Этой ночью я так и не смог заснуть, постоянно вспоминая того парня. И всю ночь задавался вопросом: если бы я оказался на его месте, сумел бы стать лучше? Сумел бы перебороть окружение? Он пытался. Мне ли не знать? Я ведь прожил всю его жизнь и лучше кого бы то ни было знал, как сильно он пытался. Увы, обстоятельства оказались сильнее. Смог бы их преодолеть я? Ответа нет. Получается, что все зависит от окружения? Обстоятельств? Но разве не существовало подонков, выросших в благополучной обстановке? Так от чего тогда все зависит? От чего?
Дни шли за днями. Бесконечные тренировки, диссертация, кристалл отнимали все свободное время. Вставать приходилось в пять утра и ложиться в час ночи. Феола занималась почти в таком же режиме. Ей даже приходилось в чем-то сложнее, ибо с кристаллом она сейчас работала постоянно. Сформировавшийся разум требовал неусыпного присмотра. Потом еще возня с опекой, которую оформили на Ваську.
– Скажи, неужели вы куда-то опаздываете? – не выдержал однажды отец. – К чему такая спешка?
Что я мог ответить? Отец понимал мое молчание. Понимал, что я о чем-то не хочу говорить. Понимал и не спрашивал. Знал, что, когда придет время, все расскажу сам. Тем не менее наш с сестрой график сильно ему не нравился.
– Прости, папа, – покаянно склонил я голову. – Но сейчас наша работа оказалась в самой ответственной фазе. Ты же знаешь, что мы воспитываем новый разум.
– Мыслящий кристалл, – вздохнул отец. – Я всегда знал, что ты сотворишь в конце концов нечто необычное. Только взвесил ли ты все последствия? Ты обрекаешь этот разум на одиночество.
– Почему? – вмешалась сестра. – Он не одинок хотя бы потому, что его мышление очень близко к мышлению биокомпов. Появятся и другие кристаллы.
– Зачем? Что в этом кристалле особенного?
– Пап, извини, – я опустил голову. – Я еще не могу ответить.
Отец вздохнул.
– Если вы считаете это все настолько важным, что отдаете работе все силы, то я не могу вам мешать. Буду ждать результатов вашей деятельности. Только вас ведь постоянно друзья спрашивают. А вы то у профессора Танаки, то в своей пещере пропадаете.
– Я же еще и диссертацию пишу…
– Знаю. Василий упорно отказывается говорить даже о ее теме, – усмехнулся папа.
– Еще не время.
– Беги уж.
И я бежал на очередные занятия. Точнее, бежали мы с Феолой, которая тоже благополучно, если можно так сказать, сдала экзамен по упражнению «дом с эмокристаллами». Теперь мы действительно занимались по полной программе. Фехтование, псизащита и нападение, рукопашный бой, теория полетов, устройство истребителей и их пилотирование, тактика группового боя. С учетом того, что я выбрал не только курс полетов, но и курс десантников, приходилось еще изучать защитные доспехи и действия в них. Пока, правда, вся практика велась на тренажерах. После занятий короткий отдых с восстановлением сил и перемещение к пещере, где Феола немедленно отправлялась к кристаллу.
– Нет, ты посмотри, что они тут устроили?! – послышался возмущенный крик Феолы.
От неожиданности я выронил зародыши кристаллов, которые переносил в специальный ящик-хранилище, и бросился на крик. Феола стояла в дверях главной лаборатории, уперев руки в бока. Я заглянул через ее плечо. Посреди лаборатории парило изображение шахматной доски с фигурами. Партия, судя по всему, заканчивалась полной победой черных. Их ферзь плавно переплыл на новое поле, объявляя шах. На крик Феолы доска никак не прореагировала.
– Вась, – послал я мыслеобраз. – Чем это вы занимаетесь?
– Разве не видишь? Играем в шахматы.
– Ага, Дерри, играем, – послышался второй голосок. Голос еще не сформировался, и потому даже такая короткая фраза оказалась произнесена совершенно разными интонациями, что немного сбивало с толку. Точнее не голос, а мыслеобраз.
– Кстати, тебе не кажется, что нашему малышу пора дать имя? – опять вмешался Васька. – Ему уже три месяца от роду. Почти взрослый.
– Три месяца, – опять повторил голос.
– Имя! – взвилась Феола. – Васька, я тебе сейчас точно кактусы в гнезда для кристаллов насую! Я предупреждала, что пока нельзя напрягать наш новорожденный разум, или нет?
– Мне не трудно, – опять вмешался голос. – Меня это ничуть не напрягает.
– А ты вообще молчи! – отрезала Феола. – И только попытайся мне заблокироваться! Дай я тебя обследую.
Некоторое время Феола молчала. Потом вздохнула:
– Похоже, я действительно слишком осторожничаю.
– Хочу имя, – вмешался голос. – Почему у меня нет имени?
И правда, почему?
– Вообще-то, – почесал я затылок, – я предполагал, что ты сам его выберешь, когда повзрослеешь, как это делают биокомпы.
– Но людям имена дают их родители, – возразил кристалл. – Дайте мне имя.
Васька хихикнул.
– Итак, уважаемые родители, ребенок требует имени.
Эмофон поколебал сдвоенный рык Феолы и мой.
– Васька!!! В утиль пущу!!! – зарычал я.
– Вот так и проявляется неуважение к старшим, – притворно печально вздохнул Васька.
– Кристя! – выпалил я, прекращая шутливую перебранку.
– Что? – удивленно поинтересовались Васька и Феола одновременно.
– Имя, говорю, Кристя.
– Почему Кристя?
– Ну… сокращенно от кристалла – Кристя.
– Мда-а-а, – Феола уничижительно посмотрела на меня. – Твоей фантазии позавидует любой.
– Придумай лучше, – обиделся я.
– А мне нравится, – вдруг вмешался кристалл, за что получил не менее уничижительный взгляд моей сестры.
– Сразу видно, частица чьей души живет в нем, – ехидно заметила она. – Ладно, фиг с вами, если нравится, пусть будет Кристя.
Как раз в этот момент партия на доске завершилась весьма эффектным матом. Кристя обиделся. Одна из белых фигур приподнялась и попыталась спихнуть с доски фигуры черных, но только проходила сквозь них. Васька сначала спокойно наблюдал за этим безобразием, а потом просто убрал доску.
– Проигрывать надо уметь, – наставительно заметил он. – Раз проиграл, изучай и анализируй свои ошибки. Махать же кулаками после драки контрпродуктивно.
– Эй, – помахала рукой в воздухе Феола. – Вась, ты не забыл, с кем разговариваешь? Полагаешь, Крис уже знает такие слова?
– Контрпродуктивно, – заговорил вдруг Кристя. – Образовано от латинских слов контр и…
– Ладно-ладно, вижу, знаешь, – слегка ошарашенно отозвалась Феола.
– Я читал словари, – важно признался Кристя.
– Он вообще талантливый ребенок, – заметил Васька. – Особенно с таким учителем, как я…
– Заткнись! – хором вскричали мы с Феолой.
– Уж и похвастаться нельзя. Кстати, Дерри, что-то у нас с Крисом связь немного барахлит. Мне это не нравится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
