Далее разбито.
Нимгирсиг, кормчий барки,
Для Владыки священный скипетр в руке держит.
50 лахам[49] Энгурры ласковые речи ему говорят.
Гребцы, птицам небесным подобно, [. . . . .]
Царь, стоящий (в Стране), отец Энки, голову в Стране поднявший,
Великий Князь, к Стране своей вышедший,
Изобилие Неба и Земли заставивший сиять —
Энки — судьбу определил:
«Шумер, Гора Великая, Единение Неба и Земли,
Покрытая истинным светом! Страна, от восхода до заката несущая МЕ!
МЕ твои — МЕ высокие — недосягаемы!
Сердце твое искусно сделано, никому не доступно!
В мумму[50] твоем, где рождаются боги, — месте, как Небо, недосягаемом,—
Если рождается царь — диадема сверкающая его обвивает,
Если рождается эн — корона на голову его возлагается!
Владыка твой — Владыка Истока — с царем Аном на небесном престоле восседает!
Царь твой — Великая Гора, отец Энлиль, —
Отец всех стран зеленеющим древом тебе [. . . .]
Ануннаки, великие боги,
В сердцевине твоей — Киуре — места заняли!
Травы едят на твоей террасе, из одиночных стволов собранной!
О дом-Шумер! Хлева твои пусть воздвигнуты, коровы твои плодовиты!
Загоны твои пусть воздвигнутся, овцы твои пусть размножатся!
Террасы твои пусть Небо поддерживают!
Пусть [дом] твой праведный руки к Небу простирает!
Пусть Ануннаки в сердцевине твоей судьбы определяют!»
К святилищу Ура подошел он,
Энки, царь Абзу, судьбу ему определил:
«Город, имеющий необходимое, водой омывающийся! Бык, спокойно стоящий!
Престол изобилия, над странами простирающийся, как лесистая гора, зеленеющий!
Широкая тень леса хашур, сама собой любимая!
Пусть совершенные МЕ твои в порядке будут!
Великая Гора Энлиль в Небе и на Земле имя твое высокое назвал:
„Ты — город, чья судьба определена Энки!“
Пусть святилище Ура к Небу шею поднимет!»
К стране Мелухха подошел он,
Энки, царь Абзу, судьбу ей определил:
«Черная страна![51] Стволы твои пусть велики, лес [твой] — дерево мес чужеземья да будет!
Трон из него [пусть] в царском дворце находится!
Пусть тростник твой велик, тростник чужеземья да будет!
Пусть воин (твой) оружие на месте битвы [оставит]!
Быки твои пусть велики, быки чужеземья [да будут]!
[Пусть] их крик криком туров чужеземья [будет]!
Пусть великие МЕ богов будут для тебя [совершенны]!
[Пусть] гребни петухов чужеземья — из [сердол]ика!
[Пусть] птица твоя — птица Хайа![52]
Крики ее пусть в царском дворце раздаются!
Серебро твое золотом пусть будет!
Медь твоя пусть оловом бронзы станет!
Чужеземье! Все, что имеешь, пусть изобильным пребудет!
Пусть люди твои [. . . . .]!
Пусть [муж] твой, быку подобно, к сопернику своему выходит!»
Далее разбито.
Ст[рану Диль]мун очистил, осиял,
Нинсикиль ее поручил.
[. . . . .] княжескому святилищу даровал, рыбу его ел.
[Пальму] полю праведному даровал, финики е[е е]л.
[…] х […] Элам Мархаши [. . . . .]
Далее разбито.
Царь силой, данной ему Энлилем,
Их храмы порушил, их стены уничтожил.
Серебро и лазурит — их богатство—
Энлилю, царю всех стран, в Ниппур принес.
Города не имеющего, храма не имеющего —
Марту — Энки скотом одарил.
После того как глаза с этого места отвел он,
Отец Энки на Евфрат их поднял.
Как самый бодливый бык перед схваткой, встал он,
Член свой поднял, излил семя,
Прозрачной водой Евфрат наполнил.
Далее разбито.
Тигр [встал] на его пути, как бык бодливый.
Член он поднял, брачный дар принес.
Тигр, как большой бодливый тур, возрадовался [. . . . .]
Воду принес — вода эта прозрачна, сок ее поистине хорош!
Ячмень принес — пестрый ячмень это, съедобен он для людей!
Экур, дом Энлиля, всяким добром он наполнил.
Энлиль Энки обрадовался — Ниппур радостью светится!
Владыка диадему — знак энства — [надел],
Корону истинную — знак царственности — [на себя возложил],
Земли слева от себя коснулся—
Изобилие от земли этой ему вышло!
