мысли о земных делах, виденное мною в небесной обители немедленно исчезало; так падают с небес те, кто позволяют пасть в мир своим мыслям. Если мне доводилось подумать о моем саде и том, кто остался ухаживать за ним, о денежных делах, о мнении моих знакомых, о том, что я должен был писать, и в особенности о том, как написанное мною будет принято другими и о возможности оказаться непонятым, о новой одежде, которую следовало достать, и о прочих вещах такого рода, духу [моему] тотчас делались неприятные, тревожные или недобрые предложения… отсюда и проистекает меланхолия многих людей…».
В первый день марта 1748 г. он испытал нечто похожее на смерть и воскресение: «В этот день утром я пережил состояние тех, кто умирают, чтобы я мог знать, что они испытывают, а также их состояния после смерти. Мертвым, поистине, я не был, но я был приведен в некое состояние нечувствия телесных органов. Внутренняя жизнь тем временем сохранялась полностью, чтобы я мог воспринять и сохранить в памяти обстоятельства, переживаемые теми, кто умирают…».
Он описывает частичное прекращение дыхания и то, как «небесные ангелы вошли и заняли область сердца», оберегая его от посягательств злых духов: «Когда человек умирает, ангелы немедленно приходят к нему. Стоя у его изголовья, они охраняют его от злых духов. Эту помощь они оказывают каждому человеку; и эти небесные существа остаются с ним еще спустя много времени после того, как душа освобождается от телесной оболочки. И не имеет значения, умер ли человек в постели или в сражении, поскольку все, что составляет его жизнь, — как бы ни было оно рассеянно, — в одно мгновение будет вновь собрано воедино и составит одно».
Эти прозрения были включены в текст «Небесных Тайн» несмотря на колебания некоторых духов (по версии Сведенборга) на счет того, нужно ли раскрывать их для публики: «… Было сказано, что они даются мне вместо чудес, и без них люди не поймут природу книги и не будут верить ей — одним словом, они останутся в неведении относительно ее предмета. Те же, кто просто учены, в большинстве своем отвергнут их».
Что же касается самих духов, которые встречали эту необыкновенную душу — обитательницу сразу двух миров: мира живых и мира мертвых, — то они обычно называли его «странный, удивительный, непонятный».
Духовные приключения, которые переживал в это время Сведенборг, были в самом деле из разряда малопонятных. Они требовали мужества, но не того мужества, которое свойственно искателям приключений. Здесь в этой непростой роли был человек, имевший положение в обществе и талант ученого, человек, для которого были открыты все двери с их обещаниями славы. Как же он распорядился своим богатством? Он предпочел поставить все на карьеру, которая могла принести ему немногим более, чем презрение современников, гонения официального духовенства и враждебность его знакомых, которые видели, что он тратит свое время и деньги на печатание никому не нужных книг. Но он и не ожидал немедленного признания: «Придут те, которые будут судить без гнева и пристрастия», — цитировал он Сенеку.
Но эти опасности были ничто по сравнению с другой опасностью — опасностью общения с мертвыми, с миром духов, заселенным легионами демонов, готовыми в любую минуту наброситься на него и завладеть его душой и телом. Сведенборг понимал эту опасность. Однажды, когда он спал, говорит он, они задумали задушить его и наслали на него такие ужасные видения и кошмары, что он суть было не потерял рассудок. Они внушили ему неодолимое желание покончить с собой. Они пытались заставить его выпить что-нибудь такое, что лишило бы его разума. И они заставляли его ощущать невыносимую боль в разных частях тела.
«Я не уверен, что другие могли бы вынести такие боли, — говорил он. — Но, привыкнув к ним, я мог выносить их, как бы не чувствуя боли». Однажды злой дух подкрался к нему сзади и вонзил ему в спину как бы кинжал. «Я почувствовал, будто острое лезвие пронзило мое сердце, и в тот же миг еще одно вошло в мой мозг. Но, находясь под защитой Господа, я ничего не боялся… Если бы Господь не охранял человека, он бы тотчас погиб вследствие царящей среди демонов неописуемо исступленной и смертельной ненависти к любви и вере в Господа. Но дьявол не может причинить вреда тому, кого оберегает Господь, как мне было дано знать в моих поразительных видениях».
Это безусловное доверие в защиту, даруемую Господом, было сердцевиной мужества Сведенборга. Он переживал все это ради того, чтобы принести на землю, как он твердо верил, знание о непостижимом духовном мире. Его опасная миссия требовала мужества особого рода, о котором в своем последующем трактате, посвященном душе, он пишет в следующих словах: «Настоящее мужество никогда не сосредоточено на собственной персоне, но является неразлучным спутником многих и тем самым — общества… Презреннейший и ничтожнейший из смертных тот, кто не испытывает страха за истину, святые вещи, за небеса и Бога, а только за себя самого… Возвышенные и поднявшиеся выше смертных вещей души не страшатся принять смерть за истину, особенно за небесную и божественную истину, потому что они боятся за истину и страшатся ее уничтожения».
Направляясь из Голландии в Англию осенью 1748 г., Сведенборг собирался напечатать «Тайны» в Лондоне. Он хотел издать свой новый труд анонимно, и это было удобнее сделать в Англии, где его меньше знали. По своему обыкновению он тщательно подготовился к путешествию, не забыв купить вещи, которые могли пригодиться ему на новом месте жительства, в том числе даже две сумки нюхательного табака! Среди книг, взятых им в дорогу, был его «Ивритский лексикон». На корабле он продолжал писать свой «Духовный дневник».
27 ноября 1748 г. он снял на шесть месяцев квартиру в Лондоне по цене шесть шиллингов в неделю. По-видимому, он намеревался весной возвратиться в Амстердам. А пока он с головой ушел в работу над «Тайнами».
В продолжение шести лет главными занятиями Сведенборга стали разъяснение смысла Священного Писания и разгадка тайны сверхчувственных восприятий. Его первое занятие стало результатом его изучений внутреннего строения природы, а позднее внутреннего значения слов. Но его психические переживания совершенно не зависели от каких-либо сознательных усилий и мотивов. В новой работе два направления его поисков слились воедино, даже в полном заглавии книги: «Небесные Тайны, которые содержатся в Священном Писании, или в Слове Господа, разъясненные: здесь сказано о тех, что заключены в Книге Бытия; вместе с удивительными вещами, виденными в Мире Духов и на Небесах Ангелов».
