комок. На случай подобных эксцессов у него было припасено несколько домашних заготовок, поэтому мастеру вряд ли что-то угрожало. Опасение вызвало лишь довольно резкое поведение амбала. От немедленного приведения в действие весьма смертоносного артефакта спасло только присутствие знатной особы.
Сейчас мужчина должен был спешно удалиться, заблокировать входную дверь и вызвать милицию, но быстрый взгляд на прилавок остановил протокол эвакуации: стопка из пяти золотых ярко сияла в свете магического светильника.
Агрессоры точно не оставляют золото на прилавке, поэтому ювелир несколько секунд поколебался, а потом приблизился. Дотронувшись до монет, он сразу определил их подлинность и вскинул глаза на безупречное лицо незнакомки. Она обезоруживающе мило улыбалась. Иллюзия по-прежнему вращалась в воздухе.
Громко сглотнув, старый златолюбец не смог отказаться от значительной суммы.
- Знаю, госпожа. Видел такой на пальце у одного господина.
Девушка одобрительно кивнула и стрельнула глазками на второго охранника. Тот раскрыл ладонь, в которой покоились ещё пять золотых. От увиденного ювелир ах потом покрылся, а потом затараторил быстро-быстро.
- Да, точно, госпожа! Это троюродный племянник одного моего постоянного клиента. Так, седьмая вода на киселе, но всё же, родная кровь. Тот его гоняет по своим поручениям. И надо сказать, парень справляется. Очень пронырливый тип! И скуповатый. Лишнюю медяшку чаевых не оставит…
Через пятнадцать минут мужчина выложил всё, что знает и о чём догадывается в отношении как племянничка, так и его дядюшки, столичного аристократа средней руки. Оставив обещанное вознаграждение, благородная посетительница на прощание осветила улыбкой помещение и вышла вон.
Глава 17
Средних лет средней внешности неброско одетый господин сидел в трактире средней паршивости с робкой претензией на роскошь. Недавно случившееся фиаско ничуть не смутило отъявленного негодяя, обладающего стальными нервами. Он участвовал в реализации плана, составленного где-то наверху и со всей искренностью полагал, что не имеет отношения ни к замыслу, ни к провалу.
Вообще он советовал дядюшке не ввязываться в это дело, но кто бы его послушал! Племянник даже знал почему: кое-кто влиятельный крепко держал недалёкого родственника за яйца. Тому ничего не оставалось делать, как участвовать в заговоре против самого сильного мага Травалии, что по мнению осторожного мужчины было очень глупой затеей.
Снисходительно поглядывая на то, как заезжие мелкие купчики хорохорятся перед кабацкими проститутками, он отобедал и не торопясь направился в усадьбу дядюшки. Хозяин перед покушением, дабы полностью отвести от себя даже малейшие подозрения, уехал в деревню, а теперь сидел там, как мышка под веником, рассылая другим заговорщикам нервные шифровки.
Войдя в маленькую комнатку, выделенную дальнему родственнику от щедрот прижимистым стариком, молодой мужчина скинул верхнюю одежду и собрался было завалиться на широкую кровать, но резко замер. По спине табуном пробежали мурашки. В углу одна половая доска была сдвинута, открывая тайник, который парень собственноручно сделал, когда родственник принял окончательное решение о найме.
Кинувшись на пол, порученец на коленях подполз к углублению под полом и зарычал.
- КТООО?!
Стукнув кулаком по полу, он вскочил на ноги, резко повернулся и… замер.
Возле входа стояли два очень опасно выглядевших амбала и худосочная девушка. Как они проникли внутрь закрытой комнаты было совершенно неясно. Несколько секунд все присутствующие стояли напротив друг друга.
- Дядюшка через тебя нанял ватагу, чтобы напасть на усадьбу Ивана Травалийского? – неожиданно спросила наконец девушка решительным голосом.
Мужчина молчал. В его голове лихорадочно метались мысли. Вроде и не хотелось, но само собой припомнилось, как вредный старикан вызвал к себе и дал задание. Накатил страх. Сам-то заговорщик сбежал в деревню, а племянника оставил на растерзание преследователям.
А ещё были другие… Порученец как-то умудрился подслушать под окном, когда трое упитанных господ собирались вместе и обсуждали чёрные дела.
- Кто вы? – пробормотал парень. – Как вы сюда попали?
Вместо ответа троица молча развернулась и ушла прямо в стену. Уронивший челюсть порученец на мгновение даже забыл про потерю своего тайника. Он совершенно ничего не понимал, хотя острое желание бежать куда глаза глядят начало постепенно заполнять его сознание.
***
Барон пил. Уже больше недели каждый день надирался до беспамятства. Потом болел, лечился артефактами и снова пил. С тех пор, как пришла страшная весть о полном разгроме ватаги наёмников, он понял – ему конец. Ладно бы их всех прикончили, может тогда ещё можно было бы побарахтаться. Но взятые в плен офицеры – это безоговорочный провал. Его успокаивали, что прямых доказательств нет, что к уважаемым людям жёсткие методы дознания применять никто не позволит. Звериное чутьё матёрого интригана говорило: это конец.
Купец сбежал из города… Ха-ха три раза! От смерти не сбежать! С магами, которые играючи победили очень серьёзную ватагу, такое не прокатит.
Потянувшись за кувшином, аристократ попытался схватить ручку сосуда, но пальцы загребли воздух. Озадаченный пьяница растерянно посмотрел на пустую ладонь, а потом снова на выглядевший очень реалистично кувшин.
«Допился», - удовлетворённо кивнул он и хотел было уронить тяжёлую голову на скрещённые руки, но решил повременить. Из алкогольного тумана выплыла ослепительной красоты дева. Её совершенное лицо улыбалось несмотря на то, что ярко голубые глаза оставались холодными.
Барон пошамкал губами, пытаясь осилить приветствие.
- Кто заставил вас организовать нападение на детей Ивана Травалийского? – проговорила она нежным голосом, который совершенно не вязался с острым словно нож взглядом.
- А? – удивился мужчина. – Ивана? Ах, Ивана! - Он с видимым облегчением выдохнул. – Вы уже нашли нас? Хорошо, хорошо. Ик!
Он неловко откинулся на спинку кресла и захихикал.
- А я расскажу! – заплетающимся языком проворчал заговорщик. – Надоело ждать! Я знал, что вы придёте! А они не верили, глупцы! ГЛУПЦЫ! Мы все… глупцы. Мертвецы… Я говорил, что это плохо пахнет. А он такой: ну и пусть, зато такая возможность! Он улетел… А ведь могло получиться. Ватага серьёзная, я узнавал. Два опытных боевых мага, это не шутки. А потом они все… Пшик! И тогда я понял – это конец. Конец!
Бормотание может и бессвязное, а вот мыслеобразы вполне исчерпывающие. Барон никогда не жаловался на память. Вот и теперь он вызывал в голове воспоминания о том, как договаривался, спорил, придумывал варианты. А ещё презрительно вспоминал холёное мордатое лицо того, кто подбил его на эту авантюру.
Высокородный слизняк! Ему не хватило мужества отказаться, когда заграничный партнёр предложил дело. Да что там кривляться? Предложения от ТАКОГО человека никакими предложениями не бывают. На них соглашаются, словно это приказ.
Следующий