Справа от себя скипетр положил (?),
Дабы Тигр и Евфрат вместе питались.
Только слово он промолвил —
Процветание из дворца, маслу подобно, вышло!
[Энки], владыка определения судеб, царь Абзу,
Энбилулу, смотрителю рек,
Это поручил.
К [Болоту] воззвал он, рыб сухур-хи и сухур ему даровал.
К [зарослям тростниковым] воззвал он, тростник ги-уш[53] и зеленый тростник даровал им.
Далее разбито.
Тому, из [чьих сетей] ни одна рыба не вырвется,
Из чьих капканов ни один [зверь] не вырвется,
Из чьих силков ни одна птица не вырвется,
[. . . .] сыну Исина (?) —
Нанне (?), любителю рыбы, —
Энки это поручил.
Владыка дом основал, святилище светлое, чье сердце сотворено искусно!
На море дом основал, святилище светлое, чье сердце сотворено искусно!
Сердце святилища — нить скрученная, никто ее не размотает!
Положение [святилища] — звезда Площадь, (на Небе) стоящая!
Верх (?) светлого [святилища] к звезде Колесница подступает!
[…] яростн[ый…] сияние Неба […]
Ануннаки, великие боги, его не вынесли.
[. . . .] дворец радуется!
Ануннаки с молитвой и [приношением] ему предстали,
Для Энки высокий престол Э-энгуры они учредили.
Далее разбито.
Экур, дом [Энлиля], добром он [наполнил],
И Энки Энлиль обрадовался, а Ниппур просиял от счастья!
Далее разбито.
Высокие волны Энгуры,
Ярость их пены, волнение моря […] х […]
Далее разбито.
Госпоже Сирар[ы, матери Нан]ше,
Морские широкие дали
Энки поручил.
Дождь небесный он вызвал.
Далее разбито.
Оседлавшему шторм великий, молниями украшенному,
Священному засову середины Неба,
Сыну Ана, смотрителю каналов Неба и Земли —
Ишкуру, человеку орошения, сыну Ана,
Энки это поручил.
Плуг, ярмо и упряжь он подготовил.
Великий Князь Энки направил волов по прямой дороге,
Нива священная уста раскрыла,
Поле праведное ячмень прорастило.
Владыке, увенчанному диадемой, приличной для степи,
Совершенному рукой пахарю Энлиля —
Энкимду, человеку каналов и арыков,
Энки это поручил.
Владыка поле праведное окликнул, пестрый ячмень ему даровал,
Энки горох, чечевицу и […] вывел,
Зерно эштуб, пестрый ячмень, шинну-ха в кучи сложил,
Энки кучи и груды умножил,
И из-за Энки Страна в изобилии расширилась.
Той, чье голова и тело пестры, чье лицо медом покрыто,
Госпоже совокупления, силе Страны, жизни черноголовых —
Ашнан, хлебу доброму, хлебу множеств,
Энки это поручил.
Великий Князь к мотыге мускулы приложил, кирпичную форму в порядок привел,
Острие, как драгоценное семя, (в землю) вонзил.
Зубец мотыги — змея, поедающая трупы, […]
Его кирпичная форма [. . . .] в порядке!
Кулле, человеку кирпичей Страны,
Энки это поручил.
Измерительную нить он положил, основание подровнял,
На стороне Собрания храм поставил, омовение рук совершил.
Великий Князь основание заложил, кирпич на него возложил —
Основание, им заложенное, неразрушимо!
Истинный храм, им построенный, неизменен!
Арка его, как небесная радуга, середины Неба достигает!
Мушдамме, великому строителю Энлиля,
Энки это поручил.
В степи Ана священную тиару он надел,
В степи Ана лазуритовую бороду простер, лазуритовую диадему на себя возложил —
Благое это место, травой блистающее, самым совершенным сделал,
Зверей степных умножил, до нормы довел,
Диких баранов, пастбищных баранов он умножил, совокупление им предрек.
Герою, короне степи Ана, царю степи,
Великому льву степи Ана, си[лу имеющему], высокой [руке] Энлиля —
Сумукану, царю лесистой горы,
Энки это поручил.
Загон он построил, омовение рук совершил,
Хлев установил, лучшее масло и молоко ему дал,
К священному месту трапезы богов сияние радости вернул,
Степь, созданную для роста трав, он заставил производить изобилие.
Царю, праведному благодетелю Эанны, другу [Ана],
Любимому зятю юного Сина, мужу светлой Инанны,
Госпожи-владычицы великих МЕ,
Что на улицах Кулаба совокупляться приказывает, —
Думузи, дракону Неба, другу Ана,
Энки это по[руч]ил.
Экур — дом Энлиля — имуществом он наполнил.
