от дежурства и сразу отправился отдыхать. Увы, спокойно поспать не вышло. Мысли о лёгких деньгах не отпускали. А едва стоило сну подкатить, как сразу чудился звон монет или, и вовсе, мерещился заветный блеск…
Глава 20. Сволота в капюшонах II
— Йо! Подъём! — в бок ощутимо стукнули.
Венга. Вот же неугомонная!
— Чо? — недовольно выдавил парень, выглянув испод шкуры, которой укрывался. Глаза решительно не хотели разлипаться, ведь заснуть удалось только под утро.
— Ничо. Мы пришли.
— Поздравляю.
Вот и весь нехитрый диалог двух, по сути близких, друзей. Потом, правда, девушка сообщила, что Батя приказал всех будить. Но это было как бы, невзначай. На много больше, наёмницу интересовало расположение бани. К её сожалению, купель так только называлась, вода была едва ли тёплая.
Остальную банду Макс застал за обсуждением грядущего договора. Даджой кивнул и крепко пожал предплечье юноши.
— Ну как обычно, мужик! — разглагольствовал Батя. — Ты главное цены втридорога задери, а я потом сторгуюсь до половины. Ну и премию там какую-то, и компенсации, и енти твои, как их? Форс-мажоры! Во!
— Да погодите вы все! — отмахивался великан. — Дайте сначала на карты посмотреть и на расположение сторон. Может вообще — заложника брать придётся и валить по-быстрому.
— Какие заложники, братан?! Ченожопые в лоб прут, а местные — тоже стадо безголовое! Не могут свои преимущества использовать!
— А фанатиков ты куда денешь? — понизил голос Джой, но в итоге таки сдался давнему другу, — Ладно, посмотрим.
— Посмотрим. — согласился Батя и обратил внимание на Макса. — О! Встала, красна девица! Ну шо, сразу к Райнеру пойдём, али обождём пока сам припрётся?
Тут голос подал Кеншин:
— А толку к нему идти? Бургомистр нас на блокпостах ищет. Без него разве получится договор заключить?
— Заключить — может и нет. — хитро ухмыльнулся командир. — А вот сочинить точно сумеем!
По итогу импровизированного совещания дождались Венгу и стали выходить. Кстати, да, оба дежурных наёмника пришли в город по инициативе Даджоя. Что толку торчать с бойцами в крепости? Или, например, потом за ними ещё раз возвращаться? Короче, Кен как обычно закрыл донжон и ворота, и все дружно утопали в Шварцштайн. Ну а ночь помогла скрыть манипуляции с крюками и верёвками.
С собой прихватили и всякой всячины. Двустволку и патроны для Макса. Проклятый пояс и кость с металлической нашлёпкой, на случай если в городе найдётся антиквар или коллекционер. Кен приволок целый баул своего снаряжения. Ну и ещё немного провианта для бригады. А то мало ли, святоши со снабжением кинут…
Кстати, блокпосты миновали без задержек. На удивление, большинство ополченцев умели читать на местном диалекте. А кое-кто и на общепринятом сносно объяснялся. Как ты церковников грязью не поливай, а школы у них хорошо работают.
* * *
До штаба ополчения добрались без происшествий, но любопытства снова вызвали прилично. Горожане разевали рты, завидев самоходную гору стали. Ну всё, теперь точно слухов не обобраться!
Райнера застали в тяжёлых раздумьях. А завидев Макса, он и вовсе помрачнел. Наверное, дежурные уже доложили, что ни нарушителей, ни посетителей за ночь не объявлялось. На этом фоне, даже личность великана не вызвала интереса. Да и сотрясающая каштановой гривкой Венга обошлась без должного внимания.
На предложение Бати немедленно приступить к заключению договора, шериф развёл руками. Мол, действительно, чего тянуть?
Стулья решили не делить. Сели только Даджой с Батей. Остальные угрожающе рассредоточились по помещению.
Впрочем, к сему факту претензий озвучено не было. В отличии от количества появляющихся пунктов контракта. Первая часть документа осталась скромной, как и договаривались. Но вторая, с пересчётом оплаты после победы…
Это тебе и разная оплата за спокойные и не очень дни, и компенсации за раненных и убитых, и продолжение спонсирования вышедших из строя воинов по упразднённому ценнику.
А уж как по самолюбию воеводы ударило требование полного подчинения местных сил — командиру наёмников!
Но, к сожалению, аргументы городского законника никак не противостояли убеждениям прожжённых солдат удачи.
Скрип зубов и громкие вздохи стали обязательными атрибутами каждому условию грамоты. Ну а что поделать, коли враг у ворот? Да не у одних, а сразу у почти пол десятка!
В общем, долго ли, коротко ли, а договор составили аж на четырёх листах!!!
И чего там только не предусматривалось. От срочной всеобщей мобилизации населения, до тренировок этих новобранцев. А уж с обязательным снабжением как завернули…
Когда наконец все споры завершились, Райнер справедливо раздумывал, защищает он твердыню, или таки помогает её грабить? И самое главное, как это всё представить высокому начальству?! Которое, кстати, куда-то исчезло спозаранку.
Но, как говорится, легки на помине.
Дверь распахнулась так резко, что вояки аж схватились за оружие. Игнорируя угрозу, в кабинет вошёл епископ, а за ним — взмыленный бургомистр.
Не дожидаясь приглашения от хозяина, церковник отодвинул свободный стул подальше от Даджоя и вольготно плюхнулся. При этом, не забыв закинуть ногу на ногу под рясой.
Вольдемар вёл себя менее дерзко и остался на ногах, хотя ещё одно место было.
— И Вам гутен таг, дорогие геррен. Вы как раз вовремя. На контракте нужны визы от представителя власти и, конечно же, метрополии. — кажется, шериф специально подчеркнул обособленность церкви от правительства.
Фридрих брезгливо, одними лишь пальцами, взял бумаги и принялся вчитываться. Просмотренные листы он демонстративно отбрасывал обратно на стол. И всё это — ни произнося ни слова. От такого поведения Райнер побагровел прямо на глазах.
Удивил товарищей и Даджой. Обычно спокойный и терпеливый, он громко дышал, широко раздувая ноздри. А уж как плотоядно он смотрел на святошу… Иной воин обмочился бы под таким взглядом.
Но этот гад оказался крепким орешком. Встретившись глазами с исполином — даже попытался изобразить расслабленность.
Дойдя до второй части договора, епископ усмехнулся. Его порадовали слова «если удастся одержать победу». По всей видимости, именно их он и искал, потому что далее ознакомление пошло куда быстрее.
Закончив, он наконец молвил строгим, практически менторским, тоном:
— Райнер. Прежде чем всё зайдёт слишком далеко, я хочу убедиться, что ты знаешь, с кем договариваешься. — и достал из рукава рясы свёрнутый пергамент. Ещё через миг на столе был разложен потрёпанный плакат о розыске преступника.
Увидев собственный портрет, Батя не растерялся и совершенно спокойно прокомментировал:
— Был молод, горяч. С кем не бывает? Годы прошли, теперь всё иначе. Но Вы не подумайте, уважаемый хер, я каюсь, конечно же.
От последней фразы Венга прыснула сквозь зубы.
Удостоив «бабу в штанах» презрительного взгляда, епископ присмотрелся к объявлению.
Рисунок
