- Значит, эта собака...
- Эта собака могла принадлежать Самюэлю Вернону. Но если мое предположение правильное, Динго оказался счастливее своего хозяина: ему удалось вернуться назад к устью Конго, где его нашел капитан «Вальдека».
- А вы уверены, что француза-путешественника действительно сопровождала собака, или это только ваша догадка?
- Нет, миссис Уэлдон, это только моя догадка, - ответил капитан Гуль. - Зато бесспорным фактом является то, что Динго знает буквы «С» и «В», инициалы путешественника. Каким образом и где собака научилась различать эти две буквы, я, разумеется, не могу вам сказать. Но Динго отлично знает их. Глядите, он подталкивает кубики лапой, точно просит нас прочитать буквы.
И правда, поведение Динго нельзя было иначе истолковать.
- Разве Самюэль Вернон один предпринял такую трудную экспедицию? - спросил Дик Сэнд.
- Не знаю, - ответил капитан Гуль. - Но весьма вероятно, что он взял с собой отряд носильщиков-туземцев.
В эту минуту Негоро вышел из каюты на палубу. Сначала никто не обратил внимания на его приход, и поэтому никто не заметил странного взгляда, который португалец бросил на собаку, попрежнему оберегавшую два кубика с буквами «С» и «В». Но Динго, увидев судового кока, яростно зарычал и оскалил зубы.
Негоро тотчас же ушел назад в каюту, но взгляд, который он бросил на собаку, и угрожающий жест, который вырвался у него, не предвещали Динго ничего хорошего.
- Здесь кроется какая-то тайна, - прошептал капитан Гуль, от глаз которого не ускользнула ни одна подробность этой краткой сцены.
- А все-таки странно, мистер Гуль, - заметил Дик Сэнд. - Как же это собака научилась различать буквы алфавита?
- И ничего тут нет странного! - заявил маленький Джек. - Мама часто рассказывала мне про собаку, которая умела читать и писать, как настоящий школьный учитель, и даже играла в домино.
- Дорогой мой мальчик, - улыбаясь, сказала миссис Уэлдон, - собака Мунито, о которой я тебе рассказывала, совсем не была такой ученой, как тебе кажется. Если верить тому, что мне говорили, Мунито не умела отличить одну от другой буквы, из которых она составляла слова. Весь секрет ее «учености» заключался в замечательно остром слухе. Ее хозяин, ловкий американец, заметил это качество у Мунито, стал развивать его и в конце концов добился удивительных результатов.
- Как же он достиг этого, миссис Уэлдон? - спросил Дик Сэнд. Тайна ученой собаки заинтересовала его не меньше, чем Джека.
- Вот как, друг мой. Когда Мунито предстояло «сработать» перед публикой, на столе расставляли кубики с буквами, вроде кубиков Джека. Собака ходила по столу в ожидании, пока из публики назовут слово, которое ей надлежало сложить. Обязательным условием было, чтобы это слово знал хозяин Мунито.
- Значит, в отсутствие хозяина... - начал юноша.
- ...собака ничего не могла сделать, - сказала миссис Уэлдон. - И вот почему. Буквы были расставлены на столе, собака расхаживала взад и вперед вдоль этого алфавита. Подойдя к букве, которая входила в заданное слово, она останавливалась, но не потому, что знала эту букву, а потому, что различала звук, неуловимый ни для кого другого; слышала, как американец щелкал зубочисткой, спрятанной в кармане. Это служило для нее сигналом, Мунито брала кубик и ставила его рядом с другим кубиком в определенном порядке.
- И в этом заключался весь секрет? - воскликнул Дик Сэнд.
- Да. Секрет, как видишь, несложный, - ответила миссис Уэлдон. - Впрочем, и большинство других фокусов обычно так же просты. Когда хозяина не было вблизи, Мунито теряла свой «дар». Поэтому-то меня так удивляет, что и в отсутствие Самюэля Вернона, - если только он действительно был хозяином собаки, - Динго сумел распознать эти две буквы.
- В самом деле, - заметил капитан Гуль, - это достойно удивления. Впрочем, здесь ведь собака не складывает из букв любое слово, по выбору публики: она выбирает только две буквы - всегда одни и те же. В конце концов собака, которая звонила у дверей монастыря, чтобы получить остатки обеда, предназначенные к раздаче нищим, или та собака, которая поочередно с другой через день должна была вращать вертел и отказывалась работать не в свою очередь, - быть может, эти собаки гораздо сообразительнее нашего Динго. Но не в этом дело. Перед нами неоспоримый факт: из всех букв алфавита Динго выбрал только две - «С» и «В». Других букв он, повидимому, не знает. Из этого можно сделать только один вывод, что существовали какие-то причины, которые заставили собаку запомнить именно эти две буквы.
- Ах, капитан Гуль, - вздохнул Дик Сэнд, - если бы Динго мог говорить! Он объяснил бы нам, что означают эти буквы и почему он точит зубы на нашего кока!
- Да еще какие зубы! - рассмеялся капитан Гуль, указывая на Динго, который в эту минуту зевнул, обнажив свои страшные клыки.
ГЛАВА ШЕСТАЯ Кит на горизонте
Легко себе представить, что этот странный случай с Динго не раз служил темой бесед, которые вели на корме «Пилигрима» миссис Уэлдон, капитан Гуль и Дик Сэнд. Молодой матрос инстинктивно не доверял Негоро, хотя поведение судового кока попрежнему было безупречным. На баке, в помещении команды, тоже немало говорили о Динго, но пришли к другому выводу: он был признан ученейшим псом, который не только читает, но, может быть, и пишет получше иного матроса. И если он еще не заговорил на человеческом языке, то только потому, что у него, очевидно, имеются веские основания хранить молчание.
- Вот увидите, - ораторствовал рулевой Болтон, - в один прекрасный день этот пес подойдет ко мне и спросит: «Куда мы держим курс, Болтон? Какой ветер нынче дует? Норд-вест или вест-норд-вест?» И мне придется ответить.
- Мало ли есть говорящих животных, - рассуждал другой матрос, - сороки, попугаи!.. Почему бы и собаке не заговорить, если ей захочется? Кажется, клювом говорить труднее, чем пастью.
- Правильно, - подтвердил боцман Говик, - а все-таки говорящих собак никогда не бывало.
Команда «Пилигрима» чрезвычайно удивилась бы, узнав, что говорящие собаки существуют. У одного датского ученого была собака, которая отчетливо произносила слов двадцать. Но непроходимая пропасть отделяет такое умение от настоящей осмысленной речи. У собаки датского ученого голосовые связки были устроены так, что она могла издавать членораздельные звуки. Но смысл произносимых слов она понимала не больше, чем, скажем, попугаи, сойки или сороки. Для всех «говорящих» животных слова - это только разновидность пения или крика, - значение этих звуков остается для них непостижимым.
Как бы там ни было, но Динго стал героем дня на борту «Пилигрима». К чести его надо сказать, что он от этого не возгордился. Капитан Гуль неоднократно повторял опыт: он раскладывал деревянные кубики перед собакой, и Динго без ошибок и колебаний всякий раз вытаскивал два кубика с буквами «С» и «В», не обращая внимания на остальные буквы алфавита.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
