побагровело от гнева.
— Я не потерплю подобных намеков, заклинатель Лунь!
— Намеков? — Танзин приподнял бровь в демонстративном удивлении, — Никаких намеков, Ваше Превосходительство. Я говорю вам прямым текстом. Ваша преданность вполне реальна, но она — лишь средство. А цель, которую вы преследуете — превратить клан Цзао в истинных правителей королевства. Его Величество видит это не хуже меня. Именно поэтому он возвышал вас, но лишь до определенного предела. Вы достигли этого предела, и ваше восхождение застопорилось. Потому что как не может птица взлететь до самого Солнца, так и вам не встать вровень с Его Величеством.
Чуть помолчав, он продолжил:
— Впрочем, не беспокойтесь. С кланом Чжи будет точно так же. Сейчас Чжи Чонглин купается в лучах славы. Наслаждается властью регента. Но пройдет время, и его восхождение прервется, как прервалось ваше. Если сам он не понимает этого, то он глуп.
— Вы с таким уверенным видом рассуждаете об этом, — заявил Гуангли, задетый за живое, — Но в то же самое время вы спешите предстать перед регентом и засвидетельствовать свое почтение. Будь я достаточно дерзок, подобное поведение я назвал бы ничем иным как лицемерием!
— Будь я достаточно невоспитан, я назвал бы вас дураком, — поморщился Танзин, — Я спешу предстать перед регентом не чтобы засвидетельствовать свое почтение, а потому что мне с ним работать. Я выполняю поручения Его Величества, важные для страны в целом, и некоторые из них не терпят отлагательств. Поэтому сейчас, когда Его Величество болен, а наследный принц одержим, это значит, что я должен исполнять волю регента и отчитываться перед ним. Вот так просто. А сейчас, если я ответил на ваши вопросы, то прошу меня простить.
Поклонившись на прощание, он оставил Цзао Гуангли наедине с его бессильным гневом.
Лунь Танзин не сомневался, что только что заронил ядовитые семена в его душу.
Перехватить новоявленного регента ему удалось у входа в Королевский Архив. Совершенно очевидно было, что за короткое время, прошедшее с назначения, многочисленные лизоблюды, жаждущие милостей от представителя королевской воли, успели ему изрядно надоесть; однако зная о том, насколько Его Величество доверял главе Лунь, Чжи Чонглин не допустил и мысли о том, чтобы его проигнорировать.
— Ваше Превосходительство, — Танзин церемонно поклонился.
— Заклинатель Лунь, — ответный поклон Чонглина вышел непозволительно торопливым, — Полагаю, вы хотели обсудить со мной какие-то дела?
— Вы проницательны, как и следует ожидать от личного ученика Его Величества, — ответил Танзин, — Меня беспокоит сложившаяся ситуация, и я чувствую, что не могу сидеть сложа руки. Однако в связи с тяжелым состоянием Его Величества меня сейчас не пускают в его покои, и я не могу получить необходимые мне инструкции. В связи с этим я хотел бы спросить у вас, регент Чжи: есть ли у вас для меня какие-либо указания?
Подобный напор, казалось, поверг наследника Чжи в растерянность. Он явно не знал, что приказать эмиссару по особым поручениям, деятельность которого никогда не пересекалась с его собственной.
— А что последнее приказывал вам Его Величество? — нашелся он наконец.
— Выжидать развязки борьбы за титул наследного принца, — ответил заклинатель Лунь, — Наблюдать, пресекать попытки вмешательств со стороны, переходящих грань допустимого. Особое внимание уделить возможной попытке клана Цзао контролировать второго принца. Однако все это было до того, как борьба приняла столь неожиданный оборот. Если позволите, я бы отправился выяснить подробности того, как погиб первый принц Веймин и как так вышло, что демон смог взять в руки корону, созданную Светлыми Небожителями.
Он намеренно не стал говорить, где и как именно он собирается это выяснять. Однако Чонглин покачал головой:
— Этого не требуется. Корона Семи Слез... Не была в действительности создана Небожителями. Мне известно об этом чуть больше, чем вам.
Танзин поспешил поклониться:
— Склоняюсь перед вашей мудростью, регент Чжи, и не стану расспрашивать о том, что Его Величество в своем прозрении предпочел от меня скрыть. Но неужели для меня не найдется задания в столь смутное время? Признаюсь честно, я весьма неловко себя чувствую, прохлаждаясь во дворце, когда двое из моих племянников мертвы, а еще один захвачен злым духом.
Какое-то время Чонглин молчал. Слишком молодой для своей должности, он никак не мог сохранить должную невозмутимость. Слишком открыто перебирал он край рукава своего халата.
— Я сомневаюсь, что вы сможете как-то помочь излечению наследного принца, — сказал он наконец, — Однако есть кое-что, о чем я хотел бы спросить вас. Если вам удастся помочь мне, это поможет уменьшить напряженность между Великими Кланами, а значит, в перспективе — поможет сохранить мир в стране.
Глава Лунь снова поклонился:
— Я отвечу на ваши вопросы, Ваше Превосходительство, если смогу.
Он сделал вид, что не заметил, что господин регент пытается прикрыть собственный интерес в этом деле.
— Что вам известно про охотничий домик наследного принца? — осведомился Чонглин.
— Охотничий домик? — Танзин слегка приподнял бровь.
Регент кивнул:
— Я слышал ваш разговор с наследным принцем Лиминем. В этом разговоре Его Высочество упомянул свой охотничий домик. Вам известно что-нибудь о нем?
О, ему было известно.
Танзин точно знал, что никакого охотничьего домика не существует: третий принц был человеком городским и выезды на природу никогда особенно не любил.
Однако ответил он иное:
— Мне доводилось слышать, что принц Лиминь в прошлом любил ездить на охоту в земли клана Хоу. Учитывая его... репутацию, я счел для себя неподобающим интересоваться характером и подробностями этой «охоты» и тем, какую «дичь» выслеживал мой племянник. Если сейчас это знание является важным, то я глубоко раскаиваюсь в своей недальновидности и готов понести за неё наказание.
Чонглин чуть улыбнулся:
— Ну что вы, заклинатель Лунь. Вы не могли знать, что эта информация будет так важна. Однако теперь я хотел бы узнать больше об этом охотничьем домике. Вы ведь понимаете...
— ...что там в данный момент могут томиться благородные дочери двух Великих Кланов, — закончил за него Танзин, — И одному Небу ведомо, что мог сотворить с ними демон. И со дня на день в столицу прибудут главы кланов с вопросом «где наши дочери», отвечать на который придется вам. Да, Ваше Превосходительство. Я понимаю это. Если вы того желаете, я немедленно отправлюсь на поиски.
Вот так его путешествие стало желанием регента. С королем такой трюк, быть может, и не прошел бы.
Но
