого земляка Демокрита). Он напомнил горожанам, что всего лишь несколько лет назад католические фанатики чуть не убили его, заподозрив в тайной принадлежности к протестантизму. Сезар Нострадамус особо отметил эту реплику своего отца, направленную против невежественных «бушлатов», «кровавых мясников», которые притесняли предсказателя, «принесшего столько славы своему краю».
Карл IX, заверив Нострадамуса в своем особом уважении, предложил ему сопровождать кортеж до замка Эмпери, который архиепископ Арля предоставил в распоряжение двора. Пророк согласился и под взглядами сотен горожан пошел рядом с лошадью короля с непокрытой головой, держа в в одной руке бархатный берет, а другой опираясь на свою красивую трость из морского тростника (улекс европейский), инкрустированную серебром, – в конце жизни Нострадамуса сильно мучила подагра. Так Нострадамус с королем добрались до стен Эмпери. Когда «кочующий двор» расположился в замке, Нострадамус достаточно долго беседовал в королевских покоях с Карлом IX и его матерью. Королева и ее царствующий сын остались очень довольны консультацией. В письме коннетаблю Анну де Монморанси Екатерина Медичи писала: «Проезжая Салон, повидали Нострадамуса, который обещает моему сыну королю всяческое счастье, а также что он проживет столько же, сколько вы, а именно 90 лет».[123]
Посол Испании дон Франсиско де Алава, сопровождавший королевский двор в течение поездки в Салон, сообщал Филиппу II: «Чтобы Ваше Величество убедилось, насколько люди здесь безумны, расскажу Вам, что королева, проезжая местечко, где живет Нострадамус, призвала его и подарила ему 200 экю залога. Она приказала ему построить гороскоп для короля и другой, ее собственный. Поскольку это самый лукавый человек на свете, он никогда не говорит ничего, что не понравилось бы вопрошающим; он так обольстил этими гороскопами короля и королеву, что они велели ему следовать за двором, обращаясь с ним наилучшим образом, пока не устали от него и не оставили его в Арле. Когда я выразил надежду, что с Божьей помощью из этих встреч произойдет великое благо для христианского мира, королева спросила меня: „А известно ли вам, что Нострадамус пообещал мне, что в 1566 году на свете воцарится всеобщий мир и что французское королевство умиротворится и его положение укрепится?“ Когда она это говорила, то имела такой вид, будто цитировала святого Иоанна или святого Луку».[124]
В Салоне Нострадамус предсказал брак Елизаветы Английской и Карла IX; это пророчество произвело настоящую сенсацию и вызвало сильное неудовольствие испанцев. Вскоре английский посол направил своей королеве гороскоп Карла с комментариями Нострадамуса, но Елизавета вежливо отвергла предложение (в тот момент она была почти вдвое старше предполагаемого жениха). К этому же визиту относится другое знаменитое предсказание Нострадамуса – он якобы посулил 11-летнему Генриху Наваррскому корону Франции. Матери этого принца Жанне д'Альбре он еще в 1545 году посвятил свой перевод «Иероглифики» Гораполлона. Стоит отметить, что в 1564 году шансы Беарнца на трон были практически равны нулю. Однако Нострадамус пожелал непременно увидеть мальчика. Присутствуя на утренней церемонии одевания принца, он внимательно осмотрел его, после чего сообщил воспитателю, что Генрих в будущем станет королем Наварры и Франции.
В музее Кро в Салоне выставлена картина Дени Вальверана (1870–1943), представляющая «историческую» сцену этой консультации в присутствии королевы Екатерины Медичи. В центре полотна стоит обнаженный мальчик, будущий Генрих IV. Длиннобородый Нострадамус держит правую руку на голове отрока. Слева сидит королева-мать, внимательно наблюдающая всю эту сцену. За Екатериной Медичи мы видим короля Карла IX в окружении нескольких слуг; он тоже с интересом смотрит на кузена. Ренессансный камин на заднем плане позволяет опознать зал замка Эмпери, где Карл и его мать встречались с Нострадамусом.
Изображает ли картина подлинное событие? Скорее всего, единственная достоверная вещь на картине – это камин.
Очень маловероятно, чтобы Нострадамус, крайне осторожный во всех своих предсказаниях, подлежащих огласке, публично предрек французскую корону молодому беарнскому принцу, да еще и в присутствии королевы-матери, известной своим мстительным нравом. Ведь это означало, что Карл и его братья вскорости умрут… Возможно, подобное предсказание действительно имело место, но касалось оно не Беарнца, а герцога Анжуйского – брата короля Карла IX и будущего Генриха III. Тем не менее Генрих Наваррский, уже став королем Франции, очень любил рассказывать эту историю. Об этом пишет, например, хронист Пьер Летуаль.[125] Осмотрев ребенка, Нострадамус якобы сказал его гувернеру: «Если Бог окажет вам милость и вы проживете достаточно, вашим хозяином будет король Франции и Наварры». Генрих IV, по словам Летуаля, добавлял, что в то утро он очень испугался, так как решил, что незнакомый старик с длинной седой бородой собирается выпороть его (воспитатель долго не давал ему рубашку, чтобы Нострадамус мог основательно осмотреть «знаки» на теле принца).
Согласно последним исследованиям, встреча астролога с Генрихом Наваррским все-таки имела место. Проходила она тайно в доме друга и племянника жены Нострадамуса, Пьера Тронка де Кудуле, чтобы не возбуждать подозрения у Екатерины Медичи. В то время Карлу IX было только 14 лет, и никто не мог предусмотреть, что он умрет бездетным, как и его братья, и что Бурбоны в 1589 году сменят династию Валуа.
Другой анекдот, сообщаемый несколькими хронистами, касается того же принца Наваррского, будущего Генриха IV. Незадолго до прибытия в Салон королевский караван остановился в Марселе, где двор отправился на службу в собор. Разумеется, молодой Генрих Наваррский, воспитанный в протестантской вере, не пошел туда. Тогда его кузен, будущий Генрих III, в шутку сорвал с него берет и забросил его внутрь собора, чтобы заставить мальчика все-таки переступить порог католического храма. Принцу пришлось войти и взять берет. Когда об этой истории поведали Нострадамусу, он сказал, что она предвещает возвращение наваррского принца в лоно католической церкви. Действительно, Генрих IV отрекся от протестантизма дважды – сначала через восемь лет, после Варфоломеевской ночи, потом почти 30 лет спустя, в июле 1593 года.
На следующий день, в среду 18 октября, король пожаловал городу Салону новый герб и разрешил ему назначать третьего консула, после чего направился дальше. На обратном пути королевский кортеж был остановлен в Арле паводком Роны. Король послал за Нострадамусом – очевидно, чтобы тот сообщил, сколько времени понадобится, чтобы воды реки вернулись в прежнее русло. Очевидно, он был удовлетворен ответом пророка, поскольку вручил ему 200 экю золотом; королева-мать со своей стороны добавила еще 100 экю. Вдобавок Карл IX назначил Нострадамуса лейб-медиком и королевским советником. Документы, подтверждающие этот статус, были направлены в Салон позднее. Высокая должность предполагала и соответствующую оплату, что было весьма кстати для салонского провидца, уже не способного работать с прежней интенсивностью. Захватив с собой новоиспеченного лейб-медика, двор направился в Мариньян, Экс, Тулон, Марсель. С 16 ноября по 7 декабря он пребывал в Арле, где Нострадамус дал ряд новых консультаций – в частности, сообщил Екатерине Медичи, что ее дочь Елизавета Валуа, королева Испании, беременна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
