Поражённая, она смотрела на них, не в силах оторвать взгляда. Если убрать одежды, прекрасные драгоценности и ауру силы, все ещё исходящую от этих двоих, то женщина выглядела, как… Элири достаточно часто приходилось видеть в зеркале собственное лицо. Они могли бы быть матерью и дочерью. Мужчина тоже был ей смутно знаком. Те же черты лица, та же усталость, таящаяся в уголках губ… Ка-дих, это же Ромар! Ромар, каким он мог бы выглядеть, если бы был старше на двадцать лет, которые, конечно, оставили бы свою печать на всём его облике.
— Кто вы? Чего хотите от нас? — воскликнула Элири.
В ответ перед её внутренним взором начали мелькать изображения. Звуков не было, но увиденное захватило её с такой силой, что она замерла без движения.
Те двое, которые сейчас лежали перед ней, жили, любили и радовались в мире, существовавшем когда-то. Жили они здесь, в этом здании из золотистого камня, а любили друг друга, соединившись душой, разумом и телом. Радовались:.. Ах, да, радовались они, глядя на своих детей, мальчика и девочку, близнецов, совсем маленьких, которые только-только начали учиться ходить. У них был враг, один из древних адептов. Завидуя их ослепительному счастью, он плёл нити заговора, планируя уничтожить этих детей Света, которых боялся и ненавидел. Элири видела, как страну наводнило Зло, которое он наслал, чтобы расправиться с её обитателями. Она видела, как поначалу эти двое пытались воззвать к разуму своего врага. Они не хотели враждовать, не хотели сражаться, не хотели, чтобы кровь окропила зелёную траву. Но он-то жаждал одного — войны, и его Тёмная сила была настолько велика, что война пришла в эти мирные края.
В конце концов эти двое поняли, что их враг был начисто лишён милосердия. И смех сменился слезами — потому что гибли друзья, потому что убивали тех, кто вверил себя их руководству. Они создавали новых. Смело перекраивали саму ткань жизни, пытаясь «вылепить» создания, которые смогли бы стать им друзьями, бороться вместе с ними плечом к плечу. Взывали к силам и давно ушедшим предкам, умоляя помочь.
И помощь пришла в лице Кеплиан, которые должны были стать их друзьями в трудную минуту, бороться вместе с ними против Тьмы на стороне Света.
— А как же потом?.. — вырвалось у Элири.
И она получила ответ. Враг сумел обратить себе на пользу оказанную им неоценимую помощь. Сила, пославшая в мир Кеплиан, была нейтральной, но её творения можно было исказить, изменить. Что враг и сделал. И всё же созданное для Света можно заставить служить Тьме единственным способом — только по доброй воле. Враг сумел добиться того, что эти создания отошли в тень, перестав служить Свету, но Тёмными они становились только в том случае, если сами хотели этого. У тех из них, кто избирал другой путь, оставалась возможность вернуться к своим создателям.
Внезапно новая волна эмоций буквально захлестнула Элири. Её друзья-Кеплиан видели все то же самое, что и она, и сейчас рядом с ней огромная чёрная кобыла преклонила колени на ступенях. Из её сознания рвался беззвучный крик, страстная мольба — позволить им вернуться к Свету!
«Терпение, дитя наших друзей, терпение».
Картины продолжали проноситься перед внутренним взором Элири. Она увидела, как гибли силы Света. Добро не всегда побеждает, иначе ради чего стоило бы стараться Злу? Силы тех двоих, что лежали сейчас перед ней, таяли, Зло расползалось по стране, и в конце концов один лишь каньон остался безопасным местом. Эта последняя крепость не могла пасть ни при каких обстоятельствах: враг знал, что всех его сил не хватит, чтобы эти ворота распахнулись перед ним. Но он мог уморить их здесь голодом, сделать так, чтобы они оказались заперты на этом пятачке земли навсегда. Так он планировал, но план — это всего лишь план, и он не всегда реализуется так, как задумано; о том, что замышляется, можно узнать или хотя бы догадаться. Именно это и произошло.
Двое Великих сидели в своём зале, дети играли у их ног. Враг ни о чём не догадывался. Одного за другим, пару за парой они отсылали тех, кто был им верен, чтобы те уцелели. Ушли Кеплиан, люди, Фланнан — все, кто делили с ними кров. Даже кони, собаки и два кота, чья дружба доставляла хозяйке дома такое удовольствие. Теперь в зале их осталось всего лишь четверо. Элири как будто присутствовала при последнем разговоре Великих, хотя не слышала слов. И поняла, какое решение они приняли. Пришло время отослать детей, а потом покинуть так любимый ими дом самим. Чтобы присоединиться к друзьям, принадлежащим Свету.
Элири увидела многоцветную игру силы, увидела, как открылся проход и маленький мальчик заковылял прочь. Когда к проходу подошла крошечная девочка, он замерцал, скрутился и отбросил ребёнка в далёкое, неведомое измерение. Мать вскрикнула от ужаса. Сила взревела — родители попытались сделать все, чтобы спасти своё дитя. Элири мельком увидела морской берег и волны, ведущие нескончаемую битву со скалами. Она почти слышала звуки, сопровождающие эту сцену, и узнала её. Ей не раз приходилось видеть фотографии этих мест. Девушка ощутила волну нежности и тепла, исходящую от тех, кто сейчас показывал ей все это. Да, да!
Корнуэлл! Это было корнуэллское побережье. Понимание медленно проникло в сознание Элири — понимание того, что показывали ей сейчас и почему путь Идущих Впереди открылся для неё. Но — зачем она была призвана в этот мир? С какой-то определённой целью? Что она должна была сделать?
«Терпение. Смотри».
Она увидела, как проход постепенно исчез, увидела, как женщина тяжело рухнула на колени, плача и закрывая лицо руками, а муж успокаивал её. Девочка жива. Она будет жить, хотя и в чужом мире. Их сын с друзьями в безопасности. Но сила ушла. Её не хватит, чтобы создать ещё один проход. А значит, не удастся сбежать ни им самим, ни огромному жеребцу, который был для хозяина названым братом и остался здесь, чтобы, когда придёт время, доставить их в безопасное место. Они посовещались. Если уж так суждено, что они не могут покинуть это место, то, по крайней мере, нельзя допустить, чтобы здесь поселился враг, который, крадучись, бродил снаружи. Нет — до тех пор пока они живы.
Они приняли решение, все трое. Этот дом, который они так любили, не будет осквернён. Элири видела, как, бережно расходуя остатки своей огромной силы, хозяева свернули жеребца Кеплиан в его же изображение, столь маленькое, чтобы его легко можно было не заметить. Оно отзовётся только в том случае, если прикоснётся к телу человека, в чьих жилах течёт их кровь. Девушка видела, как жеребец уменьшается, как женщина, наклонившись, прикрепляет к гриве серебряное кольцо. Серебро, металл Света. Любой, кто найдёт этот кулон, поймёт, что он создан не Тьмой. Последние крохи силы ушли на то, чтобы забросить кулон — куда придётся. Потом они встали, рука в руке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
